Читать книгу - "Чужое лицо 2 - Владимир Георгиевич Босин"

меня за шею, она что-то шепчет, но это уже не важно. Наступил тот самый момент, когда одежда начинает ужасно мешать. Эти дурацкие крючки и молнии, а Настя только смеётся и ещё крепче прижимается ко мне, мешая себя раздевать таким нехитрым способом.

Не знаю, как мы оказались в зале, но Настя просто потянула меня на себя и повалила на диван. И посмотрела долгим особым взглядом, будто запоминала. В её глазах нет ни сомнения, ни растерянности — есть огромное желание и ожидание.

И мир окончательно перестал для нас существовать.

Всплыл я уже когда за окном царила глубокая ночь. Сам не заметил, как отрубился. Диван — не самое подходящее место для отдыха двух человек. Так что практически я лежал, придавленный приятной тяжестью. Не помню, когда мы укрылись тонким пледом. Настины волосы щекочут мне лицо, её тёплая ладошка уютно устроилась на моей груди. А согнутая в колене ножка по-хозяйски придавила мой живот.

Предательски заурчало в животе и это не осталось незамеченным, — это у меня или ты тоже проголодался, — оказалось девушка уже не спит.

— Если честно, очень хочется есть, — признался я.

Пустой холодильник смог похвастаться лишь одним яйцом и куском засохшего сыра. К этому Настя нашла в верхнем ящике каменной твёрдости сушки. Ну, заварку и воду мы нашли быстро и у нас получился неплохой поздний ужин. Или ранний завтрак.

Глава 7

На работе я отчаянно зевал и мечтательно смотрел в окно, что не осталось незамеченным.

— Соколов, ночью спать нужно. Тогда не придётся гипнотизировать мольберт, — вот за что я уважаю шефа — так это за понимание. Не стал устраивать истерику и просто оставшееся время старательно игнорировал меня.

Не знаю, что там говорит наука о химических процессах в теле влюблённого человека. Но лично у меня при виде идущей летящей походкой Насти и её лучистых глаз в душе расцветали фантастической красоты цветы и божественно пели райские птицы. Мы старались встречаться каждый день, но реально выходило не чаще двух раз в неделю. У Насти то репетиции допоздна, то спектакль. А остаться наедине — вообще проблема. Замечательная и душевная подруга, которую я заочно почти люблю, уже вернулась из командировки, а другие уезжать и оставлять нам ключи почему-то не торопились. Поэтому нам разве что и оставалось тискаться в подъездах и целоваться до одури.

Великое эпическое произведение нашего шефа на актуальную темы благополучно закончено и получило на выставке самые лучшие отзывы критики и зрителей. И в самом деле, для такой ура-патриотической темы вышло довольно свежо.

Так что почти сразу нам поручили заниматься следующим полотном и тоже на очень важную тему. Что-то связанное с периодом коллективизации в сельском хозяйстве. А чтобы мы на практике поняли, что такое настоящий труд, Никитский в субботу повёз нашу команду из четырёх парней и одной девушке к себе на дачу.

Вернее дачи пока ещё нет, зато есть замечательная природа и строительный вагончик. Вот нас и припахали копать яму, в которую планируется пустить воду и сделать небольшой пруд для полива. На участке свалены строительные материалы и даже видны очертания фундамента будущего домика. Слава богу строить и таскать раствор нас не заставили. Командовала тут супружница Андрея Андреевича. Женщина небольшого роста, но весьма пышных форм с накрученным бубликом обесцвеченных волос. На мой взгляд, рядом с нашим довольно импозантным шефом она никак не гармонировала. А ещё у неё довольно неприятный пронзительный голос. Лену она сразу забрала с собой, чтобы та помогала ей накрывать на стол. Никитский сделал вид, что помогает нам, но при первой же оказии смылся, типа готовит мангал.

Ой, какие же мы закомплексованные… Я всего лишь попросил Лену полить мне на спину воды. Просто мы закончили уже ближе к обеду и теперь вспотевшие пытались привести себя в порядок. Парни первым делом потянулись к бутылкам с «Жигулёвским», хозяин заблаговременно погрузил их в холодную воду. А я же набрал в ведро холодной воды, а тут наша дама шла мимо:

— Лен, будь человеком — полей пожалуйста.

А пока та туго соображала, я сунул ей ведро в руки и скинул мокрую майку. Наклонившись, недоумённо посмотрел на неё. А та покраснела, как монашка, но видя мою злую физиономию вылила в один присест на меня всё ведро. При этом она ухитрилась облить мне брюки и теперь я думаю, удобно ли будет щеголять в обществе плавками.

Выручил шеф, он вынес мне старое трико. А штаны я развесил на ветке дерева для просушки.

Жарить мясо доверили Боре, как самому опытному. Юра с Витьком развлекали пришедшую на огонёк девушку. Это объявились соседи нашего академика, они были уже знакомы. А с ними невысокая девица лет двадцати. Наверное дочь. И пока родители оживлённо обсуждали планировку будущего дома четы Никитских, молодёжь вяло общалась на тему импортных шмоток. Я в этом не участвовал и делал вид, что больше интересуюсь окружающими видами. Сидящая напротив Елена тоже отмалчивается. Мы привыкли видеть её в широких штанах и бесформенной стройотрядовской крутке, причудливо облагороженной пятнами краски различных цветов. И сегодня мадам Щербакова, а это фамилия Лены — в шерстяном спортивном костюме. И стало видно довольно стройную фигурку. И аккуратные грудочки, обтянутые майкой.

А когда я решил прогуляться после довольно сытного обеда, девушка присоединилась ко мне.

— Тоже достали эти мещанские разговоры? — при ярком свете дня, да ещё на лоне природы — Щербакова даже выглядит иначе. Обычно у неё на голове беретка с помпончиком. Я впервые обратил внимание, что она брюнетка и подстрижена в стиле «паж». Это довольно короткая, но пышная причёска с густой чёлкой. Что делает её лицо интереснее.

Разговора у нас не получилось ввиду отсутствия интересной для обоих темы. Поэтому мы сделали вид, что балдеем от природы и просто шли рядом по влажной земле. Тропинка вьётся вокруг старых елей. Она то ныряет в прохладную тень, то выбегает на залитые майским солнышком прогалины. Между тёмными стволами стыдливо белели молодые берёзки, уже подёрнутые почти прозрачной зеленью. Пахло нагретой хвоей, влажной прошлогодней листвой и молодой травкой.

Полдень, солнце стояло высоко, пробиваясь сквозь ветви золотистыми столбами. И в них лениво кружила мошкара. Где-то далеко перестукивался дятел, над головой перекликались птицы, а вокруг стоит та волшебная майская тишина, когда лес уже проснулся, но ещё не успел зарасти сплошным покровом зелени.

И именно в эту благостную минуту в голове раздался механический голос Дока. Это похоже на ушат холодной воды на глубоко спящего человека:

— Внимание. Зафиксировано нарушение охраняемого периметра. Неидентифицированный объект. Дистанция допустимая для применения спецвоздействия.

Видимо я остановился так