Читать книгу - "Третье пугало - Юлия (Ли) Ода"

проводил глазами последнюю съеденную магистром конфетку, чем невольно напомнил Але о своей просьбе:

– Ах да, – спохватилась она, – сейчас пошепчу над тобой снова. Но теперь так плохо, как первый раз уже точно не будет…

– Все хочу спросить, – уставился на нее магистр, дожевав очередной откушенный кусок хлеба и собрав языком потекшие по пальцам сладкие капли – варенье в банке оказалось ягодным и жидким. – Как ты все эти свои скороговорки помнишь? Без шпаргалки?

– А что там помнить? Самый популярный наговор в деревне после любого праздника – захочешь не забудешь. Да и вообще, сам-то свои заклинания тоже вон не по бумажке читал, даже когда собственного имени не помнил.

– Так я профессионал, – пожал он плечами.

– А я? Я кто? Или, полагаешь, ими лишь магистры бывают?

– Понял, – внезапно улыбнулся тот – словно солнышко тучу навылет пробило. И это так живо напомнило ей дни, когда они только встретились и все было проще и понятнее, что аж сердце екнуло и под ложечкой засосало.

– Позже, ведьма, – спугнул это странное настроение Либан. – Пошепчешь, конечно, но потом, а пока дай мне еще чуток в себя прийти. Ну и поговорить нам сейчас нужнее, тут этот ледащий прав. В общем, подслушал я, как вы в квартире откровенничали…

– Та-ак… – подобрался Алек, мигом растеряв всю свою улыбчивость.

– Не такай! Мне вам по делу есть что сказать. А ты слушай, пока я не передумал, да спасибо говорить не забывай!

– И даже кстати, что подслушал! – успела вмешаться Аля в очередной назревающий скандал. – Не придется лишний раз повторять. Но, Алек, давай перед этим ты все же сам закончишь то, о чем начал рассказывать, когда нас прервали. А потом уже и Либан свое добавит. Идет?

– Нет. – И прежде, чем она успела возмутиться, закончил: – Я лучше с теории тогда начну – чтоб потом не отвлекаться на неизбежные вопросы. Ну а вы ту теорию дополните, если найдете чем. Сдается, занятно может выйти, неожиданно.

– И толково, – кивнул нечистик, тоже не стесняясь облизывать липкие пальцы.

– Начинай, – согласилась и Аля.

Ну тот и начал – в самом деле неожиданно:

– Алита, ты блины печь умеешь?

– А? – растерялась она – вопрос и в самом деле оказался в их ситуации более, чем странным. – Н-ну да…

– Вот и представь себе тогда стопку блинов, в середину которой воткнули большой нож, пробивший ее до самой тарелки. Представила? Так вот, блины – это то, как у нас воспринимают слои реальности. Причем стопка эта не ровная, а что-то вроде пирамиды – чем ближе к тарелке, то бишь к основанию, тем они больше и толще. И, так сказать, материальнее – то есть дальше от силы и всего с нею связанного. И да, Аля, наши с тобой слои почти на самом дне.

– А нож? – дала она понять, что представила.

– Не нож, а скорее дыра от него – это портальная шахта, которая их на себя нанизывает. Та самая, что в вашем слое проходит через старое капище.

– Яма с протухшей Вуриной капустой? – поверить в такое удалось не сразу.

– Ну, какой мир, такая и шахта…

– Алексей! – непритворно возмутилась она, а нечистик лишь зубы оскалил. Но вот что этим изобразил непонятно – то ли тоже недовольство такими вот параллелями, то ли смех – богатой его мимику было не назвать.

– Почему же тогда здесь никто про это не знал? – соглашаться Але не хотелось категорически. – Заброшенная поляна в лесу как-то мало смахивает на такую важную вещь, как мировая ось?

– Ну, кто-то все же знал. Не зря твои бывшие коллеги нарисовались там настолько резво. А вот почему эти знания не афишировали – вопрос. Но причина наверняка существует. Кстати, осью вовсе не обязательно должна быть яма, в разных слоях она по-разному проявиться может – хоть холмом, хоть зеркалом, хоть алтарем…

– На котором тебя и пытались растянуть.

Магистр промолчал, что вышло даже красноречивее прямого «да».

– Ладно, поняла, – кивнула Аля. – А что тогда в роли масла? Того, что эти слои разделяет?

– Вот тут мы как раз и подошли к главному – к тому, о чем я и начал говорить, когда к тебе нежданные гости пожаловали. У нас это называют грань, – Алек быстро кинул взгляд в сторону нечистика, но возражений не дождался. – Собственно, с этим я всегда и работал – вытащить оттуда кое-что, призвать кое-кого, прочее в том же духе… Пробиться за нее было неимоверно трудно. Раньше. Но не теперь, когда оттуда что только не лезет при малейшем намеке на призыв.

И он так красноречиво глянул в сторону нечисти, что Либан не выдержал:

– Не мы это лезем, не зыркай. Тут другое. Наши «блины», как ты их сейчас красиво обозвал, считай, и есть верхушка той твоей стопки на тарелке. И почти все они уже захвачены – как раз тем самым паскудством, что напирает с грани. И на нас оно навалилось раньше, чем до вас добралось. Кстати, и про нож ты тоже прямо в точку загнул, вот только добавить забыл, что сквозь дыру оно прет особенно рьяно. Вот мы и не смогли свое удержать, тем более, что и дыра эта наверху гораздо шире, чем здесь. И теперь нас выдавливает из верхних «блинов» – слой за слоем, и приходится уходить ниже – к вам. Где нас не сильно-то и ждут. Вернее, как раз таки ждут – всякие местные чистильщики.

– Местные? – почему-то магистр зацепился именно за это слово. – А глобально? Кто-то решает проблему.

– А сам как