Читать книгу - ""Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 - Игорь Валерьевич Осипов"

— Лекс нашёл его в Гнезде, — ответил Кор-Дум. — Мой сын Грым помогает ему. Они уже, наверное, принесли его на базу. Я видел его своими глазами. Пусть немного, но этого хватило для выплавки пули. И она пробивает магические щиты и не только. А так же у нас есть пушки и миномёты, как называет их Лекс.

— Миномёты, пушки? — Хельга прищурилась. — Ты хочешь сказать, они нашли рабочее оружие Древних?

— Нет, его изобрёл Лекс, но и с древними механизмами он может работать и чинить. Тем более он теперь не один, с ним мой сын.

По залу пробежал шёпот. Даже Боргун нахмурился.

— И что ты предлагаешь? — спросила Хельга.

— Союз. Не открытый — вы не готовы, я понимаю. Но хотя бы нейтралитет. Информацию о передвижениях баронов. Доступ к забытым шахтам, где могут быть другие артефакты. И убежище для наших людей, если база падёт.

— А что получим мы?

— Технологии. Кристаллы-накопители. И секрет обработки звёздного железа. Когда мы победим — вы получите право первой торговли с нами и Механосом.

Хельга крепко задумалась. Её пальцы барабанили по посоху.

— Если этот человек действительно нашёл «звёздное железо», он знает больше, чем все наши архивариусы. Мы не можем это игнорировать.

— Ты предлагаешь торговать с людьми? — взорвался Боргун.

— Я предлагаю не упустить выгоду, — отрезала Хельга. — Пока вы, Красный Камень, прогибаетесь под эльфов и стелетесь перед ними, мы думаем о будущем.

— Прогибаемся, стелемся? — Боргун вскочил. — Да как ты смеешь…

— Хватит! — голос Брунхильда перекрыл шум. — Пусть говорит.

Хельга повернулась к Кор-Думу.

— Что ты хочешь взамен?

— Ваш нейтралитет: вы не выступите на стороне богов и эльфов. Плюс ваши разведчики. И если всё же понадобится — убежище для наших людей.

— А что получим мы?

— Технологии. Истинные, не кровавые кристаллы-накопители. И секрет обработки звёздного железа.

Хельга кивнула.

— Я подумаю.

После совета Кор-Дум стоял у окна, вырезанного в скале, и смотрел на огни Стальгорна. Где-то внизу, в шахтах, гудели механизмы, стучали молоты, кричали рабочие. Жизнь текла своим чередом, и ей не было дела до одинокого дворфа-изгоя.

— Ты долго молчал, — раздался голос за спиной.

Кор-Дум обернулся. Брунхильд стоял в дверях, опираясь на посох.

— Я не знал, что ты ещё жив, — с грустью сказал Кор-Дум.

— Я жив, пока жив наш клан. А он умирает, Кор-Дум. Ты ушёл, и мы потеряли больше, чем ты думаешь.

— Я не предавал.

— Знаю. — Брунхильд подошёл ближе. — Ты искал свой путь. Мы искали свой. Но теперь… теперь наши пути сошлись.

— Ты веришь мне?

Старик смотрел на него пристально, как будто хотел что-то увидеть. Кивнул своим мыслям.

— Я верю в тебя. Всегда верил. И знаешь, что я понял за эти годы? — Он помолчал. — Мы, дворфы, слишком долго сидели в своих норах как кроты. Слишком долго думали, что камень — это всё. А мир идёт вперёд. И если мы не пойдём с ним, он нас переедет и даже не оглянется.

Брунхильд ушёл, опираясь на посох. Кор-Дум остался один. Он сел на скамью, снял с шеи амулет — грубую фигурку молота, которую не снимал даже в самые тяжёлые дни. Смотрел на него долго, в тишине.

«Отец… я вернулся. Но не знаю, правильно ли сделал. Грым там, без меня. А я здесь, среди вроде бы своих, но они мне чужие. Если я сейчас всё брошу и уйду — они никогда не поймут, что мир больше и шире их шахт и кузниц».

Он сжал амулет в кулаке. Металл на мгновение потеплел — или ему только хотелось в это верить?

— Берегись Боргуна, — сказал Брунхильд, уже стоя в дверях. — Он не простит тебе твоего ухода. Он ближе к эльфам, чем хочет показать. У него свои люди в страже, свои шпионы.

— Догадываюсь.

— И последнее, — Брунхильд понизил голос. — У Боргуна есть связь с леди Мираэль. Я не знаю, в чём она заключается и на каких условиях, но они обмениваются письмами.

— Мираэль? — Кор-Дум нахмурился. — Та самая, что по слухам заняла место Вэл'Шана?

— Она самая. Берегись, Кор-Дум. Если она узнает, что ты здесь…

— Если и узнает, — перебил Кор-Дум. — Я уйду раньше.

— Удачи тебе, она тебе понадобится. — Брунхильд положил руку ему на плечо. — И помни: наш клан всегда будет твоим домом. Даже если ты ушёл.

Кор-Дум кивнул и вышел в коридор.

Он зашёл в таверну, когда за окнами уже давно стемнело. «Уголь и пламя» располагалась в нижнем ярусе Стальгорна, там, где воздух был особенно плотным от дыма и жара. Здесь собирались шахтёры, кузнецы, бродяги — те, кто не гнушался выпить кружку-другую после трудового дня.

Дарин уже ждал его за столиком в углу. Перед ним стояли две огромные кружки, доверху наполненные тёмным, почти чёрным пивом с обязательной пенной шапкой.

— Заходи, заходи, — сказал он, пододвигая одну из кружек к Кор-Думу. — Ты как раз вовремя. Пиво только что разлито.

Кор-Дум взял кружку, поднёс к носу. Запах был знакомым до боли — хмель, солод, лёгкая горчинка и тот особенный привкус, который бывает только у пива, сваренного в горах.

— За встречу, — сказал он, и они столкнули кружки так, что половина пива выплеснулась на стол.

— Эх, ты, старик, — покачал головой Дарин. — Совсем разучился пить по-дворфски. Рука уже не та?

— Рука та, а вот кружка твоя больно хлипкая, — усмехнулся Кор-Дум. — В наших краях из таких только гоблины и пьют.

— Это ты сейчас у меня гоблинов вспомнил? — Дарин хлопнул кружкой об стол. — Ладно, прощаю. Рассказывай лучше, как там, у людей.

Кор-Дум сделал большой глоток — сразу полкружки, вытер пену с усов.

— Очень тяжело, — сказал он. — Но они и не думают сдаваться. И знаешь, что главное? Они верят. Не в богов — в себя. В то, что борьба за свободу стоит любой цены.

— Сильные слова, — Дарин задумался. — А ты, значит, с ними?

— С ними, — твёрдо ответил Кор-Дум. — И Грым с ними.

— Как он там, кстати? Твой сын?

— Жив. Вырос. Стал настоящим