Читать книгу - ""Фантастика 2026-202". Компиляция. Книги 1-22 - Инди Видум"

совсем неизящно пнул драчуна протезом, разлучив его с коленной чашечкой, и укатился под стол. Рассвирепевший Буу, который успел вернуться в бой, влетел в нас как грёбаное пушечное ядро, которым решили в боулинг поиграть. Скамью он расколошматил вдребезги, только щепки брызнули. А вот стол вмуровали прямо в пол и для него требовалось что-то помощнее.

Я выкатился с другой стороны, ободряюще похлопав по голове Йонина, который прилёг неподалёку. А то совсем ниндзя расстроился и забыл, что есть органы поважнее причиндал. Вот Ухват об этом помнил, едва не вколотив палицу мне прямо в лицо. Вожак перемахнул столешницу следом за мной, только поверху. Вот же приставучий гад!

Только на этот раз прикрыть вожака оказалось некому. Я чуть пригнулся, чувствуя как один из гвоздей оставил борозду на моей голове, попутно вырвав клок волос. Ничего страшного, ещё отрастут. А вот выпавшие из распоротого живота кишки — проблема чуть посерьёзнее. Ради такого случая даже масла не пожалел, полоснув ублюдка на совесть, от груди до паха. Почти что вскрытие провёл. Тот в расстроенных чувствах рухнул на колени, заливая пол кровью и смрадом, а я переключился на последнего, кто ещё представлял угрозу.

Большой Буу поднялся на ноги, ошалело глядя по сторонам. Рядом выл Песок, поджав искалеченную ногу к животу, а с другого бока конвульсивно дёргался кто-то из недобитков. Красота.

— Эй, не меня ищешь?

Я принялся нарочито медленно обходить столовую зону, чавкая на каждом шагу и скалясь во все зубы. Грязь развели жуткую, уборщикам не позавидуешь. Проще псов прямо здесь поселить на пару дней.

— Стой, погоди! Давай добазаримся!

Забавно. Ведь из всей шайки он выглядел самым тупорылым. А тут на тебе — попытка переговоров. Неужели проблеск сознания?

— Вали. — Я указал испачканным пальцем ему за спину. — Если успеешь.

Верзила торопливо ринулся к ближайшей решётке и через пару мгновений затворил её за собой с обратной стороны. Что ж, вынужден признать свою ошибку. Он всё-таки дебил. Потому что там была ЧУЖАЯ камера.

Приняли его с хлебом-солью, наплевав на физическое превосходство. Можно быть сильнее любого соперника, но не сразу четверых. В тесном пространстве вспыхнула яростная возня, а я тем временем подошёл к Песку, который продолжал раздражать мои барабанные перепонки воем. Даже когда я поставил ногу ему на грудь.

— Не ной, сам виноват.

Стальные пальцы без труда проникли в распахнутый рот, в котором не хватало трети зубов, и с хрустом выдрали нижнюю челюсть со всей мясной бахромой. Бандит задёргался, но хлынувшая в развороченную глотку кровь не давала ему толком распеться. Я отшвырнул трофей прочь и громко поинтересовался у охреневших зрителей.

— Ну что, кто следующий?

— Тебе не жить, Одноглазый! — прошипели откуда-то из дальнего угла. — Тебя первого же кончат!

— Не успеют, — пообещал я честной публике. — Думаешь, детишек нам просто так подкинули? По доброте душевной?

— Излагай, — раздался куда более спокойный голос.

— Полно тебе, Хлеб, — упрекнул я бывшего старосту. — Мы ведь все прекрасно знаем, зачем нас тут держат. Время пришло.

— Тогда тем более, какой смысл? — вздохнул кто-то совсем рядом, за решёткой.

— Оставаться людьми, например, — я зря пожал плечами, и по ключице снова заструилась кровь. — Но если у кого-нибудь возникло желание сдохнуть ради попытки надругаться над ребёнком, милости прошу на выход.

— Эти твари нас будут завтра убивать!

— Только не они. И вообще, до утра ещё дожить надо.

— Вот именно, Одноглазый, — недобро напомнили мне. — Впереди ещё целая ночь…

Я со смехом стянул заскорузлую повязку с лица и отшвырнул её прочь.

— Не беспокойся, Карасик, я с них глаз не спущу!

Шарик так и не научился видеть по-человечески, зато прикольно светился в глазнице, потусторонним голубоватым светом.

По бараку прокатился дружный вздох изумления. Кто-то выругался и даже прочитал молитву от переизбытка чувств, но ни одна решётка так и не сдвинулась. Молодцы, что тут скажешь. Их ещё больше двух десятков, ну не боятся же они меня в самом деле? Будем считать, что сознательность взяла верх.

Здесь же не только криминалитет, а вообще все, кто попался шекам-людоловам под горячую руку. Даже парочка беглых рабов имеется.

Жертвенные агнцы между тем скромно топтались у порога, сбившись в кучу. Но хотя бы в обморок не попадали, уже хорошо. Здешние отпрыски растут в куда более суровых условиях, чем люди, но даже на них наши зековские разборки произвели впечатление. Не каждый день увидишь, как хищники устраивают грызню между собой за право первым тобой отобедать.

И вот одержавший победу монстр направился прямо к ним, насвистывая весёлую мелодию. Бедняжки сбились ещё теснее, будто пытаясь собраться в одного полноценного шека. Но тщетно.

— Ну что, дети мои! Добро пожаловать в нашу скромную обитель, — с фирменным оскалом поприветствовал я пятёрку. — Присаживайтесь к столу, в ногах правды нет, она вся в заднице… Так, сели, я сказал!

Перепуганные птенцы послушно плюхнулись на жердочку, всё так же не отлипая друг от друга. Но теперь хотя бы цепочкой. Мне же пришлось устроиться на остатках второй скамьи, соорудив себе подобие табурета без ножки. Ногу за ногу на таком не закинешь, но посидеть можно. В новой камере Большого Буу продолжалась возня, и я убедительно попросил вести себя потише. Меня уверили, что воспитательные работы близится к концу, а мои собеседники поспешили втянуть головы в плечи. Сказал бы — рогатые — но у всех отростки оказались спилены под корень. Причём совсем недавно, судя по сочившейся из пеньков сукровице.

Вот суки, сам бы придушил! Как жаль, что сегодня снаружи все и так умрут. Без моего участия.

— Итак, признавайтесь, за какие грехи вы здесь?

Малыши наконец-то перестали изображать загипнотизированных кроликов и