Читать книгу - ""Фантастика 2026-202". Компиляция. Книги 1-22 - Инди Видум"

обстоятельства, тем твёрже я себя чувствую, такой вот парадокс. Поэтому куковать во дворце с гаремом было бы куда сложней.

Другое дело, что безделие отупляло разум почище выпивки, но сегодня вечером в привычный арестантский уклад бесцеремонно вмешался лязг входной двери. Единственный путь на свободу, не считая дырявой крыши на пятиметровой высоте, открывался с таким душераздирающим скрипом, что поднимал на ноги даже тех, кто при смерти. Чисто на рефлексах. Безучастно лежать позволяли себе лишь покойники, которым предстояла скорая встреча со сторожевыми псами.

Таковы здешние традиции. Слабых и дохлых жрут, иногда — буквально.

Рыть могилы для почивших зеков на голом скальнике удовольствие сомнительное, да и топлива для кремации днём с огнём не сыщешь, поэтому зверюги охотно помогают с утилизацией тел. Всё равно другой работы для них нет. На памяти старожилов никто отсюда так и не сбежал. Но порядок есть порядок, вот и держат зверюг.

Сегодня нас уже проверили, заодно и накормив, поэтому внеурочный визит ничего хорошего не сулил. Даже если к нам просто подселяют ещё одного бедолагу. Это всегда новые конфликты, ещё большая теснота и лишняя нервотрёпка. У меня в камере как раз пару дней назад освободился топчан, а распределяют постояльцев только сами надзиратели. Не приведи Окран тебе после застолья не успеть зайти в свою берлогу или оказаться у соседей…

Плавали, знаем. Так что к решётке я подходил в крайне хмуром настроении. Кого это нелёгкая принесла, да ещё и на ночь глядя?

Однако сегодня решительно всё пошло наперекосяк. Рогатые бугаи-надсмотрщики отворили не только нашу решётку, а вообще все подряд, как во время кормёжки. Может, сегодня праздник какой-то?

Я готов уже поверить в божественное рождение Окрана, правда!

Но нет, никаких вёдер со жратвой у них при себе не оказалось. Только любимые железные дубинки. При малейшем взгляде на эти незамысловатые орудия у меня сразу же начинало ныть левое плечо, хотя кости давным-давно срослись. Дрессировали тут на совесть, вбивая рефлексы почище гвоздей.

Охранники тоже борются со скукой как могут.

Никто наружу так и не высунулся, пока мордовороты не вернулись к выходу. Обход они традиционно совершали вдвоём, каждый по своей стороне, а третий как всегда дежурил у двери, приглядывая за выходом. На всякий пожарный случай. Всем скопом заключённые вполне могли бы одолеть троицу, но требовался общий, почти самоубийственный порыв. Увы, ни о каком единстве в этих стенах не могло быть и речи. Слишком неоднородное сборище, где каждый заботится лишь собственной шкуре.

Да и снаружи, говоря начистоту, ничего хорошего нас не ждёт…

Вокруг одни лишь голые скалы, за которыми простирается каменистая пустыня. Холодная и неприветливая. Хотя вряд ли до неё кто-то вообще добежит, учитывая количество препятствий и неизбежную погоню. Если местные охранники бегают откровенно так себе, то их ручные блохозавры догонят даже мотоциклиста. У измученных долгой отсидкой людей против них нет ни единого шанса. Проще от летящего в тебя арбалетного болта убежать. Поэтому никто не рыпался, включая меня.

Но если одни смирились, то у меня просто план такой, выжидательный.

Напоследок надзиратели всё-таки втолкнули внутрь сразу пятерых новых арестантов, каких-то подозрительно худеньких, и крикнули с порога:

— Развлекайтесь, пока можете!

После чего с лязганьем закатили дверь на место, оставив нас наедине. Что за бред? Я пригляделся к «новичкам» и глазу своему не поверил. Все пятеро тоже оказались шеками, только с обрезанными роговыми отростками на головах. Худущие, словно сидели не меньше нашего, а в росте не дотягивали даже до моих соседей. Одним словом — заморыши.

Тем не менее, раздавшегося в бараке гогота они всё-таки не заслуживали. Ржач вышел дружным, но каким-то недобрым. Понятное дело, не предвещая ничего хорошего.

От безделья и впрямь тупеют, потому что причина всеобщего веселья доходила до меня непростительно долгое мгновение. Едва не упустил Гвоздя, радостно рванувшего прочь из нашей камеры. Спасибо решётке, у которой он притормозил, дабы сдвинуть её в сторону. Даже с открытым замком на это требовалось некоторое усилие. Вряд ли строители нарочно возвели столь кривобокие конструкции, ради дополнительной безопасности. В жизни не поверю. Скорее, просто не стали заморачиваться с нормальными дверьми, благо внутри хватало каменных колонн, подпиравших дырявый свод потолка. Кое-где пространство между опорами заварили железными прутьями намертво, а кое-где нет — вот и вся хитрость.

В любом случае, заминка вышла весьма кстати.

— Ты хорошо подумал?

Сосед обернулся, собираясь послать меня как минимум по матушке, но тут ему прямо на недовольную физиономию опустилась моя ладонь. Правая, если быть точным. Даже обычный протез куда сильнее руки какого-нибудь армрестлера, чего уж говорить о моей дорогущей цацке. Хуже только всякие специализированные конечности, как у Молотильщика. Мир праху его. Та лапища из арматуры бантики вязала, но и таскать её мог далеко не каждый. У меня тоже частенько ныл плечевой сустав, но я давно перестал обращать на это внимание.

За всё в жизни приходится платить.

Гвоздь сдавленно хрюкнул, прежде чем его затылок с влажным хрустом впечатался в колонну. Сквозь пальцы щедро брызнуло красным, и я отпустил торопыгу. В первый и последний раз он как следует пораскинул мозгами. Дебила кусок.

Мой второй сосед по кличке Кислый был куда умнее, поэтому юркнул к дальней стене, скорчившись над отхожим ведром. Впечатлительный малый — каждый раз извергается, когда кто-нибудь дохнет. При этом тонкая душевная организация не помешала ему стать наркокурьером. Зато вреда от него никакого, чего не скажешь про меня.

В нормальных тюрьмах заключённых-киборгов первым делом избавляют от протезов, но здесь та ещё дыра. И новоприбывшая пятёрка «новеньких» это лишь подтверждала. У людей такое субтильное телосложение обычно соответствует подросткам-тинейджерам. Иногда вплоть до совершеннолетия, однако шеки созревают гораздо раньше и превосходят среднего человека раза в полтора навскидку. Поэтому на растерзание озверевшим узникам на самом деле бросили детишек.

Класс четвертый, может, пятый. Если бы они ходили в школу.

Твою шипастую мать, Топор там совсем охренел⁈

Увещевать приятелей покойного Гвоздя бесполезно.