Читать книгу - ""Фантастика 2026-212". Компиляция. Книги 1-25 - Владимир Матвеев"

молодой ведьмы, ставшие прозрачными и какими-то завораживающе глубокими. Казалось, я взглянула в прозрачную воду горного озера, слишком чистую, в которой видно даже камешки на глубине. Только в отличие от чистой горной воды, то, что таилось в глубине глаз Елень, напугало меня до ужаса. За несколько секунд я увидела все то, что произойдет, если девушка придет когда-нибудь к власти, сменив мать. Моя сила, чистая и светлая, словно лучи солнца поутру, в руках Елень стала черной и смертельно опасной. Если я должна была исцелять, то она – и я это видела отчетливо – будет убивать одним прикосновением.

«Нельзя ей быть Главой! – подумала я. – Нельзя!» - только уже попала в плен ее взора. Елень оплела меня, как паук оплетает паутиной свою жертву, не вырваться, сколько не старайся. Можешь лишь слабо трепыхаться, раззадоривая маленького хищника. Вот так и я со своим жалким сопротивлением, лишь веселила Елень, уверенную в том, что уже скоро она получит все то, чем при рождении меня наградили боги.

Пока я размышляла, Глава продолжала читать заклинание и скоро оно повисло в воздухе почти осязаемое, темное, затмив свет далеких факелов. Даже свечи задрожали. Пламя уменьшилось, распласталось, будто придавленное ладонью.

- Не разрывай связь! – прерван монотонное бормотание, крикнула Глава.

- Я держу ее! – прошептала Елень, по-прежнему холодными пальцами удерживая мои веки. Магия от нее исходила слабая. Ее как раз и хватало на то, чтобы заставить меня не моргать, но при этом слабой ведьме приходилось помогать себе пальцами.

Глаза болели, отчаянно щипало и хотелось моргнуть, но Елень не позволяла меня. Глава же продолжала свое заклинание, по-видимому, сложное и длинное, потому что мы стояли вот так больше трех или даже пяти минут. Я конечно, не была уверена в своих подсчетах, потому что мне сейчас было совсем не до того, чтобы засекать время. Просто внутреннее чутье подсказало.

«Ты отвлекаешься на пустяки! - попыталась внушить сама себе. – Используй свою магию, пока не поздно. Хотя бы закрой глаза!» - да вот только кто позволит?

На губах Елень расцвела улыбка, а воздух вокруг нас неожиданно вспыхнул золотом. Тонкие полосы, словно след от упавшей звезды, вспыхивали в темноте, окутывая нас двоих. Девушка подошла ко мне так близко, что почти прижалась телом, как близкая подруга или сестра. Она не мигая уставилась мне в глаза и, наконец, разжала пальцы, а вокруг нас продолжали вспыхивать золотые росчерки.

«Что происходит?» - то ли подумала, то ли произнесла вслух. А Елень зло улыбнулась.

- Началось! – проговорила она.

И я почти сразу ощутила то, что она имела ввиду. Внутри у меня напряглись все жилы, спину выгнуло на встречу той, что стояла рядом, казалось, какая-то невидимая сила вынуждает нас попросту прижаться друг к другу так близко, что мы станем единым целым, одним человеком, не Елень и не Валеской, а чем-то или кем-то одним. И сопротивляться не было сил. Из тела потянулись незримые нити, причиняя боль и опутывая Елень. Судя по выражению лица девушки, она ощущала то же самое, потому что ее брови удивленно приподнялись и Елень не выдержав, вскрикнула от боли, заставив меня злорадно улыбнуться. А Глава продолжала выкрикивать свои слова и голос ее с каждый новой непонятной фразой, становился громче и отчетливее. Казалось, будто где-то поблизости громыхает гром, а мое тело продолжало единение с телом Елень.

- Больно! – не удержалась дочь Главы, но мать не обратила на это внимания. Мне тоже было больно, только я терпела, не кричала, понимая, что это лишь напрасная трата сил и энергии. Я просто лихорадочно соображала, что могу сделать, чтобы вырваться из этих пут, понимая, что ничем хорошим для меня подобное не закончится.

«Она соединит нас и перекачает мою силу!» - мелькнула в голове догадка. Я попыталась двинуться, но не смогла даже поднять руки. Тело не повиновалось мне, отказывалось повиноваться и это было ужасно и жутко одновременно.

«Если я ничего не сделаю сейчас, то умру!» - понимание страшного финала короткой жизни, придало мне сил. Я сконцентрировалась на своем свете, вспомнила испытание и Вацлава. Вспомнила свои ощущения, когда думала, что должна спасти его, когда так отчаянно хотела, чтобы князь жил.

«Ну, же!» - взорвалось в голове болью и что-то изменилось, совсем неуловимо, но изменилось. Путы, соединившие нас с Елень, стали ослабевать.

Глава поняла, что что-то пошло не так. На мгновение она замолчала, и тишина в пещере стала просто гробовой.

- Ах, ты, маленькая дрянь! – услышала я, прежде чем пани Мария подлетела ко мне. Она вскинула руку, положив ладонь мне на лоб и выплюнула резко: «Pacem», - и тут же лоб обожгло жаром. Я закричала, теряя концентрацию и нити снова потянулись к Елень, снова соединили нас, наверное, еще крепче чем раньше.

- Не смей сопротивляться! – прошипела мне в ухо Глава. – Иначе я сделаю так, что твои последние минуты пройдут в агонии и ты сама будешь молить меня убить тебя! – сказала и отошла на прежнее место. Вскинула руки и продолжила читать заклинание.

… Когда моя сила стала перетекать в Елень, я сразу же ощутила это. Неприятное ощущение, словно сама жизнь покидает тебя. Наверное, так чувствует себя умирающий ослабленный болезнью человек…

Уже скоро я была не в состоянии стоять на ногах и только незримые нити, связавшие нас с Елень, не позволяли мне упасть. А вот девушка менялась. Ее волосы и без того белые, засветились лунным серебром, вспыхнули и глаза, наполняясь каким-то ярким светом, притягательным и пугающим одновременно. Я едва стояла, глядя как расцветает мой враг, в то время как я сама угасала просто на глазах. Жизнь вытекала из меня, делала слабой. Еще немного и я погасну, будто свеча на ветру.

«Вацлав!» - подумала я отрешенно. Его имя было на моих губах, когда я стала покачиваться. Нити отрывались одна за другой, освобождая меня и Елень.

«Неужели, это все?» - мелькнула страшная мысль. Страшная оттого, что мне стало все равно. Нити опустошили не только мою магию, нет…они выпили мою жизнь и чувства. Во мне осталось слишком мало от той Валески, что когда-то вошла в «Черное Крыло», от девушки, которая умела любить. Пустая оболочка с остатками угасающих чувств.

Одна за одной отрывались от тела нити, и я уже едва держалась на ногах, а Елень смотрела на меня и победно улыбалась.

Глава