Читать книгу - ""Фантастика 2026-213". Компиляция. Книги 1-28 - Леонид Демиров"

Пришлось провести ночь на сеновале. Впрочем, у Агаты по этому по поводу не было никаких сожалений. Да, не самый шик, но и не канава какая-нибудь. К тому же ребенок не виноват в своей болезни. Девочка ужасно напоминала тех юных послушниц, только-только оказавшихся в Цитадели после того, как их оставили собственные родители или другие родственники. Многие болели, простужаясь из-за замкового холода, особенно сильного зимой, и почти все плакали по ночам и звали родителей. Когда сама Агата была ребенком, то удивлялась этому. Для нее, выросшей в Цитадели, тоска по семье и страх нового места был чем-то совершенно непонятным. Понимание пришло позже, уже когда она стала старше и разумнее. Когда пережила Изменения — и потеряла некоторых из тех, с кем росла до него. Тогда появились первые чувства, которые в долгие месяцы между первой и второй службой, когда она вернулась в Цитадель с сердцем, отравленным скорбью, сложились в единое целое.

Но эта крестьянская дочь, Доминика, не была сестрой. Не была заготовкой для Клинка, вовсе нет. Магесса сказала, что девочка — маг. Рожденная повелевать, рожденная мановением руки командовать силами, недоступными никому другому. Будущая Владелица… Похожая, почему-то, на обычного ребенка.

Девочка сдвинулась во сне и оказалась чуть ближе к Готье. Тот дернулся всем телом и едва не свалился с телеги.

— Сломаешь себе еще что-нибудь — помогать не буду, — Лиана, как оказалось, не спала, — особенно из-за собственной глупости.

— Она больна! И вы тоже, если думаете, что меня насильно завербуют в Сияющие, и…

— Я договорюсь, — отрезал правивший телегой Оглаф. — Не сомневайся, малец, ты окажешься в надежных руках.

— И лишь немногие болезни передаются от человека к человеку, — негромко заметила магесса. — Эта — не из их числа.

— Да? А мне-то откуда это знать?

— Вот теперь знаешь.

— А что это вообще? — поинтересовался староста. — В городе ей помогут? Если что, то у меня есть знакомцы в местной палате исцеления, там не шик конечно, но…

— Ветеранский госпиталь — так себе место для семилетней девочки, — усмехнулась Лиана. — Да и не помогут там ей. Если не вдаваться в термины — магия начала уничтожать ее изнутри. Такое бывает, если ребенку до первичного формирования каналов не находят наставника, с которым он связывается и чью энергию начинает использовать. Без этого дитя начинает хаотически черпать силу из мира, силу, к которой он не готов и которая для него губительна. Думаю, ее присутствие тоже повлияло на все эти деревенские странности — мышей, пса…

Девочка что-то пробормотала. Очень тихо, Агата заметила лишь движение губ.

— И что, нет никаких способов узнать, нужен ли ребенку наставник? — продолжил гнуть свое староста. — Выходит, не приди вы, она бы просто умерла?

— Или умерла, или переродилась бы в потоках чистой магии… Но второе бывает редко и мало кто из свидетелей выживает, чтобы рассказать об этом.

— Тогда тем более! Это ведь безумие — любой ребенок может вот так умереть…

— Почему же? Обычно спонтанные проявления магии происходят, начиная с трех лет. Детям почти невозможно скрыть свои таланты, они на это неспособны в силу возраста. Потому одаренных замечают рано и отвозят или в церковь, где им находят наставника, или к кому-то из местных учителей. В очень редких случаях, как этот, магия может спать до самого семилетия или проявляться без свидетелей. Но это — исключение, а не правило.

Агата усмехнулась про себя. Она хорошо помнила, как в Цитадели рассказывали про становление магами. Про обучение, про старые традиции наставничества, когда «алчные и корыстолюбивые маги отказывали в ученичестве бедным и брали лишь тех, чьи родители были готовы заплатить»… И про то, как церковь поощряла оставление детей-магов у дверей храмов, детей, которых потом отвозили куда-то в Белые Земли. Говорили, что именно так становятся прелатами, магами Божественного Света…

— Доми… Я ж ее мать помню, с отцом служил вместе, весть о его смерти домой принес. Мать ее тянула, как могла, ждала второго ребенка… И как все обернулось. Слышал, что Анна ее в сарае держала, бесстыдница. Свою кровь… Доми как-то ушла в лес, потерялась, так искали и мы, и Заречье, и Холмы. Нашли, домой привели, а зря, выходит, надо было мага искать…

— Не вините себя. Вы этого не знали.

Оглаф повел плечом.

— Я с Дикатаром говорил, он ведь чувствовал, что с девочкой что-то не так, что в ней что-то есть… Надо было прислушаться. В Криожоне-то есть городской чародей, да и армейский есть, они бы ведь поняли, что и как… А так лишь случай помог.

— Случай. Или судьба. Лишь Богине ведомы дороги.

Некоторое время ехали в молчании, но вскоре Оглаф вновь подал голос:

— И кто она? Кем станет?

Агата усмехнулась про себя. Все же, этот староста не глуп, но ограничен. Даже Клинкам известно: сила мага зависит от места рождения. Богиня в милости своей создала души людей такими, чтобы маги разных земель подчиняли себе разные силы и легко могли договориться с соседями, и по одному виду и одежде другого Искусника могли понять, кто он и что может. Лишь некромантия, проклятое наследие Некроса, распространялась по миру словно чума, вспыхивая черными искрами то там, то тут… И к Божественному Свету мог прикоснуться любой жаждущий, но на то он и свет.

— Пока сложно сказать. Но если в ней нет рутенской крови или крови людей из Каменных Земель или каких-то других мест, то или целительницей, или заклинательницей растений и животных. Если дар окажется слабоокрашенным, то просто алхимиком, артефактором… Со столь поздним пробуждением пока рано о чем-то судить.

— А…

— Тихо, — вмешалась Агата, различив хруст.

Ветка хрустнула далеко, но Клинок все же услышала. Сосредоточилась — и поняла, что лес вокруг вовсе не пуст. Порадовалась про себя: не польстилась на осеннее тепло и одела и шерстяную рубаху, подаренную Ивонной, и кольчугу. Вряд ли все миром закончится…

— Девка, ты…

— Заткнись, — бросила магесса, и Готье закрыл рот с такой скоростью, что Клинок услышала щелканье челюстей.

— Слева, — проговорила Агата, оглядываясь и вытаскивая топор.

Не самый частый лес тянулся слева и справа, скрывая за переплетением стволов осин поворот дороги. И там, дальше, их ждали. Агата не могла сказать точно, сколько человек, но явно не один и не два.

—