Читать книгу - "Путь Строителя 20 - Алексей Ковтунов"

лишь прошлась по коже жаром, так что ладонь обожгло, а руку свело по локоть. Зато пальцы сжались сами, и я рванул на себя что было сил, а веревка в кулаке пошла трухой и рассыпалась.

Клей у сердца выдержал, после капли Основы его, как я и думал, топором не отрубишь, так что рвался шнур где угодно, только не по шву.

Остальные концы я отдирал уже левой, правая висит плетью и лишь подергивается. Одни веревки обрывались у основания, а другие крошились в пальцах. Пучки ниток я сдирал целиком, вместе с наплывами клея и кусками корки, а последний конец засел так крепко, что пришлось сбить его обломком кирпича.

Сердце, оставшись без отводов, погудело еще с перебоями и мало-помалу выровнялось, а трещины на нем потускнели. Очередной анализ показал прежние двенадцать с небольшим, словно ничего и не было.

Только целостность как была семнадцать, так и осталась, а бетонная подушка под шаром пошла свежими трещинами, и рядом с выпертым куском приподнялись еще два. Магистрали, скорее всего, тоже досталось, рывки ведь гуляли по всем линиям, и что сейчас творится со светом в ангаре, лучше не представлять. Может там волосяны наши все поголовно с обожженными жопами сидят, придется идти извиняться тогда. Впрочем, главное мы скорее всего уже купировали, и теперь я точно знаю, что Основа не электричество.

Принцесса сверху зло щелкнула, и что она думает про такие опыты, ясно без перевода, но и меня можно понять, в самом-то деле!

Обратный путь занял куда больше времени, правая рука в лазе только мешала, а когда я наконец встал у башни во весь рост, оказалось, что кулак у меня до сих пор сжат. Пальцы пришлось разгибать по одному, помогая себе левой, и на ладони нашелся растрепанный обрывок веревки длиной с мизинец.

Я растерянно повертел его перед глазами, а всё остальное так и лежит вдоль поля тонкими ломкими кусочками. Один из мужиков потрогал их палкой, и они раскрошились еще мельче. Хорг растер щепотку в пальцах до отдельных волокон и молча сплюнул.

Единичку я на него все-таки потратил, хотя ответ, кажется, уже знал.

[Анализ материала…]

[Анализ завершен]

[Объект: веревка из волокна волосянки (фрагмент)]

[Состояние: разрушена]

[Причина: многократная перегрузка, неравномерный выход Основы против хода волокон]

[Примечание: чередование оттока и обратного выброса разрушило связь между волокнами. Материал расслоен]

[Восстановлению не подлежит]

Ну спасибо, утешила, а то я уж собрался его склеивать. Обрывок я запихнул за пазуху, пусть лежит там напоминанием, во что обходится наука без подготовки, и оглядел поле, по которому мы так щедро раскидали деревенский запас веревки.

Вывод тут простой, хоть и обидный, громоотвод из земли вышел одноразовый, наестся она быстро, а потом всё лишнее летит обратно. Мне же нужно, чтобы оно уходило каждый день и без остатка.

Так что пойдем от обратного, к тому, с чего я и начинал, к едокам. Кормить таких можно сколько угодно, и чем их больше, тем легче сердцу, а проверять тут особо нечего, все они у нас давно работают и сюрпризов пока не устраивали.

Корш все так же стоит рядом и терпеливо ждет, когда я придумаю что-нибудь еще.

— Пиши, — я тряхнул правой рукой, пальцы на ней до сих пор слушаются через раз. — Вторая ферма. Раза в два побольше нынешней.

— Где ставим? — Корш не отрывался от дощечки.

— Рядом с первой, — прикинул я. — Чтобы провод через полдеревни не тянуть, да и грибникам далеко не бегать.

Дед-грибник расплылся до ушей и победно уставился на бригадира, а тот насупился и сунул руки за пояс.

— А плиты кто лить будет? — буркнул он.

— Сегодня никто, — развел я руками. — Магистраль после такого потрепана, рога ее за час дожгут, так что вибрацию со светом пока выключаем. Бери своих и копай деду яму.

— Копай, сынок, — ласково закивал дед. — Зимой еще спасибо скажешь.

— Скажу, если доживу до зимы с такими соседями, — процедил бригадир, но лопату у ближнего мужика все-таки отобрал.

Нагрузку надо поднимать, а мы ее снимаем, и шмелям от такой экономии легче не станет, да только другого выхода пока нет.

— Дальше кабель, — продолжил я. — На сотню жил.

— Волосянки готовой на такой нет, — уголек у Корша замер. — Всё, что было доступно на складе, вон, по полю крошится.

— А катушки с пруда? — напомнил я. — Пиявка, когда в ил закапывалась, весь намотанный волос на них и бросила, там на такую хватит, и еще останется. Накрутчики хоть делом займутся, а то от тоски извелись.

— Там же разматывать еще и разматывать… — поморщился Корш, у которого на такое добро, похоже, имеется отдельная строка.

— Ну и пусть постараются, чего уж, — махнул я рукой. — Воск возьмем у кладовщика, а Дагна пусть бросает всё и кует новую пластину. Бочку под намотку тоже подберите побольше, чтобы на повороте ничего не трескалось.

Корш вписал три строки подряд, и уголек у него сточился почти до пальцев.

— Хорг, — я повернулся к здоровяку. — На тебе канавы, к новой ферме и к яме гнилохода.

— Гнилоходу-то зачем? — Хорг вскинул брови. — Он и так сытый.

— Вот пусть Основой и закусывает, — хмыкнул я. — Линию ему дадим тонкую и со щетками, чтобы разомкнуть в любой момент, если он вдруг начнет расти не туда.

— И волосянов наловите, — добавил я. — С болота, сколько выйдет, хоть по одному в каждый дом посадим.

Корш кивнул и, не сходя с места, набрал бригаду из ближних мужиков, а старшим поставил того, кто, по его словам, на болото уже ходил.

— А каких брать? — тот уже примерял на плечо чужой мешок. — С какой шевелюрой?

— Каких поймаете, тут не ярмарка, — фыркнул я.

— А если драться полезут? — засомневался кто-то из новеньких.

— Считай шлепки, потом доложишь, — отрезал Корш, и вопрос сочли закрытым.

— И последнее, — я оглянулся на башню, из-под свеса которой всё еще пыхало жаром. — Со склада все бухты двадцатижильного, какие найдутся. Кинем вторую линию рядом со старой, пока та совсем не сгорела.

— Лопаты в зубы, — Хорг обвел ближних мужиков тяжелым взглядом, и те вздрогнули. — А кто отстанет, того вместо кабеля в канаву уложим!

Задачи разлетелись мигом, и пока половина народа бежала к деревне за лопатами, ловцы потрусили к реке выпрашивать у рыбаков сети.

Засыпку башни опять отложили, и старший керамзитчик тоскливо глянул на свои воронки, но перечить не стал и увел бригаду вслед за Хоргом.

На копке дед первым делом отмерил шикарную грибную ферму раза