Читать книгу - "Конец игры… - Вячеслав Киселев"

проведения Инчхонской десантной операции, получившей кодовое наименование «Хромит».

Внезапная высадка морского десанта в порту Инчхона прошла успешно и маховик войны раскрутился в обратную сторону. В конце сентября 10-й армейский корпус и коалиционная группировка, наступавшая из района Пусанского плацдарма, окружили 1-ю армейскую группу армии КНДР и овладели Сеулом, а к середине октября вышли на 38-ю параллель и продолжили наступление на Пхеньян.

Несмотря на отсутствие боевого опыта, командир разведвзвода роты «Браво» 1-го разведывательного батальона 1-й дмп лейтенант Вулфовиц проявил себя в ходе высадки и рейда на Сеул с наилучшей стороны и быстро попал в поле зрения руководства Разведывательного управления КМП. Дерзкий, но расчётливый, грамотный и инициативный офицер, да ещё и полиглот, сумевший за короткое время постичь азы корейского языка – это же настоящий алмаз, который требовалось лишь довести до состояния бриллианта. Но увы, для КМП, долго любоваться «бриллиантом» им не довелось. На Вулфовица положило глаз недавно созданное Центральное разведывательное управление, которому требовалось срочное усиление на ближневосточном направлении, где Давид впоследствии как-раз и насмотрелся на френчи и галифе английского покроя…

Следующие полтора десятилетия агент Вулфовиц провёл (с небольшими перерывами) на Ближнем Востоке, тесно сотрудничая с «Мосад ле-модиин вэ ле-тафкидим меюхадим», что в переводе означает «Учреждение по сбору разведывательной информации и специальным поручениям», или попросту «Моссад». Лично познакомившись за это время с Реувеном Шилоахом, основателем «Моссада», и Шимоном Пересом, главой программы по созданию ядерного оружия, и будущим премьер-министром Израиля. И хотя основными поставщиками ядерных технологий для еврейского государства тогда выступили французы, роль американцев не ограничилась лишь молчаливым согласием. Соединенные Штаты заняли позицию информированного наблюдателя, подчищая при необходимости хвосты для сохранения секретности, и один такой не подчищенный хвост стал причиной краха карьеры Вулфовица в ЦРУ.

Но… опытные оперативники на дороге не валяются, поэтому долго маяться от безделья ему не пришлось, и в конце 1969 года Давид Вулфовиц возглавил контрразведывательный отдел в Управлении разведки и контрразведки Министерства энергетики США, в чьем ведении находились проекты по созданию ядерного оружия и научных исследований в области физики высоких энергий и ускорительных технологий. Само собой, специалистом-физиком или инженером за время своей службы в ЦРУ он не стал, но этого от начальника контрразведывательного отдела и не требовалось, а организаторских и аналитических способностей у него имелось хоть отбавляй. Так работа на новой должности и привела его летом 1970 года на строительную площадку линейного ускорителя в Национальной ускорительной лаборатории имени Энрико Ферми в городке Батавия, что находится неподалёку от столицы штата Иллинойс города Чикаго. Где, вследствие любопытства, череды нелепых случайностей, нарушения правил безопасности и отказов техники, он оказался заблокирован внутри ускорительного кольца и попал под испытательный «выстрел» протонного пучка мощностью несколько гигаэлектронвольт… Давид Вулфовиц «испарился», чтобы появиться из ниоткуда в глухом лесу неподалёку от побережья озера Мичиган в 1750 году от Рождества Христова и начать свою вторую жизнь.

***

В то время данную местность можно было назвать освоенной лишь с огромной долей условности. До основания городка Батавия оставалось ещё больше восьмидесяти лет, а на месте Чикаго располагались лишь небольшая торговая фактория и миссионерский пост, основанный в конце семнадцатого века французским монахом-иезуитом. На этом посту и нашёл своё первое пристанище в новом мире сорокадвухлетний «путешественник через ткань мироздания». Побывавший во многих переделках, Вулфовиц быстро принял для себя новые правила игры, сориентировался в пространстве-времени и уже через неделю отправился в тысячекилометровый поход в Филадельфию, столицу колонии Пенсильвания, где жил и работал Бенджамин Франклин.

Прекрасно знакомый с биографиями отцов-основателей и историей возникновения США, проникнувшийся во время общения с коллегами из «Моссада» идеями еврейского мессианства, и не понаслышке знакомый с перипетиями ближневосточного соперничества американской и британской разведок, Вулфовиц быстро определил для себя «сверхзадачу» в новом мире. Он намеревался не допустить раскола между метрополией и американскими колониями, переформатировать власть в Лондоне на американский манер и, как следствие, обеспечить полноценное участие «богоизбранного» народа в политической жизни Соединенных Штатов Атлантики. Что же касается возвращения евреев в Эрец-Исраэль, то есть на «Землю обетованную», эта задача ему виделась в ближайшее время трудновыполнимой, поэтому в качестве промежуточного этапа он рассматривал полную колонизацию еврейскими переселенцами «Изумрудного острова», где английские протестанты уже давно практиковали геноцид ирландских католиков.

Воспользовавшись имеющимся багажом знаний, опытом и помощью еврейской общины в вопросе первоначального капитала, Вулфовиц основал «адвокатскую контору – детективное агентство» и быстро приобрёл вес в филадельфийском обществе. Что дало ему возможность завести близкое знакомство с Франклином и приступить к реализации своих грандиозных планов, оставаясь при этом в тени такого незаурядного человека. Здесь же, в Филадельфии, Вулфовиц спас от виселицы одного тридцатилетнего искателя приключений, в прошлом члена древнего английского аристократического рода. В благодарность за это, Джерард Голдстейн, взявший себе имя погибшего по его вине товарища, перешёл в иудаизм и поклялся быть верным орудием в руках своего спасителя до конца жизни. Со временем, следуя своему плану, Вулфовиц-Смит перебрался в Лондон и принялся плести по всей Европе и Ближнему Востоку «паутину», втягивая в неё аристократов, политиков, банкиров и коммерсантов. Используя при этом на полную катушку капиталы и тайные связи еврейских общин, в точности следуя принципам работы «Моссада», изначально сделавшего ставку на еврейскую диаспору по всему миру. Ведь «моральные принципы строителей сионизма» и уровень лояльности евреев странам своего пребывания явили они сами, изложив их без ложной скромности в письме константинопольских евреев в адрес евреев Арля и Прованса, получившем широкую огласку в конце девятнадцатого века, после опубликования в парижском журнале «Revue des etudes juives».

В 1487 году французский король Карл Восьмой повелел евреям на присоединённых землях либо креститься, либо покинуть королевство. «Порешать» на месте у диаспоры не получилось и они обратились за советом к своим «коллегам» на востоке, на что получили исчерпывающий ответ:

«Возлюбленные о Моисее братья!

Мы получили жалобу с изложением бед и страданий, терзающих вас. Они причиняют столько же горя нам, как и вам самим.

Вот каково решение великих сатрапов и раввинов. Если король принуждает вас креститься – исполните это, так как вам, очевидно, нельзя поступить иначе, но священный закон Моисея да сохранится в ваших сердцах.

У вас грозят отнять имущество – сделайте, стало быть, своих детей купцами, и пусть они отберут все, что есть у христиан. Покушаются на вашу жизнь, говорите вы, – готовьте же из своих сынов фармацевтов и врачей, и они отнимут жизнь у ваших врагов.

По вашим словам, уничтожаются синагоги, – проводите детей ваших в клир гоев и да разрушат они их