Читать книгу - "Студент - Александр Куринь"

- А вы хоть инструмент в руках держать умеете, а то в прошлом году к нам приезжали какие-то деятели из донецкого пединститута, так их только ямы можно было ставить копать, - обеспокоенно поинтересовался директор.

- Обижаете, Иван Иванович, за это можете не беспокоиться, мы всё-таки студенты строительного, а не педагогического института, сделаем все в наилучшем виде, разумеется, если по оплате договоримся.

После моих слов председатель сразу увял, а затем, вздохнув, пояснил:

- Так с оплатой у нас, как и всюду, только по государственным расценкам, ты же понимаешь, у нас государственный совхоз, а не частная лавочка. Над нами своё начальство стоит. Со своими ревизиями и проверками каждый год наезжают.

Сказав это, он завистливо ткнул пальцем куда-то в сторону солнца, которое уже стояло высоко над горизонтом, и продолжил:

- Это там, дальше на восток, целинные коэффициенты ввели, а у нас всё по по- старинке. Так что только так и не иначе. Если объекты смотреть будем, то пойдём ко мне в кабинет, ознакомлю, может и выберешь, что осилить сможете, ну а если нет, так нет.

Председатель, или точнее директор, немного подумал, тряхнул головой, и с надеждой посмотрев на меня, добавил:

- Одно могу пообещать твёрдо, если все же договоримся, то я всё оформлю по верхней планке, не поскуплюсь, деньги у хозяйства имеются.

Минут через десять, изучив с десяток папок, я решил остановиться на строительстве сельского клуба и ремонте крыш над коровниками. Вначале, за ремонтные работы браться не хотелось, но уж слишком Иван Иваныч просил, да и с материалами здесь было все в порядке, хоть завтра приступай. Более того, немного разобравшись, я уже сообразил, как на этом объекте можно с тысячи двухсот квадратов вырулить почти на полторы. Так сказать, перейти от евклидовой, к гиперболической геометрии Лобачевского, которая полностью отрицает известную аксиому о параллельных прямых.

К вечеру, я успел отметиться в трех сортирах и ещё двух хозяйства, где, как жучка блох, нахватался заказов, окончательно убедившись, что такое явление, как безработица, присуще лишь загнивающему капиталистическому обществу. Переговоры подтвердили, Иваныч не соврал, ситуация с расценками повсюду была одинаково безрадостной. Все упиралось в рамки строительных норм и таблицы тарифного справочника.

И вновь хочу о деньгах. Вот почему в нашей стране не принято говорить о высоких зарплатах? Эта тема - табу. Вот сколько зарабатывает выпускник института, всем известно, бывает, тот даже гордиться тем, что в роскоши не купается. А вот сколько получает академик, известный писатель или артист - об этом молчок. Почему молчат, почему считается, что если у человека денег много, то это неприлично? Как по мне, так всё наоборот. Это когда их мало, должно быть стыдно. Может, богатство скрывают, чтобы не вызывать ненужного социального напряжения? Вполне… Вот такие у нас дивные нравы, к которым я уже успел привыкнуть.

Раз уж пошел такой базар, хочется сказать и об отношении к достатку. В своей новой квартире, разгребая разный хлам, я наткнулся на книжицу "Сказка о Мальчише-Кибальчише" Гайдара. Скажу вам, довольно познавательная вещь. И нет, написал её не отец позднейших экономических реформ, а его дед - Аркадий, так как издана она была ещё в 1933 году. Разумеется, перечитывать её я не стал, до сих пор хорошо помнил. Но поднять целый пласт мыслей она смогла. Вот только нынче, её главную идею я оценивал совсем с других позиций, чем ранее. Судите сами. Худой, голодный и в обносках Кибальчиш - это тот, на кого нам следовало равняться, а мальчик, который жрет варенье ложками и закусывает печеньем, - Плохиш. Наверняка, такое имя и придумано, чтобы дети ненароком не перепутали, кто им друг, а кто враг. И ведь никто не обратил внимания на то, что хороший Кибальчиш, бьётся не за то, чтобы варенье было у каждого, он сражается за то, чтобы его не было у тех, у кого оно уже есть. Ведь после победы над плохишами эти кибальчиши начнут устанавливать свои порядки и в других странах. С тех времен прошло изрядно лет, а кибальчиши все также продолжают воевать за то, чтобы никто не ел варенье ложками.

После ужина, Рудольф принялся рассказывать мне о первом трудовом дне, я же просто хотел упасть в кровать. Что-то набегался, да и устал за сегодня дедушка, будто вновь вагоны разгружал.

- Именно так и должен ощущаться груз ответственности, - подумал я, закрывая глаза.

После переговоров с нашим главкомом - Рудиком, который состоялся на следующее утро, нам удалось договориться, что наш отряд разбивается на две неравные части. Меньшая, во главе с командиром, остаётся работать на директивно выделенном объекте, а большая, в составе двадцати четырёх ребят и двух девочек, распределяется по трём хозяйствам и поступает в моё непосредственное подчинение. Конечно, своим волевым решением Рудольф мог бы послать меня с моими идеями туда, где у статуи Давида находится центр композиции, но, видимо, ещё в институте он собрал обо мне некоторую информацию. Наш официальный командир был искренне убеждён, что в этих заволжских степях я выполняю некое секретное задание не только ректора, но и самого министра строительства, товарища Новикова.

Вообще-то, я отлично понимал его сомнения. Как руководитель нынешней формации, он считал, что лучше синица в руках, чем утка под кроватью. К чему ему лишние хлопоты и ответственность? Ну что ж… вольному воля, а мы пойдём другим путём. Правда, говоря эти правильные слова, вождь мирового пролетариата, имел в виду не мою челночную схему зарабатывания денег, а отход от методов индивидуального террора.

На следующее утро, арендованная на всю неделю развозка доставила нашу бригаду на объекты, и мои временные подчинённые принялись осваиваться на рабочих местах. По лицам ребят, можно было догадаться, доверия к такому неопытному руководителю, у них было не много. К счастью, вмешались Мишка с Алико. Внедрившись в ряды скептиков, они раскрыли им некоторые детали моей яркой биографии. И знаете, помогло!

Перечень объектов был широк: помимо клуба и коровников, мы обязались построить здание колбасного цеха, пункт осеменения, подготовить площадку для приёма зерна и возвести лёгкий ангар для автотракторной техники. На первый взгляд, для такого небольшого коллектива, это было многовато, но я возлагал большие надежды на немалый опыт дачного строительства, японские инструменты и те ноу-хау двадцать первого века, которые непременно появятся в моей голове. Ведь ожидание неплохих заработков способно качественно простимулировать как