Читать книгу - "Галактика Белая - Наталья Владимировна Бульба"

я бросила взгляд на святилище.

Плащ лиската был небесно-голубым, цвет Храма казался прозрачно-жемчужным…

— Позвольте, я повторю еще раз, — он не то, чтобы улыбнулся, но губы дрогнули… — Почти восемьдесят процентов воинов, участвовавших в той войне, прошли обработку в Храме Судьбы.

— Я услышала, — кивнула я, поднявшись выше. Теперь мы стояли на одной ступеньке, но… он продолжал оставаться недосягаем. — Почти восемьдесят процентов личного состава боевых подразделений, готовых на беспрекословное исполнение приказов. Абсолютная верность. Готовность идти до конца…

— На Самаринии очень жесткая структура управления. Эклис. Триада. Верховные. Главы даркисов и инцул. Свой путь наверх ребенок начинает в пять-семь лет. Первое, чему его учат — контроль и подчинение. И не важно, насколько силен твой дар. Контроль и подчинение — основа. Тот, кто стоит на ступеньке выше — имеет право, тот, кто ниже — обязан.

— Это касается только вариев? — я сделала еще один шаг… наверх. Без всякой подоплеки, по внутренней потребности идти вперед.

— У энариев свой путь к вершине, но правила те же самые, — Джориш преодолел несколько ступенек. — Исключений нет, есть только принципы, в рамках которых проявляется то, что с вашей стороны могло бы называться человечностью.

— Что же это? — не двинулась я с места.

— Забота о детях, — продолжая подниматься, отозвался он. — Вбитая в генетическую матрицу забота о детях.

— Об одаренных детях, — я не столько подправила его, сколько подкорректировала сказанное им для себя. Вновь догнала лиската, пошла рядом с ним. — Разность восприятия одних и тех же ситуаций?

— Валанд был вашим другом, — Джориш неожиданно сменил тему.

Или… обнажил еще одну ее грань…

— Мы участвовали в одних операциях, — вновь внесла я свои коррективы. — На Зерхане и на Маршее. У нас говорят: он прикрывал мою спину.

— Для вас это важно?

Мы, наконец, поднялись на площадку перед святилищем.

— Знать, что ты можешь доверить кому-то свою жизнь? — улыбнулась я. — А для вас?

— Мы как-то говорили с вами про аналогии, — напомнил он нашу первую встречу. — Я не могу подобрать прямых параллелей.

— А хошши? Матессу? — уточнила я, посмотрев теперь не вверх, а вниз.

Сто и одна ступень…

Я не знаю, что в этом было, но этот путь стоил того, чтобы его пройти.

— Скажите сами, — не то приказал, не то попросил он.

Указывать, что его тон был некорректен, я не стала. За последние полчаса он дал мне значительно больше, чем я могла рассчитывать от простой прогулки.

Простой…

— Служба, — исполнила я его… просьбу.

— Служба, — кивнул он. — Тоже верность, но другого порядка. Когда то, что можешь потерять, уравнивается всем, что приобретаешь. Но выглядит, как традиция.

— Не знай я о вашей преданности эклису и его кайри, могла бы подумать…

— Есть вещи, о которых думать не стоит. Только принимать или не принимать, — вернул он меня к уже пройденной нами однажды теме.

Мягким, но категоричным жестом предложить следовать дальше.

Прежде чем принять приглашение, обвела взглядом лестницу, площадь перед Храмом…

Яркий свет стоявшей высоко Лаймэ, приятная свежесть ветерка и… мы.

Он и я…

— Это входит в понятие гарантии безопасности.

— Время занятий, — Джориш нисколько не разочаровал меня своим ответом. — Нам — туда, — указал он на центральный проход. В отличие от двух боковых, тот был узким, похожим скорее на щель в стене.

— Святая святых, — вспомнив о внутреннем устройстве святилища, тихо произнесла я.

— Именно так, если следовать вашему пониманию сути нашего отношений с Богинями, — практически согласился со мной Джориш.

— А если вашему?

Отвечать он не стал, просто пропустил меня вперед…

Небо над головой было не бескрайним… Оно было… бездонным, безбрежным, бесконечным…

— Телепортационная платформа? — спросила я, подходя к краю площадки, опоясанной тремя полупрозрачными лепестками.

— Отсюда наш мир кажется другим, — Джориш встал рядом со мной, откинул капюшон.

Я последовала его примеру, подставляя лицо свету.

Подставляя лицо свету….

Осень на той записи с Инари была нежной, уютной…

— Знаете, в чем разница между нами и вами? — неожиданно спросил он.

— Кроме тех различий, которые мы с вами уже определили? — уточнила я, догадываясь, что именно ради этого вопроса мы и поднялись на главную башню Храма Судьбы.

— Кроме тех, которые мы с вами уже определили, — повторил он, повернувшись ко мне. — Гарантии безопасности. Вы проверили мои гарантии безопасности, — поправился он, заметив непонимание, которое я не сочла нужным скрывать. — Ни у кого на Самаринии не возникло бы даже мысли сделать это.

— Не возникло бы даже мысли… — повторила я за ним. Усмехнулась… — Хотите знать, как бы я поступила, будь на вашем месте Валанд?

— Мне это известно, — посмотрел он на меня… словно подталкивая к чему-то. — Валанду вы безоговорочно доверяете. Адмиралу Злобину — тоже, — добавил он тем же, чуточку отстраненным тоном.

— Разница… — протянула я, собирая воедино все, о чем мы говорили. Картина получалась… неприглядной.

Вот только… Про то, что «смотря с какой стороны», упоминать, точно не стоило.

— Значит, — я повернулась к зияющей передо мной пропасти спиной, — задача, стоящая перед Самаринией, принять, обеспечить безопасность и развитие дара. Весь вопрос в том, кто и как определяет для себя понятие безопасности. — Я медленно выдохнула, посмотрела на Джориша: — Внешние приличия на вас, вся грязная работа — на нас?

— Свою первую личность я создал, когда мне только исполнилось девять. В двенадцать их было уже шесть. В пятнадцать — сто. Каждая из них являлась полноценной оболочкой, которая не регистрировалась ни одним из ментальных сканеров.

И это вместо ответа на мой вопрос.

Очень хотелось выругаться. Не коротко, выплеснув всю ярость в: «Твою…», а медленно, смачно… Чтобы сначала тлело, исподволь подбираясь к главному, разгоралось, грея и теша, а потом как вспыхнуло…

Несколько миллионов тарсов.

Несколько миллионов, для каждого из которых откроют дом, сердце…

На месте домонов я бы не упустила такую возможность!

— Ну, Слава… — горько усмехнувшись, процедила я сквозь зубы.

— Вы ведь о генерале Шторме? — уточнил Джориш, развернувшись только теперь.

— У меня остался один вопрос, — проигнорировала я его интерес. — Почему именно вы? Впрочем, — поспешила я продолжить, — можете не отвечать.

Сотни личностей…

В качестве посредника он был незаменим…

* * *

— Как же я устал! — рявкнув, Шторм стремительно поднялся с кресла.

Несколько суетливо расстегнул китель. Сняв, бросил на подлокотник. Тот не удержался, упал на пол…

Память… В его жизни такое уже было однажды… Он и Кэтрин…

Думать об этом не стоило! Не сейчас!

Но ведь думалось…

Под ироничным взглядом Шаевского обошел стол и… упал, упруго приняв вес тела на руки. Опустился ниже, практически лег на пол, сделал вдох-выдох…

— Рррраз! — медленно поднялся, замер в верхней