Читать книгу - ""Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 - Игорь Валерьевич Осипов"

Кор-Дум успел открыть рот. — До следующей площадки.

Грым поднял светильник.

На стене рядом со спуском тянулся ряд одинаковых знаков. Ни одного Лекс не понимал. Один повторялся чаще остальных: вытянутая фигура внутри овала, рядом три короткие черты. Внизу под знаком светилась тонкая стрелка, направленная влево.

— Похоже на указатель, — сказал он.

— На что? — спросил Грым.

— Не знаю.

— Полезная штука.

Лекс кивнул на карту.

— А твоя карта отсюда что показывает?

Грым полез под плащ. Карта, которую они унесли из мастерской, заканчивалась у выработки. Дальше на ней была только пустая бумага.

— Очень полезная штука, — буркнул Лекс.

— Зато честная.

Кор-Дум опустил носилки.

— Хватит. Смотрим быстро.

Они оказались на площадке, откуда расходились три пути. Прямо вниз продолжалась широкая лестница к открытому городу. Слева уходил закрытый коридор с редкими голубыми огнями. Справа начинался мост, переброшенный к соседнему зданию. Часть перил на нём отсутствовала, а дальше, метрах в тридцати, путь тонул во мраке.

Айрин присела возле Зураба.

— Он горячий.

Лекс опустился рядом. Кожа у кузнеца действительно стала горячее, чем была у озера. Тёмное пятно, начинавшееся над лодыжкой, поднялось почти до колена. Повязка на предплечье промокла не кровью — через ткань проступала мутная влага.

Голень распухла так, что разрезанная штанина уже не сходилась по краям. Под кожей проступили тёмные разветвлённые полосы, будто кто-то провёл углём вдоль сосудов. Зураба знобило несмотря на жар: по вискам стекал холодный пот, губы пересохли и потрескались, дыхание стало коротким и поверхностным. Айрин проверила пальцы ноги один за другим; на два последних кузнец почти не отреагировал.

— Долго ему так нельзя, — сказала Айрин.

— Я вижу.

Ответ вышел резче, чем Лекс хотел. Айрин только подняла на него глаза.

Он провёл ладонью по лицу.

— Прости.

— Потом.

Кор-Дум стоял у левого прохода и смотрел на пол. Голубая линия под его сапогом раздваивалась: одна уходила дальше в коридор, другая возвращалась к лестнице.

— Здесь ходили часто, — сказал он.

— Откуда знаешь? — спросил Лекс.

Дворф ткнул носком в край плиты.

На гладком тёмном камне почти ничего не было видно, но возле стены шла широкая матовая полоса — не грязь, скорее след от тысяч одинаковых касаний или колёс.

Грым присел, провёл пальцем по поверхности.

— Тележки?

— Или что-то похожее. На мосту такого нет.

Лекс посмотрел на повторяющийся знак с фигурой в овале. Если это и не медицина, то хотя бы место, куда что-то регулярно возили.

— Левый, — сказал он.

Кор-Дум ткнул пальцем в левый проход.

— Левый.

Никто не спорил.

* * *

Коридор оказался уже, чем казался с площадки. Два человека могли пройти рядом, но носилки занимали почти всю ширину. Голубая полоса шла по левой стене на уровне колена и через каждые несколько десятков шагов уходила в прямоугольные ниши.

В первой нише ничего не было.

Во второй стояла низкая металлическая рама на четырёх колёсах. Одно колесо отсутствовало, два других срослись с каменным налётом. Кор-Дум задержался возле неё всего на миг.

— Тележка, — сказал Грым.

— Похоже.

— Значит, отец опять прав.

— Запомни этот день, — ответил Кор-Дум. — Второго можешь не дождаться.

Грым хмыкнул.

Лекс не улыбнулся. Перекладина снова начала выскальзывать из пальцев.

— Стоп.

Они опустили носилки.

Лекс разогнул кисть по одному пальцу. На ладони осталась глубокая красная полоса. Грым присел рядом, вытянул ремень из своей поклажи.

— Давай обернём.

— Потом не снимем.

— Зато сейчас не уронишь.

Он дважды обернул ремень вокруг перекладины и сделал широкую петлю для ладони. Лекс попробовал. Давление теперь приходилось на запястье, а не на пальцы.

— Лучше.

— Я знаю.

— Не привыкай.

Грым уже открыл рот, но Зураб вдруг застонал.

Айрин сразу опустилась рядом.

— Зураб. Слышишь?

Кузнец не открыл глаз. Правая рука дёрнулась на груди, нащупала ворот рубахи и замерла.

Лекс вспомнил деревянную куколку.

— Она здесь, — сказал он. — В кармане. Не потеряли.

Пальцы Зураба перестали шарить.

Кор-Дум посмотрел на Лекса, потом отвернулся к коридору.

— Поднимаем.

Через несколько шагов впереди стало светлее, и коридор вывел их в круглый зал.

Сначала Лекс решил, что впереди открывается ещё одна улица. Далеко впереди стояли колонны, между ними тянулись мосты, под мостами мерцала вода. Слева уходила лестница, справа — высокий проход, над которым колыхалась тёмная ткань.

Грым остановился.

— Воды я не слышу.

Лекс тоже прислушался, но не услышал ни плеска, ни эха — только слабый треск шахтного светильника.

Кор-Дум снял с носилок железный прут, который они несли с озера, и протянул вперёд.

Прут прошёл сквозь первую ступеньку.

Изображение дрогнуло. На секунду вместо лестницы показалась чёрная яма, потом камень снова стал целым.

— Не нравится мне это, — сказал Зураб.

Все замерли: голос Зураба был едва слышен, и Айрин тут же наклонилась к нему.

— Не разговаривай.

— Я и не собирался.

Глаза он так и не открыл.

Грым усмехнулся одним уголком рта.

— Значит, живой.

— Пока, — сказал Кор-Дум. — И таким останется. Лекс, пол.

Лекс взял прут.

Он не стал тянуться к дару. После ворот голова всё ещё отзывалась тупой болью, а кровь из носа только недавно перестала идти. Здесь хватало обычного железа.

Первые два метра были настоящими, но на третьем прут провалился вниз почти по рукоять.

Лекс отступил.

Изображение пола оставалось безупречным. Голубоватые прожилки тянулись по плите, не отличаясь от настоящих.

— Яма, — сказал он. — От стены примерно два шага.

Кор-Дум поставил носилки.

— Обход?

Лекс проверил слева: под прутом был камень, ещё через шаг — снова камень, и у самой стены оставался проход шириной чуть больше метра.

— Здесь можно.

— Носилки боком, — сказал Кор-Дум. — Я впереди. Грым сзади. Айрин — у стены, держишь свет. Лекс, проверяешь перед моими ногами.

Они перестроились.

Теперь Лекс шёл первым, медленно простукивая пол. За ним Кор-Дум держал передний конец носилок. Грым шёл последним, почти боком. Айрин прижималась к стене и поднимала светильник так, чтобы край настоящего пола не терялся в тени.

Первые пять шагов прошли спокойно, но на шестом зал изменился: мосты впереди исчезли, а вместо них выросла сплошная чёрная стена. Грым резко остановился.

— Лекс.

— Не смотри вперёд. Смотри на стену рядом.

— Я и смотрю. Она только что была там.