Читать книгу - "Не по собственному желанию 3. Финал - Александр Куринь"

– ударила на север, и не встречая сопротивления, уже подходила к Бериславу, а две другие избрали своими целями Херсон и Николаев.

- Если они и дальше так будут распылять свои силы, то через пару дней у них и воевать некому будет. Неужели в российских штабах сидят одни дураки? – задумчиво проговорил полковник Семенюк.

Я пожал плечами о ответил.

– Скорее всего, они насмотрелись фильмов о войне, когда в сорок первом немцы гоняли по Белоруссии красную армию.

Полковник, пожав плечами и повернувшись ко мне, продолжил,

- Ведь это же понятно, что они будут вынуждены выставлять блокпосты на дрогах, выделять дополнительные силы для охраны баз снабжения. Если не против регулярных частей, то против местных партизан. И вообще, я никак не могу понять, на что они вообще рассчитывали. Даже элементарные подсчёты, которые способен сделать курсант-первокурсник, показывают: для того чтобы захватить, а главное удержать такую территорию, как Украина, на ее границах необходимо было сосредоточить как минимум впятеро больше сил.

Вот только, что имеем - то имеем. Оставалось надеяться, что генерал Залужный все же сообразит, что главный удар противника направлен вовсе не на восток, и сможет перебросить часть обстрелянных бригад на действительно опасные участки.

Почему Украина оказалась совершенно не готова к нападению, если все соцсети были переполнены сообщениями и от жителей Крыма, фиксировавших масштабные скопления российской техники, и от жителей Херсонщины, наблюдавших необычные манёвры российских войск неподалеку?

Нельзя было объяснить и то, почему так и не был взорван ни один мост через оросительные каналы, которыми была густо покрыта вся левобережная часть области. А ведь эти каналы, спроектированные ещё в советское время, фактически выполняли роль противотанковых рвов. Если бы удалось их вовремя подорвать, оккупанты не смогли бы продвигаться такими темпами. Ведь все эти рвы тут же заполнила вода. Вот только задавать такие вопросы сейчас некому - штаб обороны юга до сих пор не сформирован.

Немного позже, главе Херсонской ОГА господину Лагуте, все же пришлось ответить на эти и другие вопросы. От него мы услышали исчерпывающий ответ: мол, таких полномочий у гражданских не было, это вопрос военных, а его администрация, согласно инструкции, должна была заниматься лишь эвакуацией и перемещением на запасной пункт управления.

В ситуация была такова. Получив по зубам на кратчайшем пути к Херсону с юга, оккупанты попытались прорваться и обойти город с востока и уже оттуда продолжить наступление на Николаев. К счастью, нам удалось вовремя уничтожить мост у Дарьевки, что заметно осложнило и снизило темпы их продвижения. Вот только быть сильными сразу на всех направлениях нашим бригадам элементарно не хватало сил, так что вскоре, противнику удалось захватить второй мост через Ингулец, у Снигирёвки. После этого, часть их сил направилась на Николаев, а другая, немного меньшая, сделала попытку охватить херсонскую группировку с севера. Сил для этого у них было достаточно. По данным воздушной и спутниковой разведки на правый берег уже переправилось более тридцати тысяч личного состава. И вот теперь, вся эта орда надвигалась на две наши бригады, которые в сумме насчитывали не больше семи тысяч бойцов. Разумеется, в тылу группировки начали формировать вспомогательные отряды территориальной обороны, но до уровня подготовки регулярной армии им еще далековато.

Если на нашем участке фронта обстановка была как позже скажут, "более-менее контролируемой", то восточнее перешейка дела шли совсем скверно…

В ночь с 27 на 28 февраля, в Токмаке, российские диверсанты, которые были заранее заброшены на территорию Украины в составе диверсионно-разведывательных групп, а перед этим выкрали на одном из военных складов форму ВСУ, вступили в бой с немногочисленными украинскими подразделениями. По данным разведки, в течение ночи, между переодетыми диверсантами и ВСУ происходили ожесточённые стычки. К счастью, этих засланцев удавалось распознавать благодаря тому, что на них были бронежилеты российского образца, иначе дела стали бы и вовсе скверными. Тем не менее, Мариуполь оказался полностью отрезан от основных сил на востоке.

Менее чем через неделю, двадцать седьмого февраля ситуация и на нашем участке стала крайне опасной, отчетливо вырисовывался херсонский котёл. С севера, на нас двигались силы россиян, перешедшие Днепр у Каховки, с востока протекал широкий Днепр, а на юге - волновалось Чёрное море. Под вечер двадцать седьмого, со мной на связь вышел Василий Дмитриевич.

- Александр Борисович, ситуация складывается угрожающая и я не вижу иного выхода, как начать отход наших силы в направлении Николаева. Как заверила меня местная гражданская администрация, оборонные рубежи там уже подготовлены.

Хочу отметить, что полковник Семенюк взял на себя временное общее руководство всей херсонской группировкой, в которую входила как наша первая, так и части пятьдесят девятой бригады ВСУ. К счастью, её командир, полковник Сухаревский, оказался человеком толковым и не амбициозным. Он прекрасно понимал, к чему может привести путаница в приказах, и не дожидаясь прямого приказа из Генштаба, согласился занять должность его заместителя. Сороковая бригада, которая также принимала участие в боях на правобережье, в данное время уже была задействована на севере николаевского направления. На помощь ей направлялась и только что сформированная 124-я бригада территориальной обороны.

Не скрою, больше всего, мы рассчитывали на нашу вторую бригаду подполковника Онопко, которая наконец-то закончила формирование и двигалась ускоренным маршем в направлении Черноморска. К общему удивлению, противник почему-то решил не бомбить стратегический мост в районе посёлка Затока. Вероятно, рассчитывал сохранить его для собственных нужд. Например, как наиболее близкий и удобный путь для соединения с Приднестровьем.

К этому часу мы уже знали обо всех силах, которыми располагали россияне. Против наших двух бригад они задействовали примерно 25 БТГ, это до двадцати тысяч личного состава, 22-й армейский корпус в полном составе, не менее одной дивизии 58-й армии и до половины 7-й десантно-штурмовой дивизии. К ним следует добавить и 140 самолётов, 60 вертолётов вкупе со всем корабельным составом Черноморского флота. Понятно, что Семенюку не оставалось другого выхода, как принять тяжёлое решение - оставить Херсон и отвести обе бригады под Николаев. Хотелось думать, что нам удастся отстоять этот город: он будет покрупнее, и более важный, чем Херсон. Ведь в случае его захвата, оккупантам открывался прямой путь на Одессу.

А Николаев готовился к обороне. Через день, общая ситуация вокруг города стала настолько угрожающей, что командование флота отдало приказ затопить у стенки флагман и гордость украинского флота, фрегат "Гетман Сагайдачный". Сейчас, он стоял на ремонте и не имел возможности выйти в открытое море. Словом, пока что всё выглядело неважно,