Читать книгу - ""Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 - Игорь Валерьевич Осипов"

— Знаю.

Они дождались, пока машина прогреется. Потом повторили движения. На одном из соединений выступила капля масла; насос остановили, сняли давление и подтянули уплотнение. При следующем пуске ткань осталась сухой.

Кор-Дум велел принести пробный груз.

Зураб шагнул было к ящику с чугунными брусками, но остановился сам и позвал работника от соседнего горна. Вдвоём они подвезли ящик на низкой тележке. Грым закрепил стропы на лапе погрузчика, проверил замки и отошёл к управляющей тяге. Место для человека внутри каркаса осталось пустым.

— Стоп — сразу отпускаешь, — сказал Кор-Дум сыну.

— Знаю, отец.

— Я не тебе одному говорю.

Он оглядел площадку. Лекс сидел за её краем, Зураб держал руки на спинке его табурета. Брун стоял у шкалы.

Груз поднялся над подкладками на ширину ладони и замер.

Лекс считал удары собственного сердца. Ему всё время казалось, что сейчас дрогнет шток, погаснет полоска, а чугун ударит об пол. Но стрелка держалась, и из сливной линии не доносилось прежнего бульканья.

— Опускай, — сказал Брун.

Грым плавно вернул рычаг.

Когда нагрузку довели до рабочей отметки из книги, плечо поднялось так же ровно. Кор-Дум смотрел на опоры, Брун — на соединения. Лекс повернулся к сливной трубке, но Зураб тронул его за левый локоть.

— Не верти головой. Я вижу отсюда. Сухо.

— Держит, — произнёс Грым.

Он сказал это тихо, почти самому себе. Потом обернулся к Лексу, и на мгновение они встретились взглядами — уже без прежней готовности спорить.

Кор-Дум дождался, пока чугун опустят на подкладки, и перекрыл пар.

— На сегодня хватит. Утром ещё погоняем. На разгрузку пойдёт, если после простоя то же самое покажет.

Брун снял рукавицы.

— Старую пружину к записи приложу.

— Приложи. И напиши, что проверяли. Чтобы через год опять только руками не жали.

Брун принял запись без спора; Кор-Дум повернулся к Лексу.

— Ты заметил, куда смотреть. Хорошо.

У Лекса вдруг защипало глаза. Он опустил взгляд на грязные манжеты выданной рубахи, подождал и ответил:

— Грым увидел, что конец цеплялся. И пружину я сам бы сегодня не сделал.

— Видел я, кто что делал.

Кор-Дум стоял рядом, не торопясь уходить. Потом забрал рисунок с доски и разгладил ладонью.

— Грым, в книгу перенесёте вместе. Лекс рисунок проверит, ты подпишешь. По кристаллу тоже допиши, что команда до отказа доходила.

— Допишу.

— Зураб, завтра Бруну покажешь, какие захваты в своей кузнице делал. Только за большой молот пока не берись.

Кузнец провёл большим пальцем по обожжённой щеке.

— Покажу.

У Лекса сорвался короткий смешок. Зураб посмотрел на него с недоумением.

— Что?

— Ничего. Просто… завтра.

Кузнец задержал на нём взгляд, потом опустил руки со спинки табурета.

Кор-Дум повёл Лекса к дальнему концу коридора. Остановился у двери, снял с гвоздя ключ и открыл.

В каморке стояла узкая лежанка, стол с обломанным углом и два ящика, набитых старой оснасткой. Под потолком белело небольшое окно. Отсюда грохот молота доносился тише.

— Здесь поселишься, — сказал дворф. — Сегодня ящики вынесут. Работать пока будешь за верстаком, сколько лекарь разрешит. Разбирать — со мной или с Бруном. Сам в машину не лезь.

Лекс опустился на край лежанки. Под тюфяком скрипнула доска.

— А Зураб?

— В людской останется. Возле двери ему место оставили.

Лекс посмотрел на стол. На нём помещался бы целый лист, если убрать жестяную коробку и треснувшую кружку.

Кор-Дум уже взялся за дверь, но не вышел.

— Завтра к магистру.

Лекс перестал смотреть на стол.

— Уже?

— Десятый день после рынка. Дальше тянуть нельзя.

В коридоре прошёл работник с охапкой ремней. Лекс дождался, пока тот скроется за поворотом.

— После того, что было на полях, он ведь…

Он не закончил. Кор-Дум прикрыл дверь, оставив узкую щель.

— Копия записи о запуске есть. Потребует — покажу. То, что случилось на глазах у всего участка, не спрячешь.

— А если заберёт?

Кор-Дум помедлил, перекатывая ключ в ладони.

— Я буду рядом. Бумаги на тебя у меня. Просто так не отдам.

Лекс смотрел на его ладонь с ключом. Ему хотелось услышать что-нибудь определённее.

— Спроси лучше прямо, — сказал он тихо. — Может, он уже решил?

— Завтра и узнаем.

Кор-Дум вернулся к ящику и сел, уперев ладони в колени.

— Про сегодняшнюю работу я запишу, как было. Нашли клапан. Изготовили пружину. Проверили вместе. За это мне перед ним оправдываться не придётся.

— Сегодня ничего такого не было, — сказал Лекс.

— И пробовать пока не надо.

Лекс потёр лоб. Дворф подождал, пока он опустит руку.

— То, что на полях случилось… Я не знаю, отчего. Ты тоже не знаешь. Не пытайся ему объяснить больше, чем помнишь. Но если снова начнётся — скажи мне сразу.

— Скажу, — ответил Лекс. Кор-Дум поднялся и открыл дверь шире.

— Поесть сюда принесут. Лежи. Железо до утра не убежит.

Он ушёл. Лекс ещё немного посидел, слушая шаги в коридоре. Потом осторожно лёг, устроив правую руку на сложенном краю тюфяка. Теперь это была его комната, а браслет на запястье всё так же тёр кожу при каждом движении.

* * *

Ящики вынесли двое подмастерьев. Зураб пришёл следом со свёртком Лекса и поставил флягу на освобождённый стол. Рисунки с полей он положил сверху: один лист всё ещё коробился там, где намок у будки.

— Остальное в людской осталось? — спросил Лекс.

— Только миска. Принесу, если надо.

— Не надо. Спасибо.

Кузнец оглядел комнату, осторожно нажал ладонью на край тюфяка.

— Тут потише.

— Да.

Зураб направился к двери, но Лекс окликнул его.

— Ты заходи. Просто так тоже.

Зураб остановился у двери.

— Завтра зайду. Покажу, про какой захват говорил.

— Ладно. Завтра, — отозвался Лекс. Кузнец провёл ладонью по косяку и вышел.

Айрин постучала, когда за окном уже темнело. В одной руке она держала миску, другой прижимала к боку свёрнутую футболку.

— Можно?

Лекс сел и освободил место на столе.

Она поставила еду, развернула ткань.

— Высохла. Шов ещё не трогала, света не хватило.

— Потом зашьёшь.

— Завтра, если нитки дадут.

Айрин сложила футболку у стены. Лекс провёл ладонью по ткани: пятна не отстирались полностью, но жёсткой корки больше не было.

— Ты сама-то ела?

— Ела.

Он посмотрел на неё. Айрин приподняла бровь.

—