Читать книгу - ""Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 - Игорь Валерьевич Осипов"

Прежде чем ответить, старик посмотрел к воротам загона.

— Здесь — не знаю. Его людей видел на обысках. Забирали тех, у кого искра объявилась.

— Всех, кого находили?

— При мне — всех. Я на двух улицах был, за остальной город не скажу.

— А потом? Они возвращались?

Корней медленно покачал головой, не глядя на Лекса.

Девушка подняла глаза.

— В Магистериум могли увезти, — сказала она. — Вэл’Шан и одарёнными занимается, и старыми устройствами.

— Ты его встречала?

— Нет. Про него слышала. На севере тоже знают это имя.

Лекс хотел спросить, где именно на севере, но она уже отвернулась. Гринька присел возле матери, поднял с пола край её подола, чтобы не наступили проходящие.

У ворот лязгнул засов.

— По биркам! На продажу!

Пожилая женщина попыталась подняться, но ладони разъехались по камню. Девушка успела подхватить её под мышки, прежде чем служащий остановился перед ними и сверился с дощечкой.

— Семьдесят четвёртая. В лекарский ряд.

— Её к лекарю? — девушка чуть подалась к служащему. — Жар со вчерашнего дня. Сейчас хуже стало.

— Там разберутся.

— Ей пить надо. Понемногу, слышите? Она сама уже не просит.

Служащий кивнул двум помощникам. Один взял женщину под плечи, другой — под колени, и её рука стала выскальзывать из пальцев девушки.

— Погодите. Я донесу с вами.

— Ты здесь остаёшься.

Она ещё держалась за чужую кисть, пока помощник не потянул на себя. Тогда пальцы разжались; к ладони прилипла серая нитка, вылезшая из рукава больной. Девушка отступила, прижав руку к животу.

— Лечить будут? — спросила Марфа.

— Если лечение окупится.

Помощники понесли женщину к боковой двери. Её ступня задела косяк, и девушка дёрнулась следом. Охранник встал поперёк прохода. Она остановилась.

Девушка всё смотрела на закрытую дверь. Серую нитку она заметила не сразу; сняла её с ладони и долго перекатывала между пальцами, прежде чем стряхнуть.

— Давно вы вместе? — осторожно спросил Лекс.

— С позавчера.

Он не нашёлся с ответом. Девушка вытерла ладони о рубаху, словно собиралась снова кого-то подхватить, хотя возле стены уже никого не было.

Когда им приказали встать в ряд, Лекс придержал натянувшуюся цепь, пока она переступала через неё больной ногой. Девушка на миг опёрлась на перекладину и едва слышно поблагодарила.

* * *

К помосту вели пять широких ступеней. Людей из фургона Лекса выстроили вдоль задней перекладины лицом к площади. Девушку и ещё нескольких пленников из другой партии вывели с боковой лестницы, ближе к столу продавца; их записи писарь положил отдельно.

Продавцом оказался невысокий эльф в жёлтом кафтане. Он кивнул знакомому в первом ряду, поправил рукав и заговорил так громко, что Лекс невольно отодвинулся.

— Сто восемнадцатая партия! Двадцать один человек с северо-восточного тракта. Рабочие руки для поля, шахты и дома. Осмотрены городской службой!

— Сколько больных? — крикнули снизу.

— Заключения перед вами. Подходите, читайте. Скрытых пороков не держим.

Лекс посмотрел на стол. Рядом с бирками лежали дощечки, и покупатели действительно брали их в руки, сравнивали записи, передавали друг другу. На обороте его дощечки был чёрный знак, которого не было до прихода магистра.

Первыми продали двух крепких мужчин шахтному приказчику. Тот отсчитал восемь серебряных и затянул кошель; остальные двадцать пообещал довнести перед отправкой. Мужчин увели в огороженный проход справа от помоста; приказчик получил узкую полоску кожи с оттиском и пошёл смотреть следующую партию. Писарь продолжал наносить отметки, не поднимая головы.

Ещё одного человека купил драконид с медными кольцами в рогах. Он осмотрел старый шрам на предплечье, спросил, умеет ли пленник держать копьё. Тот ответил, что умеет. Драконид велел показать хват, один раз поправил ему руки и кивнул продавцу.

Гринька следил за уходящими. Марфа притянула его поближе. Он попробовал убрать руку, но она не отпустила.

Их вызвали вместе.

— Женщина, домашние работы, прядение, уход за скотом. Сын пятнадцати лет. Можно парой, можно отдельно.

— Как отдельно? — Марфа повернулась к продавцу. — Вы же записали. Это мой сын!

— Так и стоит в записи. Покупатель прочтёт.

— Двенадцать за женщину, — отозвался покупатель в сером плаще. — Парень не нужен.

Служащий взял Гриньку за локоть, собираясь вернуть его к остальным, и Марфа вцепилась в руку сына.

— Не трогай его!

Крик оборвался, когда служащий перехватил дубинку. Марфа отшатнулась, но Гриньку не отпустила.

— Господин, нас вместе возьмите, — быстро заговорила она уже вниз, к покупателю. — Я за двоих сделаю. Он вам мешать не будет, только вместе…

— Восемнадцать за женщину, — перебил продавец.

— Четырнадцать. Мне во двор, а не в спальню.

Продавец окинул взглядом площадь. Покупатель поднял два пальца, показывая, что больше не даст; за его спиной кто-то нетерпеливо окликнул торговца, требуя перейти к следующему.

Корней шагнул вперёд.

— Вместе берите, господин. Она со скотом, он на подхвате. Мать без него…

Служащий упёр дубинку ему в грудь и оттеснил к перекладине.

— Тебя выставят — будешь говорить.

Корней смолк, втянув воздух сквозь нос. Марфа держала Гриньку обеими руками; подросток перестал смотреть на покупателей и прижался к ней плечом.

— Мам, не надо, — прошептал он. — Он сейчас ударит.

— Молчи, Гринь. Молчи.

Она произносила это почти беззвучно, словно успокаивала его перед сном, и от этого Лексу стало страшнее, чем от её крика. Он хотел вмешаться, сказать что-нибудь, что заставит покупателя передумать, но за спиной уже скрипнули доски под ногами охранника. Лекс прижал больную руку к животу и остался у перекладины.

Писарь за столом наклонился к продавцу и что-то сказал. Тот раздражённо поморщился.

— Полевое управление даёт восемнадцать за обоих, — объявил он покупателю. — Двадцать — забирайте пару.

— Я сказал: парень мне не нужен.

— Тогда другие есть. Подождёте следующую партию.

Покупатель в плаще опустил руку и отошёл.

Служащий велел Марфе вернуться в ряд, но она не двинулась, пока Гринька не потянул её за рукав. Лекс выдохнул: всё это время он стоял, задержав дыхание. На дальней стороне помоста уже спрашивали цену другой женщины.

— Я же сказала, что не отдам, — прошептала Марфа возле Корнея. — А он бы взял и…

Старик подвинулся, заслоняя их от площади. Когда Марфа наконец разжала пальцы, на запястье сына остались белые полосы.

— Прости, Гринь. Больно тебе?

Подросток мотнул головой. Она принялась поправлять