Читать книгу - "Занесённые снегом - Алла Лебедева"

— Юля, ты очень спешишь домой? Что, если мы поужинаем в одном уютном месте? Это совсем рядом и там я угощу тебя настоящими бурятскими позами, — Арсений посмотрел на женщину с просьбой в глазах.

— Разве могу я отказать своему спасителю? Понимаешь, я не увидела этого мотоциклиста. В это время позвонила моя приятельница Дина из Малозерска и стала рассказывать про то, как у нее под окнами застрелили медвежонка. Медведи выходят прямо в центр Малозерска, представляешь? Дина рассказывала и плакала в трубку. Ведь медведь мог напасть на ее восьмилетнего сына, который вовремя увидел зверя и спрятался в подъезде.

Поэтому я отошла от остановки, внимательно слушая Дину. Разговор был эмоциональный. Дине одновременно было страшно за старшего сына и жаль этого медвежонка, застреленного на глазах у младшего сынишки, наблюдавшего сцену расстрела через окно. Поэтому я отвлеклась от происходящего вокруг, успокаивая Дину. Не окажись ты рядом, лежать бы мне на больничных носилках, как те две женщины. Это в лучшем случае, — слабо улыбнулась Юлия.

* * *

В ресторане «Кристалл» было малолюдно.

— Арсений Павлович, как приятно вас видеть! — навстречу им вышел крупный мужчина восточной внешности в белом колпаке на голове и приветственно пожал ему руку. Затем слегка поклонился Юлие.

— Это Бурхан, хозяин заведения. Мы познакомились с ним пару лет назад. Я принимал роды у его жены, — пояснил Арсений своей спутнице.

Он неторопливо огляделся и выбрал столик ближе к витражному окну.

— Ты чем-то обеспокоена? С нашей дочерью всё в порядке. Пару дней и ее выпишут домой. Не волнуйся, — начал он. Но замолчал, понимая, что хотел сказать не только это.

На стол подали дымящиеся бурятские буузы. Арсений поблагодарил официанта и они начали есть в полном молчании.

— Спасибо за ужин. Действительно, очень вкусно. Не то, чтобы я не пробовала позы, но такие ела впервые, — вежливо сказала Юлия и посмотрела на часы.

— Юля, не знаю, с чего начать… Для тебя не секрет, что я испытываю к тебе симпатию… Вернее сказать, ты мне очень нравишься. Мы знакомы давно и я заметил, что твой взгляд на многие вещи совпадает с моим так, словно бы я сам произнёс… Тебе не кажется, что мы могли бы создать… — начал Арсений по дороге домой, когда машина вырулила на сельскую дорогу и плавно двигалась по главной улице, освещенной фонарями.

— Не продолжай, пожалуйста, Арсений. Создать — глагол молодости и активности. Когда ещё много всего впереди. Что касается нас с тобой, мне так не кажется. Не стану скрывать, ты мне тоже нравишься. Но, на мой взгляд, наше сближение приведёт к осложнениям внутри семьи. Представляешь, что скажет Анжелика, если мы, взявшись за руки и краснея как подростки, объявим ей, что станем жить вместе? — ответила Юлия.

— Юля, я вовсе не так представлял себе нашу совместную жизнь. Считаешь, что я призываю тебя к немедленному сожительству? Нет, это не так. Я также как ты, долгое время живу один и привык к своему образу жизни, менять который мне будет трудно. Для начала мне бы хотелось, чтобы ты в ужасе не шарахалась от меня, когда я иногда просто предлагаю проводить тебя до дома.

Знаешь, Юленька, я не утратил критического мышления. Как врач, способен оценить физические возможности организма. Кружение страстей давно оставил в прошлом. Мне ценно то, что мы с тобой во многом смотрим на жизнь одинаково. Самое главное, наши основные цели сходны. Это жизнь наших детей и внуков.

Что касается наших детей… Я уверен, что Анжелика и Ник только порадуются за нас. Если короче, я предлагаю тебе свою дружбу. Надеюсь, ты не отвергнешь её? — сказал Арсений. Его руки, державшие руль, слегка дрогнули.

— Прости. Ты прав. Иногда я веду себя неадекватно. Причем, сама не могу дать этому объяснения, — тихо произнесла Юлия и с грустью покачала головой.

— Вчера один радостный папаша одного новорожденного угостил меня виноградом. По его словам, привезенным из Ташкента. Ты не против винограда? — спросил Арсений.

— Нет, я не против винограда! Но что я скажу Нику, если он позвонит? — улыбнулась Юлия. Она подумала, что после того, как она уложит спать внука, её ждет ещё один вечер в одиночестве, похожий на все другие вечера.

— Ответишь, как есть. Если взрослая самостоятельная женщина отклоняется от своего первоначального маршрута, что есть в том необычного? — спросил Арсений.

— Верно. Кроме того, я вспомнила, что давно не ела южного винограда, — ответила Юлия и рассмеялась.

Глава 45

— Да, ваша честь. Я был уверен, что это труп моей сводной сестры Натальи Маринцевой. Утопленница была похожа на неё. Моя мачеха Устинья рассказывала, что Натка, то есть Наталья спуталась, то есть, ну это… стала жить с каким-то мужиком по фамилии Лабутин. Он, этот Лабутин дважды приезжал к Устинье за документами Натальи, но она, ну, то есть Устинья, выгнала его.

Потом Устинья говорила, что Наталья написала ей письмо о том, что вышла замуж. В письме была копия свидетельства о браке. Это письмо хранилось в сумке Устиньи.

Но Устинья твердила, что скоро муж выгонит Наталью, потому что она ленива и глупа. Когда обнаружили труп, я был на берегу и увидел, что утопленница была с длинными рыжими волосами. Такие, в точности, были у Натки. Ну, я решил, что муж выгнал Наталью и она с горя утопилась, — высоченный Рудольф стоял, слегка перегнувшись над судебной кафедрой и путано отвечал на вопросы судьи.

Дальше он рассказал, что в доме проживает один. Его отец Геннадий Сизых трагически погиб в 1992 году, попав под поезд в пьяном виде. Устинья умерла от кровоизлияния в мозг три года назад.

Конечно, он лукавил. На берегу реки, когда полицейские выловили неопознанный труп женщины, Геннадий появился совсем не случайно.

Несколько месяцев назад он за кружкой пива разоткровенничался со своим приятелем, участковым Николаем Шубиным. Рассказал, что местный предприниматель Макар Зобин предлагал за дом приличную сумму.

— Да я бы с радостью продал эту халупу. За эти деньги мог бы прикупить две таких в центре поселка. Но, как? Кроме меня, есть еще одна наследница, Натка, моя сводная сестра, — с грустью поведал он Николаю свою семейную историю.

— Что тебе известно об этой Натке? — заинтересовался Николай.

— Устинья рассказывала, что девка сбежала от бабки вместе с младенцем. Кто-то, будто, видел их на трассе… Наверняка, сгинули в лесу под Иркутском, — ответил Рудольф, махнув рукой.

— У твоей сестры есть особые приметы? — деловито спросил Шубин.

— Рыжая она. Длинные рыжие волосы и