Читать книгу - "Лучше, чем настоящая жизнь - Брук Кроуфорд"

Это многое для него значило, и чувство вины за то, что он больше не может быть фонду надежной опорой, резало его по живому. Он задернул штору и встал у холодного, незажженного камина.

– Мне очень жаль, Рона. Знаю, я всех подвел. Особенно тебя.

Рона хмыкнула.

– Не глупи! Со мной все будет в порядке. Но Мо! Если ты в таком состоянии хотя бы отчасти из-за Нетты, то пообещай, что сделаешь с этим что-нибудь. Свяжешься с ней. Думаю, она чувствует себя твоим очередным мимолетным увлечением, но ведь она была чем-то гораздо бóльшим.

Мо облокотился о каминную полку.

– Я об этом подумаю.

– Хороший мальчик, – сказала Рона. – Увидимся за ужином на следующей неделе?

– Не знаю. Возможно. Я дам тебе знать.

– Будем считать, что это «да». Я поговорю со звукозаписывающей компанией, они объявят, что ты взял паузу. Тебе ничего не нужно делать, но, наверное, пресса тут же слетится на эту новость, как только выйдет релиз.

– Я знаю, как себя вести, – напомнил Мо. – И не планирую в ближайшее время выходить из дома.

– Я пришлю тебе кое-что. – Голос Роны снова изменился. Такой же мягкий, но не предполагающий возражений. – Номер моего терапевта. На всякий случай.

Мо застонал.

– Ладно.

– Пока, милый. Скоро свяжемся.

– Пока. – И только он произнес последнее слово, как печаль повалила его на диван. Подступили слезы, сначала первые капли, от которых содрогнулось все тело, и Мо сполз на пол. Он плакал о матери, о том маленьком мальчике, которым был когда-то, о чувстве вины, которое никогда не отпустит, сколько бы ни прошло времени. Он горевал о своем одиноком детстве, о своем непонятном будущем. О Роне. О Маве. И о Нетте тоже. У него ничего не осталось, кроме вины, и пустоты, и длинного списка утрат. Наконец это случилось. Иллюзия разрушена, и теперь весь мир увидит, кто он есть на самом деле.

Бесполезный, дерьмовый лжец.

Глава сорок восьмая

Нетта

Нетта отвернулась от стойки регистрации и оглядела комнату. Вдоль стен стояли стулья, на которых сидели дамы разной степени надутости. В воздухе витали нервозность и нетерпение, надежды и страхи. Ей пришлось ждать приема всего пару дней, однако и за столь короткое время воображение уже успело нарисовать картины грядущего обследования. Но оно все равно не подготовило ее к этому. Нетта думала, что будет сгорать от восторженного нетерпения, а вместо этого сгорала от чувства бессилия в ожидании, когда ее наконец вызовут. Ее мечта, в объятиях которой она проводила так много времени, теперь осуществилась – но вышла из-под ее контроля. Она понятия не имела, что происходит в ее животе, и теперь вдруг осознала, что ее будущее зависит от прихоти удачи, и это немного ее отрезвляло.

Фрея стиснула ее руку и указала на два свободных стула у двери.

– Итак, Пит не придет, верно?

– Нет, – подтвердила Нетта, вспоминая последний разговор со своим бывшим. Усаживаясь, она по инерции приложила ладонь к животу. – Он все еще дуется.

Когда Нетта позвонила ему и сообщила, что беременна, Пит не желал говорить с ней. Он стал обвинять ее в том, что она пытается всучить ему ребенка Мо – он видел фото с красной дорожки; все видели. Нетта вовремя поймала себя на том, что начинает ему сочувствовать, ведь все друзья Пита теперь были в курсе, и для него это было крайне унизительно. Но это не она ему изменила. Позже, ночью, он заявился к ней на порог пьяным и начал молить о воссоединении. Говорил, что если это и правда его ребенок, то малыш заслуживает полной семьи. Громко сказано, учитывая, что он развелся с Хитер, когда их дети еще ходили в младшую школу. У Нетты не имелось никакого желания что-то ему объяснять. Все было кончено. Насовсем. Ребенку будет лучше с матерью-одиночкой, чем с родителями, которые друг другу не доверяют. Если Пит собрался принимать участие, то пусть только в жизни ребенка.

Фрея покачала головой.

– Забудь про него. Итак, насколько ты рада – по шкале до десяти?

– На двадцать, – ухмыльнулась Нетта. – Я нервничаю. И еще мне никогда так сильно не хотелось в туалет. – Она постучала пальцами по бедрам, чтобы отвлечься от ощущений в мочевом пузыре. Когда ей назначили исследование, то попросили приехать с полным мочевым пузырем, и Нетта восприняла просьбу крайне серьезно – даже слишком, – и теперь ей было почти невыносимо. – Думаю, мне надо увидеть малыша, чтобы поверить, что все по-настоящему, потому что я пока не чувствую никакой разницы. Это нормально?

– Считай, тебе повезло, – усмехнулась Фрея. – Все три беременности меня рвало как сумасшедшую первые десять недель.

– Нетта Филипс?

Голова у Нетты закружилась от волнения, она быстро встала и прошла в другой конец комнаты. Сердце колотилось в груди, готовое вырваться на свободу.

– Здравствуйте, Нетта. Меня зовут Тереза, – сказала женщина, сжимавшая в руке планшет для бумаг. – Сегодня я буду делать УЗИ. Следуйте за мной. – Медсестра глухо шаркала подошвами туфель о плитку на полу. – Пришли.

Нетта вошла в небольшую, до невозможности тихую комнатку с мониторами, накрытой простынями кушеткой в центре; холодный искусственный свет, крайне неприятный, например, в примерочной, вселял надежду и уверенность в медицинском учреждении. Стены были выкрашены кремовой краской, в тон рабочему столу в углу, с потолка свисала бледно-голубая штора, прикрывающая кушетку, а возле окна стоял крайне неудобный на вид диван. Нетте обстановка показалась слишком пресной и формальной для того места, где должно было произойти нечто чудесное. Здесь были бы уместнее гирлянды и небольшой фонтанчик с водой.

– Итак, укладывайтесь на кушетку. Готовы? – спросила Тереза.

Сделав глубокий успокоительный вдох, Нетта осторожно присела на край кушетки и отдала сумку примостившейся на диване Фрее. Нетта легла, покрывало скрипнуло, а подушка под головой с шипением выпустила воздух.

– Итак, что касается дат. Говорите, это примерно восемь недель?

Нетта кивнула.

– Ага, – произнесла она. – Пару недель я ничего не знала, и поняла только пару дней назад.

– Это ваша первая беременность?

– Да.

– Давайте посмотрим. – Тереза попросила Нетту поднять майку и спустить брюки до лобковой кости. Она заткнула бумажное полотенце под пояс. – Иначе можно испачкаться, – объяснила она, беря бутылку с гелем. – Я нанесу немного на нижнюю часть живота – будет прохладно, – и мы начнем осмотр. – Она показала Нетте на ультразвуковой сканер.

Тереза нанесла гель на сканнер и принялась за работу, надавливая и водя им так и эдак, пытаясь получше рассмотреть изображение на экране. Нетта ничего не могла разобрать, только черно-серые разводы, которые менялись всякий раз, когда Тереза двигала сканнером. Брови