Читать книгу - "«Химия и жизнь». Беллетристика. 1995-2004 - Юрий Романович Охлопков"

махнула рукой куда-то за калитку, — там такси. Будь добр, принеси мои чемоданы. Моя дорогая! — Она взяла Кенди под руку, и они направились к дому. — Я бы не отказалась от горячей ванны и чашечки цветочного чая. Как ты завариваешь цветочный чай? (Я не расслышал что ответила Кенди.) Лучше взять поменьше воды но зато добавить еще не распустившихся бутонов шиповника. Итак мы будем пить чай, я знаю чудесный тибетский рецепт, и я расскажу тебе, каким Ренди был милым ребенком…

Они свернули за угол, и я уже больше не слышал щебетания тети Джилл.

Тетушка не только «чуть не забыла» о чемоданах, но и позабыла расплатиться с таксистом. Он смотрел, как я пересчитываю мелочь, как выгребаю из карманов смятые, чудом уцелевшие после покупки нового мольберта бумажки. Потом он, плохо скрывая усмешку (уже после того, как получил на чай доллар), поставил к моим ногам большие чемоданы и стал укладывать на мои вытянутые руки огромные свертки и коробки поменьше. (Почему-то весь тетушкин багаж был обтянут гобеленом. Причем одной расцветки.)

Я застал Кенди и тетю Джилл в гостиной, они мирно беседовали. Я не мог поверить своим глазам: Кенди прямо светилась от счастья. А ведь они общались не более получаса. Бедная маленькая Кенди успела попасть в ловушку, умело расставленную тетушкой Джилл! А чему я, собственно, удивляюсь? И на более закаленных людей тетушкины россказни действовали подобно взгляду удава на кролика. Ничего, решил я, глядя на Кенди, я спасу тебя! Спасу, чего бы мне это ни стоило!

— Ренди, дорогой, кажется, я забыла заплатить таксисту, — сказала тетушка, увидев свои чемоданы.

Я поспешил ее успокоить.

Во время обеда… Нет, сначала все было очень хорошо. Но вдруг чувство, похожее на злость, шевельнулось во мне, когда я увидел, с каким восхищением смотрит Кенди на тетю Джилл, с каким благоговением внимает ее бредням. Я молчал, но мое настроение с каждым глотком вина становилось все хуже и хуже.

— А где вы провели медовый месяц? — прозвучал вопрос. Все-таки я утратил бдительность — тетя Джилл не преминула этим воспользоваться и нанесла первый удар.

— Пока нигде, — ответила Кенди. (Это была наша больная тема) — Сначала надо было внести аренду за дом, потом… потом… Но мы понемногу откладываем деньги, чтобы поехать на острова.

— Кенди хочет сказать, что в этом году мне еще не удалось продать ни одной картины, — вставил я, понимая, что палю из пушек по воробьям.

— Ах, острова! — пропела тетушка, закатив глаза. (Меня она не услышала. Похоже, это следовало расценить как второй удар). — А ведь у меня мог быть собственный остров. Да, где-то в Эгейском море, кажется. Я точно уже не помню! — И она рассмеялась.

— Вам хотели подарить остров, тетя Джилл?!

— Да, милочка.

— И кто?

— Аристотель Онассис. Он сделал мне предложение.

Ну вот, началось, понял я. Психологическая атака! Особо впечатлительных просим покинуть поле боя.

— Ну-ка, ну ка, этой истории я еще не слышал. Надо отдать должное твоей фантазии, тетя! Хочу тебе напомнить, ты просто забыла, но он был женат на Жаклин Кеннеди.

— Мальчик мой, я никогда ничего не забываю! У меня просто нет такой привычки, — строго сказала тетя. — Сначала Аристотель сделал предложение мне, а когда я ему отказала, он с горя женился на вдове Кеннеди. — Она расстреливала меня из всех орудий. — О, деточка! (Это уже для Кенди улыбка и ласковый тон.) Как же это было романтично! Мы летели в одном самолете…

— А я-то всегда был уверен, что у Онассиса был личный воздушный флот, — проговорил я между четвертым и одиннадцатым глотками вина третьего бокала.

— О его личном воздушном флоте, Ренди, мне ничего не известно.

— Тетя Джилл, а что было дальше?

Это спросила моя жена, моя Кенди. И мне стало ясно, что я потерял единственного союзника в этой битве. Кенди переметнулась в стан врага. А я остался в одиночестве.

— Дальше? — спокойно продолжила тетушка. — Онассис подошел ко мне и сказал, что влюбился с первого взгляда и, если я только согласна, нас обвенчают прямо в самолете. А в знак его любви ко мне один из островов в… в Эгейском море будет принадлежать мне.

Я разозлился:

— Он что, повсюду возил с собой личного капеллана?

Однако на меня — ноль внимания.

— И вы отказали ему? — не унималась Кенди.

— Да, отказала. (Мне вдруг показалось что тетя Джилл действительно вспоминает об этом с грустью.) Тогда я была влюблена в одного студента из Йельского университета, славного молодого человека. Я была влюблена. И я была счастлива, да. И поэтому — она рассмеялась, — отказала Аристотелю!

— Почему же с горя он не выбросился из иллюминатора и не утопился в этом самом… в Эгейском море, как тот капитан? — спросил я. — Знаешь, Кенди, у тетушки был поклонник. Вернее у нее было много поклонников. Но это был чертовски богатый поклонник — владелец яхты, виллы, ну и все такое. Как же его звали? Капитан, капитан. Черт теперь и не вспомню! Так вот он, когда тетушка Джилл бросила его, выбросился за борт. Она — бросила, а он — выбросился. Смех да и только! В том месте океан кишмя кишел акулами. Они-то его и съели. Верно я рассказываю, тетя? — спросил я, поднимаясь со своего места, чтобы отправиться за очередной бутылкой вина. Но в дверях остановился и продолжил: — Нет, он не выбросился за борт, и акулы им не закусили. Он заколол себя хребтовой костью стеклянного сомика…

Следующим утром я проснулся в гостиной на диване. Голова раскалывалась. Во рту было сухо и противно, будто я наглотался горячего песка. Но самое печальное, я смутно помнил, чем закончился вчерашний вечер. И надо было еще как-то объясняться с Кенди.

Моя жена готовила на кухне завтрак. Придав своему лицу выражение «виновен, ваша честь!», я подошел к ней.

— Понимаешь, вчера… Даже не знаю, что на меня нашло…

— Будешь завтракать? — спросила Кенди. Но спросила не как обычно. Не как обычно!

— Да, то есть нет. Только кофе, пожалуйста.

Мы сели за стол. Однако что-то было не так — будто чего-то не хватает.

— Тетя Джилл, — подсказала Кенди. — Она уехала.

— Точно! Тетя Джилл! Как же я мог забыть такое! Да, вчера я здорово перебрал. Что? Что ты сказала?

— Она уехала Какое-то у нее срочное дело в Риме.

— Ну конечно! — отмахнулся я. — Просто очередная выходка Помню, как…

— Я проводила ее до такси.

— До такси? — Я огляделся вокруг, точно ждал, что тетушка Джилл вот-вот выскочит из каминной трубы,