Читать книгу - "Ангелология - Даниэль Труссони"

Священник привел нас в коридор позади алтаря, остановился перед дверью и трижды коротко постучал. Дверь открылась. За ней оказалось каменное помещение с голыми лампочками — по нынешним временам изысканные средства освещения, их покупали на черном рынке за американские доллары. Узкие окна были занавешены для светомаскировки плотной черной тканью. Похоже, встреча была в самом разгаре — члены совета сидели за круглым деревянным столом. При нашем появлении все встали, глядя на нас с большим интересом. Мне не позволялось посещать встречи совета, и я понятия не имела, как они обычно проходят, но было очевидно, что совет ждал прибытия членов экспедиции.

Доктор Рафаэль Валко, исполняющий обязанности председателя совета, сидел во главе стола. В последний раз я его видела, когда он уезжал из моего деревенского дома в Эльзасе, оставив меня в изгнании. Я не могла ему простить, что он не взял меня с собой, хотя и понимала, что это было сделано из лучших побуждений. С тех пор он сильно изменился. Волосы на висках поседели, он стал гораздо серьезнее. Я не узнала бы его, случайно встретив на улице.

Коротко поприветствовав нас, доктор Рафаэль указал на пустые стулья и заговорил об экспедиции.

— Вам есть о чем нам рассказать, — сказал он и сложил руки на столе. — Начните с чего хотите.

Доктор Серафина подробно описала ущелье — крутой вертикальный спуск, множество скальных выступов в нижних уровнях пещеры и отчетливый шум водопада вдали. Она описала тело ангела, зачитала перечень его точных размеров и с особой гордостью подчеркнула характеристики великолепных гениталий, отмеченные во время исследований. Она сообщила, что фотографии предоставят новые точные данные об ангельской физиологии. Экспедиция увенчалась большим успехом.

Пока выступали другие члены экспедиции с подробными отчетами о поездке, я погрузилась в задумчивость. Я смотрела на свои руки в тусклом свете. Они были обморожены холодом и льдом ущелья и обожжены ангелом. Меня охватило недоумение. Неужели всего несколько часов назад мы были в горах? Пальцы так сильно дрожали, что мне пришлось спрятать руки в карманы пальто. Я вспоминала, как ангел смотрел на меня аквамариновыми глазами, яркими и блестящими, словно кусочки цветного стекла. Я вспоминала, как Серафина поднимала длинные руки и ноги существа, взвешивая каждую конечность, как полено. Существо казалось настолько живым, наполненным жизненной силой, будто погибло всего за несколько минут до нашего прибытия. На самом деле я никогда не верила, что мы найдем тело. Несмотря на годы учебы, я не могла себе представить, что увижу его, буду его касаться, прокалывать его кожу иглами и брать пробы жидкости. Возможно, в подсознании я надеялась, что мы ошибаемся. Когда разрезали кожу и на свет показались мышцы, меня одолел ужас. Я снова и снова видела это — лезвие, двигающееся под белой кожей. Мерцание оболочек в слабом свете. Как самая молодая среди ангелологов, я считала, что непременно должна выполнить свою работу хорошо, сделать больше, чем полагается. Я всегда заставляла себя тратить на работу и учебу больше времени, чем другие. Я провела последние годы, доказывая, что достойна принять участие в экспедиции, — читала тексты, посещала лекции, собирала информацию для поездки. И все же это не помогло мне подготовиться к тому, что я увидела в ущелье. К моему огорчению, я вела себя как новичок.

— Селестин? — окликнул меня доктор Рафаэль.

Я с удивлением обнаружила, что все внимательно смотрят на меня, словно ожидая, что я буду говорить. Очевидно, доктор Рафаэль о чем-то спросил меня.

— Извините, — прошептала я, чувствуя, как запылали щеки. — Вы что-то спросили?

— Доктор Серафина рассказала совету, что вы сделали в пещере очень важное открытие, — сказал доктор Рафаэль, пристально глядя на меня. — Не хотите ли уточнить?

Испугавшись, что выдам тайну, хотя обещала доктору Серафине не делать этого, и одновременно боясь признаться в том, как безрассудно я переплыла реку, я не произнесла ни единого слова.

— Очевидно, Селестин плохо себя чувствует, — пришла мне на помощь доктор Серафина. — Если вы не возражаете, мне бы хотелось, чтобы она немного отдохнула. Позвольте мне рассказать об открытии.

И она начала:

— Я нашла Селестин на берегу реки. В руках у нее был истрепанный мешок. По потертой коже я сразу же поняла, что мешок очень старый. Если вы помните, в отчете преподобного отца о первой ангелологической экспедиции есть упоминание о мешке.

— Да, — подтвердил доктор Рафаэль. — Вы правы. Я точно помню этот отрывок: «Я поспешил к сокровищу, бережно сжал его обожженными руками и осторожно уложил в мешок, чтобы не повредить».

— Когда я открыла мешок и увидела лиру, я сразу же поняла, что он принадлежал Клематису, — продолжала доктор Серафина. — Преподобный Клематис был тяжело ранен и не смог вынести мешок на поверхность. Именно этот мешок и обнаружила Селестин.

При этом известии члены совета исполнились благоговейного трепета. Они повернулись ко мне, ожидая услышать от меня подробности, но я не могла говорить. Мне до сих пор не верилось, что из всех участников экспедиции именно я сделала долгожданное открытие.

Доктор Рафаэль мгновение помолчал, словно оценивая значимость успеха. Затем резко встал.

— Вы можете идти, — сказал доктор Рафаэль, отпуская всех. — В комнате внизу можно поесть. Серафина и Селестин, пожалуйста, задержитесь.

Пока остальные покидали комнату, доктор Серафина поймала мой взгляд и едва заметно подбадривающе кивнула, словно говоря, что все будет хорошо. Доктор Рафаэль закрыл дверь. Он, как всегда, излучал уверенное спокойствие, которое меня в нем восхищало. Мне хотелось подражать его умению сдерживать чувства.

— Скажи, Серафина, — спросил он, — участники экспедиции оправдали твои ожидания?

— Мне кажется, все прошло очень успешно, — ответила доктор Серафина.

— А Селестин?

Сердце у меня провалилось в пятки — неужели экспедиция была своего рода проверкой?

— Для начинающего ангелолога, — проговорила доктор Серафина, — она показала себя более чем хорошо. Одно только ее открытие достаточно говорит о ее умениях.

— Прекрасно, — резюмировал доктор Рафаэль и повернулся ко мне. — Вы довольны своей работой?

Я переводила взгляд с доктора Серафины на доктора Рафаэля, не зная, как ответить. Сказать, что я удовлетворена своей работой, было бы ложью, но вдаваться в детали — значит нарушить обещание, данное доктору Серафине. Наконец я прошептала:

— Мне жаль, что я недостаточно подготовилась.

— Мы всю жизнь готовимся к таким моментам, — сказал доктор Рафаэль, скрестил руки и пристально взглянул на меня. — И когда настает время, мы можем лишь надеяться, что знаем достаточно, чтобы добиться успеха.

— Вы вели себя весьма профессионально, — добавила доктор Серафина. — И превосходно сделали свое дело.

— Я не могу объяснить свою реакцию на ущелье, — проговорила я. — Миссия оказалась очень трудной. Я до сих пор не восстановилась.