Читать книгу - "О крови и проклятиях - Кортни Уимс"

По голым ногам пробегает холодная дрожь.

Должно быть, я сбросила с себя всё одеяло.

Мой взгляд останавливается на нём, пока он извивается, и я невольно прослеживаю это движение от его груди вниз, к паху.

Я напрягаюсь — почти так же сильно, как его член, отчётливо выпирающий под брюками.

Не в силах отвести от него взгляд, я всё-таки не могу сдержать смешок.

— Может, если бы ты натянула ночную сорочку на задницу, — цедит он, — я бы не оказался в таком положении.

Я снова смеюсь.

Примитивный мужчина.

— Когда я выберусь из этих цепей, тебе будет не до смеха, — рычит он, и в его голосе идеально уравновешены угроза и чувственное обещание.

Я вытаскиваю кинжал из-под подушки, спрыгиваю с кровати и неторопливо, почти вызывающе направляюсь к нему.

Не могу удержаться от улыбки при виде его совершенно очевидного раздражения.

— Это что, угроза? Мне напомнить тебе, как следует со мной разговаривать?

Его взгляд проходит по каждому изгибу моего тела — от босых ступней вверх по ногам, к бёдрам — и только потом останавливается на моих глазах.

В такой ситуации им до смешного легко манипулировать.

В его зелёных глазах вспыхивает взрыв ярости, раздражения и… желания.

Полагаю, меня не слишком удивило бы, если бы он до сих пор фантазировал о той единственной ночи, которую мы провели вместе в Артериасе.

Я останавливаюсь в нескольких шагах за пределами досягаемости его цепей и опускаюсь, оставаясь на носках.

Возможно, физические пытки на Дэриана не подействуют — но существуют и другие способы.

Мне нужно лишь понять, какие именно.

И бушующая в его глазах смесь желания и ненависти подталкивает меня в одном совершенно определённом направлении.

Я медленно развожу колени и шепчу:

— Я бы… с удовольствием… обсудила с тобой условия сделки.

Холодный воздух устремляется между моих ног, и кожа покрывается мурашками.

На долю секунды его прищуренный взгляд соскальзывает с моего лица вниз, к ногам, прежде чем он резко отворачивает голову и снова натягивает кандалы.

Отчаянно пытается увеличить расстояние между нами.

Может, меня на это толкает недосып.

Может, даже то, как сильно я жажду ответов — ответов, которые могут помочь покончить с королём Аариком и вернуть мир королевствам.

Или…

Или, возможно, дело в том, что, как бы я ни старалась скрыть свои истинные мотивы, какая-то часть меня хочет его так же сильно, как он хочет меня.

Я всё пытаюсь лгать себе, будто меня не тянет к нему, как мотылька к огню, — будто я не жажду прикоснуться к нему, даже если это будет означать мою собственную погибель.

Какое-то неоспоримое, неистребимое жжение, которое каждый раз застаёт меня врасплох.

И если говорить о нём и Коуле, то здесь я хотя бы не могу чувствовать себя виноватой.

Только слегка ненавижу себя.

— Если расскажешь мне, почему король сжигает города, я прикоснусь к тебе, — шепчу я так тихо, как только могу.

Он ещё сильнее вжимается спиной в стену, стараясь оказаться от меня как можно дальше, и рычит:

— Даже не смей.

Но пойманная его пылающим взглядом, я это вижу. Вижу, как сбивается его дыхание, как глаза скользят всё ниже. Он искушен не меньше меня. Положив ладони на колени, я медленно веду ими вверх по бёдрам, задирая подол ночной сорочки и обнажая бельё. Плоская сторона кинжала в моей правой руке скользит по коже, и по спине пробегает дрожь.

— Значит… ты предпочёл бы прикоснуться ко мне? — невинно спрашиваю я и провожу свободной рукой между ног, по нагревшейся ткани, отделяющей мои пальцы от плоти.

Он снова резко отворачивает голову, словно от пощёчины; желвак на его челюсти дергается, когда он стискивает зубы. Отлично. Он именно там, где мне нужно. Мои действия задевают его куда сильнее, чем я ожидала. И боги, врать себе бессмысленно: видеть, как я на него действую, опьяняет. Ощущать этот контроль.

Поднявшись на ноги, я нарочито медленно подхожу к нему, держа кинжал сбоку, чтобы он его видел. Подстёгиваемая пламенем, с которым не совсем способна совладать, я хватаю его за волосы на макушке и запрокидываю его лицо, заставляя смотреть на меня снизу вверх.

— Так или иначе, Дэриан Рэйвенторн, — роняю я глухо, касаясь остриём кинжала ровно того места на его горле, где бьётся артерия. — Ты мне всё расскажешь. И как мы поступим? По-хорошему? Или по-плохому?

Его зрачки расширяются, губы приоткрыты, он пытается выровнять дыхание.

— С удовольствием узнаю, что в твоем понимании значит «по-плохому».

Я медленно веду кинжалом по его коже, слегка надрезая податливую плоть, и тонкая струйка крови устремляется вниз по горлу.

— Это служит тебе подсказкой?

— Ты не поймёшь, что такое по-настоящему плохо и жёстко, пока я не нагну тебя над этой кроватью и не оттрахаю так, как тебе нужно, — хрипит он.

— Следи за языком, — предупреждаю я, но кожу обжигает разгорающееся во мне желание, похожее на грохочущий водоворот, готовый вот-вот вырваться наружу.

— Как пожелаешь, — мурлычет он и подаётся вперёд, не обращая внимания на то, что я крепко сжимаю его волосы. Дэриан приоткрывает губы, не отрывая взгляда, высовывает язык и ведёт им вверх по внутренней стороне моего бедра к нижнему белью.

О. Великие. Боги.

Чертовски горячее ощущение вдребезги разбивает остатки моего напускного самообладания. Я замираю, мысли начисто выметает из головы. Его язык слишком горячий, слишком близко. И всё же… недостаточно близко.

Я тяну его за волосы назад, пока он не зашёл слишком далеко, и прежде чем окончательно утонуть в пылающей жажде большего, сбивающимся дыханием выдавливаю:

— Сделка.

Он ухмыляется. Боги, самое порочное и соблазнительное выражение лица, которое мне одновременно хочется сохранить и стереть к чертям.

— Условия? — спрашивает он вполне обыденно.

— Ты рассказываешь мне, почему король сжигает города.

Он склоняет голову набок:

— А взамен я получу?..

— Право трогать меня, — выдыхаю я.

— Договорились, — рычит он и резко подаётся вперёд. Не теряя времени, он просовывает два пальца за край моих трусиков и оттягивает их в сторону ровно настолько, чтобы провести своим невыносимым языком по моему телу. Он стонет, явно пробуя на вкус моё возбуждение, и зарывается лицом глубже между моих ног. Слизывая каждую каплю.

Ударная волна удовольствия пронзает каждый нерв в моём теле, я чуть не оступаюсь, со стоном срываясь в пропасть. Он держит меня под коленями, глубже вжимаясь носом и языком. Орудуя во мне. Я подаюсь бёдрами навстречу его лицу, жадная до продолжения, и тихий, прерывистый стон срывается с моих губ.

— Это… технически… только дегустация… о-о-ох… — взвизгиваю я, когда он начинает