Читать книгу - "О крови и проклятиях - Кортни Уимс"

отголоска постепенно остаётся позади, уступая место свисту ветра. Мы приземляемся в лесу за пределами Мидкипа.

— Почему я никогда раньше не слышала отголосков? — спрашиваю Сетана, сползая со спины Дэйши. — В Пэдмуре я видела, как королевские солдаты убили дракона. Тогда ничего подобного не было.

Он подтягивает несколько ослабших ремней на седле.

— Ты уже была связана со своей драконицей?

— Не совсем понимаю вопрос. Тогда она ещё даже не вылупилась. Я вообще не знала о её существовании.

— Значит, раньше ты не слышала отголосок потому, что его слышат только те, в ком есть магия. Теперь можешь, потому что вы с драконицей связаны. К тому же, полагаю, король Аарик старается не создавать отголосков в собственном королевстве. Для нас здесь, в Землях драконов, и для нашего народа они служат куда более наглядным напоминанием.

— Значит… то существо заперто там? Навечно?

Сетан косится на меня.

— Пока ты его не освободишь.

— Я? Как?

Он подходит и протягивает раскрытую ладонь.

— Сними перчатки и дай мне руки.

Я фыркаю и отступаю на шаг. Мардж говорила, что кольцо на моём пальце связано с тем, что я наездница дракона, и его следует скрывать. Но теперь, когда я знаю, что Сетан тоже наездник… делает ли это его достойным доверия?

Я всё ещё не знаю, что о нём думать.

Он нетерпеливо шевелит пальцами.

— Давай. Тебе нечего от меня скрывать.

Дэйша предупреждающе рычит.

Если не хочешь снимать — не снимай.

Я похлопываю её по боку, пытаясь успокоить, пока А’нала пристально смотрит на Дэйшу.

Спокойно. Не будем злить ни одного из них.

А почему нас это должно волновать? Они нам не друзья и не союзники. Я чуть больше половины этой драконицы, но готова поспорить, что смогу от неё убежать.

Она вдвое больше тебя, и, судя по шрамам на чешуе, боевого опыта у неё куда больше.

Некоторые называют это просто старостью.

Я бросаю на неё взгляд.

Дэйша!

Когда снова поворачиваюсь к Сетану, одна его бровь уже приподнята.

— Или… тебе всё-таки есть что скрывать?

Я прикусываю язык, перебирая варианты. Если не сниму перчатки, это только вызовет подозрения. Да и что я теряю, кроме того, что он окончательно убедится: я наездница дракона?

Я перевожу взгляд на Дэйшу.

Она уже смотрит на меня.

А то, что я наездница дракона, и без того совершенно очевидно.

Я стягиваю перчатку и неохотно протягиваю Сетану правую руку с тёмным кольцом, обозначающим мою связь с Дэйшей. Теперь, когда мы стоим так близко, я замечаю тёмную полосу кожи вокруг его запястья. По форме она чем-то напоминает кольцо на моём пальце.

Сетан встряхивает рукой и кивает на вторую.

Не отводя глаз от его спокойного взгляда, я медленно, палец за пальцем, снимаю левую перчатку и протягиваю руку.

Карие глаза Сетана сразу опускаются к ней.

Как только моя ладонь касается его, он резко втягивает воздух.

Его палец зависает над моей рукой.

Прямо над кольцом, которое подарил мне Коул.

Но коснуться он не решается.

— Это кольцо… — Сетан прочищает горло, отпускает мою руку и отступает на шаг. Его взгляд всё ещё прикован к ней. — …в нём заключена огромная сила. Куда большая, чем ты способна представить. Достаточная, чтобы освободить отголосок.

— Я могу?

— После некоторой подготовки… — Он кивает, затем словно стряхивает с себя оцепенение. — Послушай. Если ты действительно считаешь, что не можешь доверять ни мне, ни людям здесь, в Землях драконов, мы можем заключить пакт крови. Но ты нам нужна. Ты нужна драконам. Ты нужна всему королевству.

— Пакт крови?

— Пакт крови — это связывающее соглашение. Если одна из сторон нарушит оговорённые условия, она умрёт. Поэтому тебе не придётся доверять мне, а мне — тебе. Нас свяжет магия самого пакта.

Я вздрагиваю от тяжести такого соглашения.

Если я не выполню свою часть, Дэйша тоже погибнет.

Но это также означает, что Сетан и А’нала умрут, если свою часть нарушит он.

Если я не могу доверять его словам, то хотя бы магии такого пакта доверять можно.

Наверное.

Он кивает в сторону Мидкипа.

— Но прежде чем ты примешь решение, есть ещё кое-что, что принадлежит тебе. И ты должна это увидеть.

***

Вернувшись в кабинет Сетана, он открывает потайной ящик в столе и протягивает мне письмо.

Я беру его. На лицевой стороне ничего нет, поэтому переворачиваю. Через оба сгиба проходит сломанная восковая печать с символом мятежников — заглавной буквой «А», на которой сидит дракон.

Я разворачиваю лист, а Сетан отходит куда-то в сторону, исчезая из поля зрения.

Сир,

Молюсь, чтобы это письмо застало вас в добром здравии, и прошу простить столь долгое молчание. Пишу, чтобы сообщить о своём официальном уходе со службы в качестве шпиона. Возвращаясь в Земли драконов, я был схвачен артерианкой в Пэдмуре. Она держала меня в плену, и каким-то образом между нами возникла связь, которую невозможно отрицать.

Теперь у меня будет ребёнок. Как вы понимаете, я не могу оставить младенца в этом королевстве — во всяком случае, одного.

Мне остаётся лишь надеяться, что когда-нибудь я снова вас увижу. Пусть боги даруют вам долгую жизнь в мире и благополучии. Пусть мы победим в этой войне. И пусть освободим наш народ и драконов от тирании.

Навеки, Лиланд Блэквинд

Я складываю письмо и оглядываю кабинет.

Сетан уже стоит, прислонившись к стене, и наблюдает за мной.

Я встряхиваю письмом.

— Что это значит? Зачем ты хотел мне его показать? Я и так знала, что отец шпионил за королём.

— Из-за того, как он к нему обратился, — тихо отвечает Сетан.

Я моргаю, снова разворачиваю письмо и смотрю на первое слово.

Сир.

— И что в этом такого?

— Потому что никто не обращался к Сайрусу «сир». У многих из нас есть основания полагать, что твой отец, Лиланд Блэквинд, происходил от Сайруса. А значит, ты можешь быть внучкой—

— Сайруса, — выдыхаю я.

ГЛАВА 10. О РОДОСЛОВНОЙ И ПАКТАХ

Я внучка прежнего лидера мятежников?

От осознания перехватывает дыхание.

Сетан приподнимает подбородок и смотрит на меня из-под опущенных ресниц.

— Да. Твой отец и дед сражались на нашей стороне. Неужели ты настолько плохо о них думаешь, что считаешь, будто они выбрали неверную сторону в этой войне?

— Нет, — признаю я, кладя письмо на его стол и глядя на восковую печать.

Хотя я никогда их не знала… всё равно кажется оскорблением им не доверять. Мысль о том, на чьей стороне я должна быть, уже давно мерцает где-то на задворках сознания. Особенно с