Читать книгу - "Тревожный Саббат - Алина Воронина"

Девушки на минуту замерли, разглядывая ее точеное тело, полное жизненных сил. Сильные руки, давно уже не державшие ничего тяжелее флейты. Нечеловечески гибкую спину. Стройные ноги, способные отправить в нокаут даже бойца со стажем. И темно-зеленые ироничные глаза. Очень умные глаза.

Потому что все это было ей уже не важно. Ни воинский пояс, ни слава лучшего бойца Верены.

— Да, меня зовут Ингрид. А это Ким. Мы — фаерщицы из клуба «Искатели огня».

— Люблю фаерщиков. Приходилось с ними работать на фестивалях, — тепло улыбнулась Эля.

— Вы кажетесь мне такой знакомой, — сказала Ким.

И тут Ингрид тихонько ткнула ее в бок:

— Ты что? Не позорься. Это ж Элиза, «Девочка с флейтой».

— Ой, я вспомнила, — всплеснула руками Ким. — Видела ваш клип «Шаолинь» на Ютьюбе. Там еще рукопашники дерутся нунчаками.

— Верно. Приятно, когда тебя узнают.

— Я очень слаба в музыке, но клип мне понравился. Берет за душу, — призналась Ким.

— А меня впечатлило гитарное соло, — вставила Ингрид.

— Возможно, когда-нибудь мы сможем выступить на одной сцене, — вежливо сказала Эля.

Впрочем, она оказалась не только красивой, но и сообразительной:

— Значит, вы хотите передать сувенир от общего знакомого. И что же это такое?

— Он привез из Китая специально для Инея чай Би Ло Чунь.

— Что? Я вот по телефону не расслышала, как зовут этого знакомого. Случайно не Асмодей?

— Нет, Еретик, — соврала Ким.

— Понятно. Что-то еще, кроме чая?

— Замок. Сувенирный, — выдавила Ким.

Эля посмотрела ей прямо в глаза:

— Что ж, приглашаю вас на концерт. Для друзей Асмодея всегда найдутся билеты.

— Я же сказала, чай передает Еретик.

Эля улыбнулась одними губами и пригласила фаерщиц в автомобиль. Затем включила музыку — подборку из песен групп, играющих фолк-металл. И разговор прервался. Ким слушала совсем другую музыку — хаус и электронику. Но гитарные рифы в сочетании со звуками флейты показались ей на редкость уместными в машине Эли.

Вдруг внимание девушки привлек какой-то полотняный мешочек на лобовом стекле:

— Что это? Зачем он нужен?

Эля почему-то смутилась:

— Это воинский оберег. Когда я шла по пути воина, он хранил меня в бою. Но затем я поняла, насколько далеко нахожусь от своего Шаолиня. И повернула совсем в другую сторону.

— Шаолиня? — насторожилась Ким.

— Это само счастье, счастье внутренней свободы и возможности сделать выбор, — улыбнулась ее спутница, но добавлять ничего не стала.

Ким усилием воли отогнала от себя все мысли о Шаолине. Не до него. Надо от призраков избавиться, а потом уж гнаться за воздушными замками. Видимо, сказалась близость Эли, потому что далекая от музыки фаерщица вдруг задумалась о музыкальных инструментах.

Гитара выпевает дребезжащим альтом, который похож на желтые осенние листья. Это сама осень, лиричная и нежная. А точнее бабье лето, уходящая романтика зрелости. Теплый ветерок, в котором уже чувствуются нотки грядущих холодов. Светлая грусть прощания.

Барабан — это суровый бас зимы с ее морозами и метелями. У барабана своя загадка, хоть он и кажется гопником и раздолбаем. Барабан всегда знает, что правильно, задает ритм. Как без зимы не будет весны, лета и осени, так и без ударных инструментов не станет музыки.

Флейта — это нежное игривое сопрано. Загадочная, как сама весна. Это апрельское колдовство и вечная юность. Прогулки по тенистым лесам, пение птиц, брачные игры животных, розовые рассветы… Полнота жизни.

Рояль считает себя королем всех музыкальных инструментов. И вполне справедливо. Это полноправное вызывающее лето с шелестом трав, раскатами грома, журчанием ручьем, зрелыми плодами и шелестом ветра. В рояле есть всё, и нет ничего.

Деревня Красные холмы понравилась Ким с первого взгляда. Была в ней некая пасторальность, нечто полузабытое и, казалось, давно утраченное. При въезде девушкам повстречалось стадо коз и овец. Где-то недалеко пел петух, а невысокие яблони так и манили присесть и отдохнуть.

— Любуетесь видами? — усмехнулась Эля. — Вон там будет очень живописный старый колодец. Есть легенда, что в нем закопаны сокровища Стеньки Разина.

— Ой, такая история есть в каждой деревне, — усмехнулась Ким. — Но вы меня заинтриговали. Может, выйдем и посмотрим на эту достопримечательность. Или вы спешите к подруге?

— Почему бы и нет? — отозвалась Эля и пружинистым шагом пошла к близлежащим кустам. Ким с Ингрид изо всех сил старались не отставать.

Вскоре они действительно вышли к колодцу. Ким застыла и даже на секунду прикрыла глаза рукой. Но вовсе не колодец поразил ее. На старой скамейке сидела молодая женщина невиданной красоты.

«Она была похожа на текучий изумруд, — так впоследствии описывала фаерщица. — Невероятно длинные светлые волосы, неземное по красоте лицо, презеленые умные глаза, горящие светом одухотворенности, гибкая сильная фигура, нежные маленькие руки. Она была просто сногсшибательна. Даже миловидная Эля с дредами терялась на ее фоне. А Ингрид и вовсе растворилась. Она умела быть незаметной. Рядом резвились трое мальчишек».

Неожиданно та рассмеялась:

— Ну, что вы на меня так смотрите? Я — не мадонна, я — живая.

Эля тоже захихикала:

— Опять человек впал в ступор от твоей потрясающей красоты. Пора носить чадру.

Подруги обнялись, а Ким поздоровалась, едва преодолевая неловкость.

— Что тебе надо, мальчик? — улыбнулась Инна, подхватывая рукой одного из расшалившихся близнецов.

— Я не мальчик, меня Ким зовут. А это Ингрид. И вам тут прислали подарок — чай Би Ло Чунь из Китая.

— Что?! — с лица Инея сошли все краски.

Тактичная Эля, мгновенное оценив ситуацию, забрала тройняшек и пошла в дом, поздороваться с Ершом.

Ингрид двинулась за ней.

— Кто прислал мне чай Би Ло Чунь? — отчеканила молодая женщина.

— Еретик!

— Врешь, чай Би Ло Чунь мне мог прислать только Асмодей. Дай сюда пакет. А, здесь не только чаек. Миленький подарок. Кто ты такая?

— Да, это он. Заратустра любит тебя по-прежнему, — потупилась Ким. — Но дело не в нем. Это мне лично нужна твоя помощь и совет.

— Чем же я могу помочь? — усмехнулась молодая мать, но уже по-доброму. — Живу в глуши, ращу детей, строю дом.

— Ты — нашедшая свой Шаолинь и пережившая Мертвую зону. — В тихом голосе Ким зазвучали торжественные ноты. — Со мной происходят странные вещи в последнее время. Многие люди ведут себя агрессивно и будто опасаются меня. Например, начальник Александр, с которым всегда были уважительные отношения, сейчас в полной неадекватности. А еще я вижу то, чего нет. Призраков, черные руки, пятна крови. И горящий Шаолинь…