Читать книгу - "Шляпы - Клэр Хьюз"

основаны в Англии, и член одного из них – Гольф-клуба Блэкхит в Лондоне – изображен на портрете 1790 года в форменном сюртуке и широкополой круглой касторовой шляпе, которая, скорее всего, была непромокаемой. Из бесклассового спортивного развлечения на общинных землях игра превратилась в клубное занятие для элит, о чем свидетельствует величественный бледно-желтый касторовый цилиндр на голове Джона Тейлора, председателя Почетного общества эдинбургских гольфистов на портрете 1818 года. Рядом с ним мы также можем видеть его слугу – мальчика, подносящего клюшки и мячи, – в суконной фуражке. При создании портрета Джона Уайта Мелвила, капитана команды по гольфу, в 1883 году (ил. 16) Фрэнсис Грант, очевидно, ориентировался на портрет Тейлора. Оба капитана изображены в красных визитках, обоих сопровождает слуга в фуражке. Отличаются они только головными уборами: если на Тейлоре цилиндр в духе сертисовской «ворсистой белой шляпы», то на Мелвиле мы видим черную касторовую круглую шляпу, похожую на «бобров» 1790 года, но по силуэту она приближена к модному котелку. В обоих случаях неизменной остается только фуражка слуги: ни цилиндр, ни котелок не были удачным выбором в отношении удобства спортсмена, и на этих картинах их изобразили, чтобы передать статус портретируемого. После 1850 года мягкие кепи с козырьками, часто из твида, заменили собой цилиндры и шляпы охотника на оленей. Профессиональный журнал для портных Tailor and Cutter в 1898 году сообщал: «Кепи для гольфа приобрели огромную популярность. Тулья все увеличивается в размерах, теперь шьется очень объемной, спускаясь на козырек»[354]. Когда в 1927 году в кепи для гольфа появился принц Уэльский, оно стало писком моды на игровом поле и за его пределами и пользуется популярностью по сей день.

Ил. 14. Велосипедисты. Йохан Георг ван Каспель. Ок. 1912. Рейксмюсеум, Амстердам

Ил. 15. Чарльз Дана Гибсон. Критический момент. 1899. Иллюстрация к книге «Образовательная поездка мистера Пиппа» (New York: Dover Publications, 1969)

Ил. 16. Сэр Фрэнсис Грант. Портрет Джона Уайта Мелвила. Эдинбург, 1883

Считается что Мария Стюарт, королева Шотландии, увлекалась гольфом. Возможно, это всего лишь патриотический миф, но в шотландских гольф-клубах начала XIX века состояли женщины. Гольфистка на карикатуре из британского еженедельного журнала юмора и сатиры Punch 1885 года изображена в шляпе охотника на оленей. Этот фасон был модным не только для спорта и загородной жизни: поскольку Шерлок Холмс надевал такую шляпу, отправляясь в путешествия и на поиски приключений, она обладала коннотациями риска и охоты. В гольф играли в размеренном темпе, что позволяло продемонстрировать самые разные модные, и при этом практичные, туалеты. Девушка Гибсона изображена за игрой в гольф в 1900 году: на ней рубашка, юбка и щегольская шляпка-канотье, и она, очевидно, сразила наповал застенчивого молодого человека в мягком кепи. Девушки Гибсона не являются карикатурами; в безупречных нарядах и шляпках, они выступают достойными и успешными соперницами незадачливых мужчин.

Ил. 17. Три бейсболиста. США, ок. 1940

«Угол наклона – это жизненная позиция», – говорил Фрэнк Синатра, и шляпки девушек Гибсона всегда сидят под вызывающим углом. Однако головным убором, чей угол наклона стал его смыслом, при этом не имеющим никакого отношения к флирту, является бейсбольная кепка. Имена первых бейсбольных клубов: New York Knickerbockers (Нью-Йоркские бриджи) и Boston Red Stockings (Бостонские красные чулки) – говорят о том, что одежда имела для них большое значение. Важность укороченных брюк, однако, затмевается тем фактом, что сегодня New Era, крупнейшая компания по производству спортивных головных уборов в мире, продает 20 миллионов бейсболок в год тем, кто не имеет отношения к спорту.

Первым форменным головным убором клуба New York Knickerbockers в 1849 году на самом деле была соломенная шляпа. Бруклинская команда изобрела современную бейсбольную кепку с круглой тульей, и к 1900 году у нее появились длинный козырек и кнопка на макушке. New Era, производящая кепки для национальных бейсбольных команд на протяжении восьмидесяти пяти лет, выделяет двадцать два этапа в процессе создания хорошей кепки. Для фанатов она выпускается во множестве вариаций: более двухсот для Yankees, сто семьдесят пять для Red Sox. Основная роль кепки в наши дни – способ идентификации команды, но изначально она была необходима для защиты головы и глаз от палящего летнего солнца.

Надписи и общее оформление кепок обозначали город; их носили президенты и кинозвезды, превращая в национальный символ, и в качестве объекта почитания и источника суеверий бейсболка стала настоящим мифом. Бейб Рут стал носить современную версию восьмиклинной бейсболки в 1930‐х годах, и в 1997 году его кепка ушла с аукциона за 35 000 долларов – ее приобрел подающий одной бейсбольной команды. Она не соответствовала принятым в команде требованиям, поэтому менеджер игрока заставил его снять ее – в итоге команда проиграла. Некоторые бейсболисты носят одну и ту же кепку, какой бы заношенной она ни была, другие приобретают известность из‐за необычной манеры ношения своего головного убора. В отличие от крикета, головной убор в бейсболе всегда был обязателен: поначалу любой головной убор. На открытке 1909 года (ил. 18) спортсмены массачусетского бейсбольного клуба сфотографированы в широких и узких фетровых шляпах, старых и новых федорах, соломенных шляпах, объемных фуражках из мягкой материи и компактных кепи с козырьками. Игроки в рабочей одежде позируют в диком поле, и этот снимок с эмоциональной, пусть и неграмотной подписью на обороте, трогает зрителя. Примерно через тридцать лет трое осанистых юношей позируют для совершенно иной фотографии (ил. 17): они одеты в форменные рубашки, бриджи и фуражки с козырьками, каждая из которых надета под особым углом – впоследствии это станет знаком нонконформизма.

Ил. 18. Бейсбольная команда Массачусетса. США, 1909

Почему кепку часто носят задом наперед? Бейсбол был национальной игрой, а кепка, как поясняет Колин Макдауэлл, была «бесклассовым головным убором для нации, преданной эгалитаризму»[355]. Дешевая, но эмблематичная бейсболка была идеальным демократическим символом сплоченности, однако к 1950‐м годам она померкла и стала ассоциироваться с респектабельностью. В начале 1960‐х годов (это фатальный рубеж) она приобрела политическое измерение. Представляя собой вызов привилегиям и элитизму БАСП (белого англо-саксонского протестанта), бейсбольная кепка стала головным убором радикальных белых студентов колледжей в знак протеста против консервативных ценностей. Они носили ее задом наперед, еще более подчеркивая отрицание конформизма, игнорируя ее защитную функцию, высмеивая ее героическую символику. Когда бейсболки стали носить в городах афроамериканцы