Читать книгу - "Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер"

— А Ник? Все еще жив, как я понимаю.

— Да. Ты сильно его покалечила, но все зажило, — я замялась, не зная, что сказать дальше. У нее не было ни единой причины мне верить, она решит, что я снова ее подставляю. Как дать ей понять, что на этот раз я действительно пытаюсь помочь?

— Зачем ты звонишь, Джен? — спросила она. — Позлорадствовать? Я понимаю свою ситуацию. Знаю, что ничего не могу сделать.

— Пожалуйста, просто послушай. В следующую среду мы летим в Торонто, втроем. Предполагается, что просто проведем рекогносцировку, но я чувствую, что Ники планирует остаться там навсегда.

Я услышала, как она резко втянула воздух.

— И?..

— Ты — нерешенная проблема, Наташа.

— Да, — сдавленно ответила она. — Я знаю.

— Ники хочет начать новую жизнь, он хочет подчистить все концы. Я правда не знаю, что он собирается сделать, но боюсь, что он… — я не смогла этого произнести. — Не своими руками, пошлет кого-нибудь другого. Это случится, пока мы будем в отъезде, понимаешь?

Ее голос задрожал.

— Почему ты мне это рассказываешь?

— Потому что с меня достаточно, я не хочу больше принимать в этом участие. Все это неправильно. Эмили должна быть с тобой. С ней все хорошо, но я знаю, что она по тебе скучает.

— Джен, если это очередная ловушка…

— Нет. Жизнью клянусь. Я сильно рискую.

— Рискуешь?! Потому что мне звонишь?

— Слушай. Мы едем в Хитроу во вторник вечером, остановимся в отеле «Гранд Метрополь» рядом с аэропортом. Если ты подъедешь к семи часам, я вынесу Эмили на парковку и отдам тебе, — повисла тишина. — Честное слово, Наташа, я не пытаюсь никуда тебя заманить. Это людное место.

— А ты?

— Я уеду… Между мной и Ники все кончено.

Последовало длинное молчание, в течение которого она размышляла, стоит ли верить моим словам.

— Как ты сделаешь это, чтобы он не догадался?

— Еще не знаю, но что-нибудь придумаю.

— Откуда ты звонишь? Вы все еще в Озерном краю?

— Не приезжай сюда, — ответила я. — Если появишься, он убьет нас обеих, ему плевать. Он сошел с ума, я едва его узнаю. Это лучший выход, Наташа, единственный выход. Если ты не воспользуешься этой возможностью, он отвезет Эмили в Канаду и вы никогда больше друг друга не увидите. Ты в опасности, поверь. Знаю, это звучит странно, но на этот раз я действительно единственный человек, которому ты можешь доверять.

Очередное молчание.

— Хорошо. Парковка у «Гранд Метрополя», Хитроу, — повторила она. — Следующий вторник. Семь вечера. Буду там.

— Наташа…

Она повесила трубку.

Глава 38

Тогда

Наташа

Я уронила телефон на колени и откинулась на изголовье кровати. Неужели я только что говорила с Джен или мне это померещилось? Я проверила телефон. Нет, звонок был настоящим. В моей голове все еще крутились ее слова, я слышала ее голос, задыхающийся от волнения, — совсем не тот, что я знала раньше, ровный, отчетливый, уверенный.

Я прокрутила в памяти все, что она сказала. Ник выздоровел, но отношения между ними разладились. Джен больше не справляется с ним или с Эмили и хочет выйти из игры. Она предлагает вернуть мне Эмили, сильно при этом рискуя. В мозгу вспыхнула искра надежды, когда я представила встречу на парковке, тепло мягкого тельца Эмили в моих руках и триумф, который почувствую, когда мы уедем прочь. Никогда в жизни мне ничего так не хотелось.

Но я остудила себя.

Джен — блестящая актриса. Они с Ником меня уже обманывали, и будет невероятной глупостью дважды попасться на одну удочку. Они были так же умны, как и безжалостны. Возможно, они решили, что предложить мне Эмили — единственный способ меня выманить. Но если я появлюсь на какой-то безымянной парковке, то стану легкой добычей. Ко мне могут подослать киллеров, меня могут похитить и убить. Это звучало немного неправдоподобно, даже абсурдно, как в кино, но они ведь уже пытались меня убить, хоть у них ничего и не вышло. Моя жизнь была в опасности. Джен сама так сказала.

Ее голос звучал так, будто она в отчаянии, боится Ника. Если она говорила правду и он действительно собирается увезти Эмили в Канаду, я должна его остановить. Обращаться в суд бесполезно: у меня нет на это времени, и он обязательно наймет против меня самого жестокого адвоката. Как отец Эмили он был вправе без моего разрешения увезти ее за границу на месяц. А когда он уедет, пройдут месяцы, а то и годы, прежде чем я смогу вернуть ее законным путем.

Я вздохнула про себя. В любом случае, мы с Ником давно уже вышли за рамки закона. Мы сражались в нашем собственном, темном мире, где не было правил и приходилось использовать любое подвернувшееся оружие. Может быть, Джен готовила мне ловушку, а может, раскаялась и на самом деле перешла на мою сторону. Я не могла знать наверняка, но если существовала хотя бы малейшая возможность спасти Эмили, я должна была ею воспользоваться. Если я ошиблась и в результате получу удар ножом в грудь, так тому и быть. Жизнь без моей дочурки, в любом случае, не стоила того, чтобы жить.

Но как мне добраться до «Гранд Метрополя» и как быстро слинять оттуда? Бежать до ближайшей станции метро с Эмили на руках слишком рискованно, а такси ненадежны. Мне нужна машина, но без прав я не могу взять ее напрокат. Я вылезла из кровати и подошла к окну. Возле дома стояла старенькая мамина «Фиеста». Это было очевидное решение, но она ни за что не даст мне сесть за руль: если что-то случится, ее страховка будет недействительна, а новую машину она позволить себе не может.

Она была внизу, обедала перед работой. Я надела тапки и, собрав волосы в длинный хвост, бегло посмотрела на себя в зеркало шкафа. Я выглядела худой и изможденной, хотя последние несколько недель провела в кровати, ничем не занимаясь и чувствуя себя сломленной. Но теперь в глазах появился новый лихорадочный блеск. Рассказать маме о звонке Джен? Я подошла к двери, но пальцы застыли, отказываясь поворачивать ручку.

Если расскажу маме, подумала я, она предложит отвезти меня на место встречи. Но я не хотела и ее подвергать опасности. До меня стало доходить, что с возвращением Эмили проблемы не закончатся, возможно, они только начнутся. Ник придет в ярость и обязательно станет нас искать. Он использует все свои деньги, чтобы меня одолеть, не