Читать книгу - "Неживой свидетель - Валерий Георгиевич Шарапов"

с некоторыми из мужчин данной породы, их всех отличала завышенная самооценка. Ослепленные себялюбием, они мнили, будто первая встречная готова повеситься им на шею. Поэтому, поймав взглядом игривую улыбочку Маруси Бархатной, безумцы не чувствовали подвоха, не видели, как их заманивают в ловушку, и всерьез полагали, что эта эффектная девушка действительно воспылала к ним страстью.

Правды ради надо сказать, что Бурцев не одобрял измену ни в каком виде — не только случайные связи, но и внешне безобидные служебные романы. Измена только в книжках про любовь-морковь выглядит красиво и зовется благозвучным французским словечком «адюльтер». Угрозыск же имеет дело с грязными последствиями фиктивной «красоты»: разрушенные семьи, погубленные карьеры, проблемы у детей в школе, заканчивающиеся драками, а иной раз и нечто более ужасное — убийства на почве ревности или самоубийства из-за разбитого сердца и позора.

* * *

Опергруппа рассмотрела материалы на Марию Сушкину и изучила планировку Ладожской улицы на карте Москвы. Знать бы, по какой причине Мася-Побрякушка сдает источник своих доходов приезжей банде. Не иначе постарался Лазаренко, поднявший свои московские знакомства. Впрочем, нельзя исключать и того, что жилье грабителям подыскал по своим каналам Бублейников. Аферистка запросто может состоять в приятельских отношениях со спекулянтом, быть может, они даже обмениваются клиентами, когда это выгодно. И портить деловой союз Сушкина вряд ли решилась бы, поэтому в зачет будущих услуг согласилась предоставить на месяц квартиру «гостям из Коломны», за которых попросил Бублейников.

Было бы неплохо также ознакомиться с личными делами на каждого из участников банды, но документы прибудут только завтра в обед, поэтому придется довольствоваться той информацией, которую коллеги из Тулы сообщили по телефону.

Перенести операцию на вторую половину дня нежелательно. Бандиты, удивленные длительным отсутствием Чарыгина, уже наверняка сбегали на стройку и увидели там скомканную газету «Коломенский рабочий». Поэтому сегодня же вечером они, встревожившись, свяжутся с Бублейниковым или другими своими знакомыми в Москве, чтобы отыскать новое жилье. В течение субботы банда, скорее всего, переедет в другую квартиру, и тогда след преступников оборвется. Вот почему отменять утреннюю операцию неразумно.

…С наступлением субботы на место выехали в четыре утра. Машин в этот час почти не было, улицы пустынны, ехать можно свободно. Лишь на одном перекрестке пришлось задержаться, пропуская вперед карету скорой помощи. Кого-то ни свет ни заря прихватил недуг. Сердце шалит, скорее всего; это в его духе сбоить посреди ночи. Слишком велики нагрузки на кровяной насос, здоровье которого люди не берегут.

Бурцев предусмотрительно велел Варову подождать на светофоре минуты две-три, пока сирена скорой не затихнет в отдалении. Кто знает, куда несутся врачи? Нельзя допустить, чтобы их мигалки предшествовали появлению милиции. Майор многократно убеждался, как иные преступники нервно реагировали на сирену скорой, путая ее со звуками милицейских сирен. Заслышав тревожный вой за окном, грабители могут махнуть рукой: «Всего-навсего врачи!» А могут по ошибке насторожиться, подойти к окну проверить и, заметив приближающийся «ЗИМ», битком набитый муровцами, пуститься врассыпную. Не ровен час, еще сбежит кто-нибудь.

Несмотря на краткую остановку из-за скорой, до пятиэтажки Сушкиной опергруппа доехала раньше намеченного срока. Ефимов глянул на запястье: стрелки на циферблате показывали без четверти пять. Над городом еще нависала ночная темнота.

Пятнадцатая квартира находилась на четвертом этаже в первом подъезде. Покинуть ее можно двумя путями — либо по лестнице вниз, либо вверх на чердак, по которому несложно попасть во второй подъезд. Впрочем, кто-то рисковый мог воспользоваться и третьим путем: через нижнее окно на лестничной клетке в обоих подъездах. Оно невысоко над землей, поэтому мужчина в хорошей физической форме запросто выпрыгнет из него, оставшись цел и невредим. После того как восемнадцатого сентября грянули холода, окна на лестничной клетке в обоих подъездах закрыли, так что при побеге через такое окно придется разбивать стекло. Но какую-нибудь горячую голову не испугает опасность порезаться.

Вот почему — на случай, если кто-то из преступников прорвется, — в обоих подъездах у нижнего окна Буров распорядился поставить по человеку, выбрав для этой цели Ефимова и Варова.

Таким образом, к квартире Сушкиной поднимались трое. Трое оперативников против троих бандитов. Хотелось иметь численный перевес, но жизнь не каждый день накрывает стол с киселем и пирогами.

Впереди дверь с изящной тяжеловесной ручкой, обитая дерматином по технике «каретной стяжки», образовывавшей характерный узор из ромбов. Смотрелось богато и красиво. Трое приблизились, прислушались. Внутри мирно спали. Бурцев принялся оглушительно ботать в дверь кулаком и проорал:

— Откройте, милиция!

Внутри послышалось движение, топот, грохот переворачиваемой мебели. В замочную скважину полился свет — преступники включили лампу.

Бурцев кивнул Жегунову. Крепкий, плотно сбитый, каменотес в прошлом и боксер в настоящем, Михаил навалился плечом на дверь. Дерматиновая обивка легонько ухнула, выпуская воздух. Старший лейтенант нанес еще два таранных удара, дверь со скрипом поддалась. Проснулись соседи, дом ожил; сверху, снизу и с боков раздались восклицания, вскрики.

Из дверного прохода разило крепким запахом перегара, пота и табака. Воздух в квартире был спертым и пыльным. Рефлекторно задержав дыхание, оперативники нырнули в смрадную атмосферу. Картина, открывшаяся перед ними, говорила сама за себя: здесь жили люди, не ценящие ни чужого, ни своего имущества. Всюду пустые бутылки, окурки, разбросанная одежда, клочки газет и даже туалетной бумаги, словно нужду справляли не на унитазе, а в первом попавшемся углу. На столике в передней недопитая бутылка «Столичной» и тарелка с остатками еды. Мебель расставлена хаотично, частью опрокинута в суете. Заслеженный пол потемнел от грязи, нанесенной обувью. В пыльном углу валялась дорогая дамская перчатка, явно не принадлежавшая нынешним обитателям.

Трудно поверить, что месяц назад квартира номер пятнадцать служила образцом респектабельности: шикарные апартаменты, чистенькие и со вкусом обставленные. Высокие потолки, выбеленные аккуратно, без потеков и разводов. Тончайшие шторы на широких окнах. Дорогой гарнитур из карельской березы. Неудивительно, что мужчины, которых водила к себе Маруся Бархатная, быстро расслаблялись в такой обстановке. Но так было прежде, теперь же квартира превратилась в грязное логово. Хозяйка, наверное, в ужасе от постояльцев.

Интересно, где она? Сушкина умна и осторожна, поэтому вряд ли согласится разделять одну площадь с четырьмя уголовниками. В общежитие Мария вернуться не сможет, ее бывшую комнату сдали другим. Наверное, ночует у подружки. Было бы неприятно, если эти вурдалаки принудили девушку оставаться с ними: они, чего доброго,