Читать книгу - ""Зарубежный детектив 2026-29". Компиляция. Книги 1-10 - Леонардо Падура"

– Очень хорошо, Петра, очень хорошо. А что вы намерены делать дальше?

– Завтра с утра пораньше допросим Ногалеса, но теперь уже в ином ключе.

– Я позвоню вам еще до этого, к восьми утра должны быть готовы результаты вскрытия. Вдруг они чем-то помогут.

Что ж, мы уже начали сами воздействовать на реальность, и реальность стала одаривать нас фактами – только руку протяни, хотя факты пока были не слишком красноречивые и подчас не имели объяснений. Марта Мерчан знала Ногалеса. И ничего больше. Мы сработали топорно, но смогли добавить к материалам дела также и эту информацию. А внутренние связи всей конструкции в целом еще только предстоит выявлять – гораздо более сложными методами.

Я легла спать в тревоге и волнении и была уверена, что телефон разбудит меня среди ночи, но этого не случилось. Я спала, забытая всеми, как старые туфли в шкафу. А проснулась с ощущением, что вот-вот опоздаю на собственные похороны. Однако причин для страха не было – все вроде бы продолжало течь в обычнейшем русле. Было семь часов утра, и до сих пор никто не побеспокоился о моей судьбе – я могла бы спокойно умереть.

Во время завтрака Гарсон выглядел настолько спокойным, что это отчасти рассеяло мои мрачные мысли. Он макал свои чурритос в кофе так же самозабвенно, как интегрист предается первой утренней молитве.

– Вы хорошо спали? – спросила я.

– Как бревно, – признался он. – Мало что в этой жизни может лишить меня сна. Я всегда сплю как младенец. А вы?

– Как убитая.

– Что-то плохо верится, выглядите вы неважно – наверняка всю ночь раздумывали над нашим делом. Нет, все-таки опыта вам недостает! Ладно, но только вы хоть позавтракайте получше, эти чурритос – что-то божественное. Хотите, добавим к ним побольше сахару?

Я улыбнулась:

– Вы, кажется, решили начать опекать меня?

– Мы, одиночки, просто обязаны опекать друг друга. Знаете, что я вам скажу, Петра? Вы должны снова выйти замуж.

Я так громко расхохоталась, что мой смех напугал тех немногих ранних пташек, что сидели за другими столиками.

– И за кого же, позвольте спросить?

– Ну, это уж ваше дело!

– Я подожду, пока женитесь вы, а я уж после вас.

– Ну, тогда…

– Значит, вы только другим советуете вступать в брак?

– Я слишком стар для новых экспериментов.

Вот и опять мы шагнули на территорию личных тем, и я решительно не желала продолжать этот разговор. На столе лежал мой мобильник, я посмотрела на него и сказала Гарсону:

– Спорим, телефон через секунду начнет трезвонить? Комиссар обещал позвонить в восемь.

– Вот еще кого надо бы женить!

– Да, только он уже давным-давно женат! У них с женой четверо детей. Неужели вы этого не знали?

– Мужчины редко откровенничают между собой.

– Зато откровенничают с женщинами.

Он явно удивился:

– Возможно.

Без одной минуты восемь зазвонил телефон. Коронас начинал кипеть энергией, как только новый день продирал глаза. Комиссар сказал:

– Петра, я в нескольких словах сообщу результаты вскрытия Марты Мерчан. Семь ножевых ран, нанесенных как будто вслепую. Только одна оказалась смертельной. Профессиональный убийца исключается. По словам судмедэксперта, удары наносились без особой силы. Ни один не попал выше верхней линии грудной клетки. Как он считает, убийцей был невысокий мужчина мелкого сложения – или скорее даже женщина. Жертва оказала сопротивление, остались следы борьбы, но очевидно, что застали ее врасплох, поэтому должным образом среагировать она не успела. При осмотре места преступления обнаружен один волос, который не принадлежал Марте Мерчан, но мог принадлежать ее дочери, домработнице или кому угодно другому. Волос передали в лабораторию. Что касается соседей, то никто из них не видел подъезжающей машины и не слышал ничего необычного. И это вполне объяснимо, поскольку дома там окружены довольно обширными садами. Вот и все на сей момент. Усвоили?

– Да. А допросы дочери и домработницы?

– Молинер допросит их сегодня же утром. Вчера у Ракели Вальдес не выдержали нервы, когда она, вернувшись из университета, увидела всю эту картину. Ночь она провела с транквилизаторами и под наблюдением врачей. Когда вы намерены отправиться к Ногалесу?

– Как только пробьет девять, комиссар.

– Расшибитесь в лепешку, но своего добейтесь.

– Так мы и поступим.

Я пересказала наш разговор младшему инспектору, и мы двинулись в сторону редакции “Универсаля”. Прежде чем войти, я предупредила коллегу:

– Пока я не стану сообщать ему о смерти Марты Мерчан. Посмотрим, может, если я брошу новость потом, в самый неожиданный для него момент, это произведет нужный нам эффект.

– Вам виднее, инспектор. Лично я понятия не имею, с какого бока лучше подлезть к этому типу.

– Будем действовать экспромтом, доверимся интуиции.

– Сомневаюсь, что при таком хилом завтраке ваша интуиция будет работать как надо.

– Поэтому вы должны быть начеку. Как только почувствую, что мне не хватает вдохновения, переключу допрос на вас. Если суть вопроса в количестве поглощенных чуррос, то у вас все получится лучше некуда.

– Главный редактор еще не пришел, – сказала нам девушка, дежурившая за стойкой у входа.

– В таком случае мы подождем его здесь, – ответила я.

Так мы и поступили. И целый час наблюдали за суетливой утренней жизнью газеты. То и дело звонил телефон, на работу один за другим приходили сотрудники, вооруженные магнитными карточками. Тем, кто здесь не служил, приходилось подчиняться строгим правилам безопасности. Наконец появился Ногалес и, разумеется, сразу нас увидел. Он направился прямо к нам. Мы встали и не дали ему произнести ни слова:

– Сеньор Ногалес, мы ждем вас. Вы должны проследовать в комиссариат для допроса.

– Я арестован?

– Нет, но есть неблагоприятные для вас свидетельские показания, и мы хотим прояснить ситуацию.

– Хорошо, скажите мне, о каком комиссариате идет речь, я позвоню своему адвокату и попрошу его приехать туда.

Рядом с дверями редакции имелась стоянка такси. Когда Ногалес понял, куда мы направляемся, он вдруг сказал:

– Если вы не против, я бы поехал на своей машине.

Едва заметная пауза выдала наши внутренние колебания, хотя, вне всякого сомнения, сбегать он не собирался, а его мобильник прослушивался. Я решительно кивнула.

В комиссариате уже была приготовлена комната для допросов. Ногалес приехал через пять минут после нас, его адвоката пришлось ждать еще полчаса. И мы не начинали, пока тот не прибыл.

– Сеньор Ногалес, за этим стеклом находится управляющий кафе “Глория”. Он уверен, что неоднократно видел именно вас, когда вы завтракали и беседовали с Эрнесто Вальдесом. Сегодня он готов подтвердить свои показания и подписать официальное заявление.

Тут же вмешался адвокат:

– Мы