Читать книгу - "Пустая ловушка - Джон Данн Макдональд"

предумышленном убийстве не выпускают под залог. Вы останетесь здесь до этого времени. — Он оглядел камеру, фыркнул. — Конечно, мы позаботимся, чтобы вас разместили с гораздо большими удобствами, чем здесь.

— Круслов и его люди сильно меня избили. Вы можете что-то из этого извлечь?

— Сомневаюсь в этом. Вот если бы вы подписали признание, мы могли бы подумать по поводу физического принуждения. Но вы ничего не подписали. Так что нам придется просто забыть об этом. Мой гонорар, молодой человек, составит пять тысяч долларов плюс расходы — если я решу нанять детектива.

— Это немалые деньги.

— Я не маленький адвокат, молодой человек.

Я ухмыльнулся:

— Ладно.

— Я немного пораскину мозгами, пробегусь по фактам, которыми мы располагаем, вернусь с магнитофоном, и мы рассмотрим это в подробностях, молодой человек.

— Что с... мисс Макрей, моей секретаршей? Мне бы очень не хотелось впутывать ее в это дело.

— Этот детектив, Франс, сообщил, где он вас нашел. Круслов приказал ее привезти. Она была здесь, когда вас привезли. Круслов хотел убедиться, что она никак не причастна к убийству. Он знает ее отца, и, по-моему, его брат с ней знаком. Он говорил об этом с Франсом. Так что в газеты это пока не попало. Но, думаю, попадет, когда дело дойдет до суда. Сторона обвинения захочет показать, что вы действовали как виновный. Соответственно, встает вопрос о том, где вы прятались и кто вас прятал.

— Ее уволят из компании.

Он грустно посмотрел на меня:

— И вас они навряд ли наградят медалью, мистер Сьюэлл.

Примерно в шесть часов меня отвели в ту же самую комнату, в ту обшарпанную комнату, с запахом насилия, в которой они надо мной измывались. Там меня ждала Тони. Они закрыли дверь и оставили нас наедине. Подозреваю, что эта чудесная встреча состоялась не без влияния Джерри Хайерса.

Мы поцеловались, заговорили оба разом и снова поцеловались. Она притронулась нежными пальцами к моему распухшему лицу и заплакала из-за этого, из-за нас, из-за того, как все печально складывалось.

— Это не может быть правдой, Клинт. Это чудовищно. Это просто не может быть правдой.

— Отчасти это правда.

Она вспыхнула:

— Да. О да. Знаешь, они приехали на завод и забрали меня. Капитан Круслов сказал мне ужасную вещь насчет помощи тебе. Мистер Франс тоже там был. Ужасно злой на тебя. Ты сломал ему один зуб. После я разговаривала с мистером Франсом и спросила его, закончил ли он со своим поручением? Он ответил, что, как ему думается, да. Тогда я спросила его, не может ли он поработать на тебя? Но не думала, что он согласится. Однако он согласился. Я ему заплачу.

— Я не хочу, чтобы ты платила.

— Я этого хочу. Когда у меня закончатся деньги, ты ему заплатишь. Но я хочу, чтобы кто-то попробовал тебе помочь, Клинт. Капитан Круслов абсолютно уверен, что ты убийца, и это меня пугает.

— Ты знаешь, что это не я.

— Да, знаю, милый.

— Никогда не сомневайся в этом. Никогда не сомневайся во мне.

— Не говори так. — Она посмотрела на меня в упор. — И ты не сомневайся во мне. Ничего не изменится. Я буду ждать тебя. Я буду работать, чтобы тебя освободить.

Нас предупредили, что у нас осталось не более двух минут. Тони сказала, что будет на следующее утро, в субботу, на заводе, чтобы привести в порядок кабинет, и подключит телефон на тот случай, если у меня появится возможность ей позвонить. Еще сказала, что придет повидаться со мной в субботу днем, принесет мне смену одежды и туалетные принадлежности. Тони хотела что-то еще объяснить, но времени уже не осталось. Ей пришлось уйти, а меня отвели обратно в камеру, которая стала более холодной, более голой и более пугающей после того, как мне выпала возможность подержать в объятиях мою восхитительную, ласковую девочку, послушать ее голос и заглянуть ей в глаза. Кто-то должен в вас верить до конца. Кому-то должно быть до вас хоть какое-то дело. Вы должны представлять для кого-то важность. А иначе жизнь — просто совершение бессмысленных движений.

В субботу, в десять пятнадцать утра, меня освободили.

Хайерс нетерпеливо стоял рядом, пока я вдевал шнурки обратно в ботинки, просовывал ремень в петли, завязывал галстук поверх воротника грязной рубашки. Я вскрыл конверт из манильской бумаги, достал бумажник, ключи, зажигалку, мелочь, сигареты.

— Что происходит? — спросил я у адвоката.

— Давайте где-нибудь на улице выпьем кофе.

Я порадовался, что это оказалась маленькая, замызганная забегаловка. С четырехдневной щетиной и в грязной рубашке я походил на бродягу. Мы заняли кабинку в глубине помещения.

Джерри Хайерс заказал пончики с кофе и сказал мне:

— Они бы продержали вас там до конца недели. Чертовски много бюрократической волокиты пришлось пройти, чтобы вас вытащить.

— Кто-нибудь соизволит мне рассказать, что, черт возьми, происходит?

— А вы еще не знаете? Сегодня утром нашли Рэймонда. Совсем рано. Двое ребят отправились в поход и, чтобы срезать путь, пошли напрямик через ферму Прайоров. Его машина стояла на одной из сельских дорог. Он использовал трос для буксировки, взобрался на крышу машины, закинул трос на сук, закрепил его, другой конец обвязал вокруг шеи и сиганул с машины. Ребята не смогли дотянуться до троса и побежали к ферме. В одном кармане у Рэймонда нашли записную книжку Олан, в другом — пропавший ключ от вашего дома. Круслов сразу же связался с миссис Рэймонд. Выяснив, что случилось, она призналась, что солгала насчет той ночи, когда была убита Олан. Рэймонда не было дома до пяти утра. Она также рассказала, что ее муж, пользуясь своим положением босса, устраивал вам свидания с Олан,