Читать книгу - "Урки и мурки играют в жмурки. Отвязный детектив. - Александр Сидоров"

в которой сестрица Алёнушка спасает братца Иванушку

19 апреля, Москва, раннее утро

В ЦИРКЕ СЛУЧАЮТСЯ РАЗНЫЕ ЧУДЕСА. Например, накрывают аквариум с рыбками, сдёргивают платок — нет аквариума! Или девицу запихивают в большой ящик, ящик разваливается на части — нет девицы! А Додик Коперфильд, знаменитый еврей из Одессы, однажды спровадил в неизвестность целый паровоз. Всякое в цирке бывает.

Но Аркадий Игоревич Драбкин сейчас находился не в цирке, а в нормальной однокомнатной московской квартире. По всем раскладам, напротив должен биться мелкой дрожью подлый предатель Джонни — тот самый, с которого Аркаша Деловой жаждал собственноручно снять скальп. Но Джонни в квартире напрочь отсутствовал! И Драбкину хотелось снять скальп хотя бы с того факира, который провернул такой ловкий фокус.

— Как это понимать, Павел Петрович? — скорбным голосом Малюты Скуратова обратился Драбкин к начальнику службы безопасности «Русского мира». — Не ты ли мне говорил, что мимо твоих клоунов ни один колобок не проскользнёт?

— Не может этого быть, — убеждённо заявил Аникушин. — Не мог Джонни отсюда выбраться! Ну что он, сквозь канализацию просочился?!

— Он сквозь твоих людей просочился, — уточнил Драбкин. — Купил их — и просочился.

— Исключено, — отмёл подозрения Павел Петрович. — Двое в подъезде, двое во дворе и двое на улице прямо напротив арки. Почти никого из них Джонни не знает.

— У тебя всё исключено! — взорвался Аркадий Игоревич. — А мерзавца нет!

Кроме Драбкина и Аникушина, в комнате находились советник Аркаши Делового Гена Шустов, контуженный морпех — вечный телохранитель начальника СБ и реабилитированные Грач с Исаем, которые жаждали крови за свои унижения.

— Аркадий Игоревич, дайте я с ними поработаю! — умоляюще обратился к Драбкину громила Боря Грач и сжал кулаки. — Мы через пять минут всё будем знать!

— Через три, — хмуро уточнил Серёга Исай.

Аркаша Деловой недовольно зыркнул на кровожадную парочку.

— Я вам что, слово давал? — зло процедил он. — Вы уже своё накуролесили. Смотри ты — запели, как от заднего места отлегло… Пошли вон! Все, кроме Аникушина и Шустова! И зовите этих недоделанных караульщиков!

Разбирательство было недолгим, но пристрастным. Однако единственное, что удалось выяснить — то, что Джонни из подъезда не выходил, а «бойцы», которые дежурили во дворе, никуда не отлучались, за исключением одного раза, когда Витя Буев сбегал в ларёк за сигаретами, а его напарник Женя Топтыга отошёл «брызнуть» за детскую горку. Всего-то минут пять.

— За эти пять минут, твари вы безмозглые, можно полдома обнести! — рявкнул Шустов. — Да он по верёвке спустился во двор и спрятался в каком-нибудь подъезде…

— А верёвка где? — поинтересовался Аникушин. — Она бы осталась болтаться.

— Ну, тогда сверху кто-нибудь верёвку спустил, — выдвинул новую версию Шустов. — Джонни, допустим, позвонил в квартиру на пятнадцатом этаже, ему верёвку скинули, подняли его — и сейчас он там чай пьёт.

— Очень может быть, — согласился Драбкин. — А мог и просто на соседнюю лоджию перелезть. Давай-ка глянем.

Они вышли на лоджию и глянули.

— Соседняя не застеклена, — отметил Аникушин. — А вот, обратите внимание, держатели металлические у сплита погнуты. Один чуть из стены вместе с болтом не вывернут.

— Надо срочно навестить соседей, — приказал Аркадий Игоревич. — Ксивы-то у ваших ребят есть?

— Найдутся, — успокоил Аникушин шефа. — И ментовские, и гэбэшные.

— Обычной милиции достаточно. Шума не поднимать. Сначала у соседей уточните, кто там обитает, а потом войдёте под бытовым предлогом. Ну, трубы протекли, телеграмма срочная — короче, не мне вас учить.

— Мобильник звонит, — вдруг встрепенулся Шустов. — Слышите? Кажется, в кухне.

Он резво вскочил, выбежал и вернулся с телефоном, который действительно меланхолически наигрывал «Вальс цветов».

Драбкин нажал зелёную кнопочку и приставил «мобилу» к уху.

— Ваня, это я, — зазвучал в трубке тревожный женский голос. — Ты меня слушаешь?

— Да, — коротко бросил Драбкин и махнул рукой Аникушину: действуйте, действуйте, не ждите!

— Ваня, ты где?

— Дома, — глухо ответил Драбкин, стараясь, чтобы на том конце ничего не заподозрили.

— Как — дома? — взволновалась незнакомка. — Ваня, тебе надо уходить срочно! Пока не поздно…

Аркадий Игоревич с сожалением понял, что дальше продолжать игру нет смысла. Он не серый волк, ему кузнец голоса не перековал, так что под маму-козочку долго блеять не получится.

— Поздно, Елена Владимировна, — заговорил Драбкин собственным голосом. — Ваш милейший братец уже находится в наших руках. И с этим ничего не поделаешь.

— Аркадий Игоревич? — растерянно откликнулась трубка. Алёнушка с ужасом поняла, что и впрямь опоздала. — Что с Ваней?

— Ване сейчас больно, — сообщил Аркадий Игоревич. — Но пока он, увы, ничего нам не говорит. И чем дольше будет продолжаться игра в молчанку, тем меньше у него шансов остаться живым и относительно здоровым. Сейчас мы подумываем над тем, чтобы немного подточить ему зубы крупноячеистым напильником…

Надо выиграть время, нервно крутилось в голове у Аркаши Делового. Вытянуть из ситуации всё, что возможно. Ах, Джонни, сука Джонни, как ты не вовремя подгадал со скалолазанием!

— Что вам надо? — голос Алёнушки неожиданно сел и стал глухим.

— Плохо слышу вас, Елена Владимировна, — с тревогой сообщил Аркадий Игоревич. — Нас разлучают расстояния. Мне кажется, я вас теряю.

— Хватит паясничать, — всё так же глухо сказала Алёнушка. — Я повторяю: что вам надо?

— Нам нужны образцы известных вам химических соединений, — пояснил Драбкин. — Верните народное достояние. Брать чужое нехорошо.

— У нас нет образцов, — коротко сообщила Алёнушка.

— И врать нехорошо, — посетовал Драбкин. — Не жалеете вы своего братца.

— У нас действительно нет образцов, — повторила Алёнушка. — Сколько ни пытайте Ивана, он скажет вам то же. К сожалению, вмешалась третья сила, которой никто не ждал.

— Страны третьего мира? — догадался Аркадий Игоревич. — Движение неприсоединения? Дружба-фройндшафт? Хинди-руссо пхай-пхай? А, я понял! Русский с корейцем — братья навек! Или сёстры. Елена Владимировна, мне некогда выслушивать ваши анекдоты. Я сообщу позже, когда состоится траурная церемония прощания с останками вашего родственника. Если не сможете прибыть, полкило фарша в целлофановом пакете мы вам доставим по месту жительства. Адрес сообщать не надо, мы в курсе.