Читать книгу - "Современный детектив. Большая антология. Книга 1 - Карстен Дюсс"

меня превратно — Алистер хороший муж и хороший отец. Но у него все под строгим контролем.

— Почему?

— Доктор Фокс, вы анализируете мои действия? — спрашивает она.

Голос у нее веселый, а глаза холодные.

— Если уж на то пошло, я анализирую твоего мужа.

Она вновь затягивается, потом хмурится.

— Он всегда был таким. Не очень доверчивым. По крайней мере, в отношении меня.

— А почему так?

— О, в детстве я была неуправляемой, — говорит она. — Распущенной — во всяком случае, по выражению Алистера. Плохая компания, плохие перспективы.

— Так было, пока ты не встретила Алистера?

— И после нашей встречи тоже. Я не сразу избавилась от недостатков.

Думаю, на это не могло уйти так уж много времени — судя по ее виду, матерью она стала в двадцать с небольшим.

Она качает головой:

— Какое-то время я встречалась с другим.

— Кто это был?

Гримаса.

— «Был» — это правильно. Не стоит вспоминать. Все мы совершаем ошибки.

Я молчу.

— Так или иначе, все кончилось. Но моя семейная жизнь по-прежнему… — Джейн щелкает пальцами, — испытание на стойкость. Я бы так сказала.

— Le mot juste[659].

— Эти уроки французского полностью окупаются. — Она хмыкает сквозь зубы, сигарета торчит кверху.

Я продолжаю давить на нее:

— Что делает твою семейную жизнь испытанием на стойкость?

Джейн выпускает дым. В воздухе повисает идеальное по форме голубоватое кольцо.

— Сделай так еще, — вопреки желанию, прошу я.

Джейн выдувает второе кольцо, и я понимаю, что напилась.

— Понимаешь… — Она откашливается. — Дело не только в этом. Все так сложно. Алистер меня напрягает. Семья напрягает.

— Но Итан замечательный парень. Я говорю это как человек, который с первого взгляда понимает, что перед ним хороший ребенок, — добавляю я.

Джейн смотрит мне в глаза.

— Рада, что ты так думаешь. Я тоже так считаю. — Она снова стряхивает пепел с сигареты. — Ты, наверное, скучаешь по своим родным.

— Да. Ужасно. Но я каждый день с ними разговариваю.

Она кивает. Глаза у нее осоловели. Вероятно, она тоже пьяна.

— Хотя болтать по телефону и быть рядом — разные вещи, правда?

— Да. Конечно, это совсем другое дело.

Она кивает еще раз.

— Видишь, Анна… Заметь, я не спрашиваю, что именно привело тебя на этот путь.

— Излишек веса? — говорю я. — Ранняя седина?

Я правда наклюкалась.

Она пьет вино, потом произносит:

— Агорафобия.

— Ну… — Если уж мы делимся секретами, я признаюсь. — Травма. С любым может случиться такое. — Я нервничаю. — Поэтому я впала в депрессию. Глубокую. Не хочется об этом вспоминать.

Но Джейн качает головой:

— Нет-нет, понимаю, это не мое дело. И догадываюсь, что ты не в состоянии приглашать гостей на вечеринку. Просто мне кажется, что тебе надо найти еще какие-то занятия. Помимо шахмат и черно-белых фильмов.

— И шпионажа.

— И шпионажа.

Я обдумываю предложение.

— Когда-то я занималась фотографией.

— Такое впечатление, что ты по-прежнему этим занимаешься.

Я притворно улыбаюсь:

— Вполне справедливо. Но я имею в виду фотографирование на улице. Мне это очень нравилось.

— Что-то вроде «Людей Нью-Йорка»?

— Скорее, съемка природы.

— В Нью-Йорке?

— В Новой Англии. Иногда мы туда ездили.

Джейн поворачивается к окну.

— Взгляни на это. — Она указывает на запад, и я гляжу на сочный закат. Сумерки сгущаются; здания на сияющем фоне, словно вырезанные из бумаги; невдалеке кружит птица. — Это и есть природа, верно?

— Формально — да. Какая-то ее часть. Но я имею в виду…

— Мир — прекрасное место, — настаивает Джейн, и говорит она вполне серьезно. У нее спокойный взгляд, ровный голос. Она встречается со мной глазами, долго смотрит на меня. — Не забывай об этом. — Наклонившись вперед, она вдавливает окурок в дно чашки. — И не упусти его.

Я выуживаю из кармана телефон, направляю на бокал, делаю снимок. Потом смотрю на Джейн.

— Молодец, — ворчливо произносит она.

Глава 19

Я провожаю гостью в прихожую в начале седьмого.

— Меня ждут очень важные дела, — сообщает она.

— Меня тоже, — откликаюсь я.

Два с половиной часа прошло… Когда я в последний раз разговаривала с кем-то два с половиной часа? Я пытаюсь выудить из памяти воспоминания — месяц за месяцем… Ничего. Ни одного случая. Начиная с первой встречи с доктором Филдингом — давным-давно, в середине зимы. Но и тогда я не могла говорить так долго, поскольку у меня была повреждена трахея.

Я вновь чувствую себя молодой, я почти в эйфории. Может быть, дело в вине, но думаю, нет. Дорогой дневник, представляешь, сегодня у меня появилась подруга.

Продолжение следует тем же вечером. Я дремлю за просмотром «Ребекки», когда трещит звонок.

Отбрасываю одеяло, ковыляю к двери. «Почему ты не уходишь? — фыркает у меня за спиной Джудит Андерсон. — Почему не уезжаешь из Мэндерли?»

Я смотрю на монитор переговорного устройства. Высокий мужчина, широкоплечий, с узкими бедрами и отчетливым «вдовьим мысом». Ну да, я привыкла видеть этого человека при естественном освещении, так что узнаю его не сразу, через секунду. Алистер Рассел.

— Интересно, что тебе надо? — говорю я или, может, думаю.

Кажется, все же произнесла это вслух. Определенно еще не протрезвела. Не стоило глотать тогда те таблетки.

Я нажимаю на кнопку. Клацает защелка, скрипит дверь. Жду, когда она захлопнется.

Открываю дверь в прихожую — он стоит там. В полумраке белеет его бледное лицо. Улыбается. Крепкие зубы растут из крепких десен. Ясные глаза, в их уголках мелкие морщинки.

— Алистер Рассел, — произносит он. — Мы живем в доме двести семь, на той стороне сквера.

— Входите. — Я протягиваю ему руку. — Я Анна Фокс.

Он не принимает мою руку, оставаясь на месте.

— Мне, право, не хочется вам мешать, извините, что отвлекаю вас от ваших занятий. Смотрите фильм?

Я киваю.

Он вновь улыбается. Сияет, как рождественская витрина.

— Просто хотел узнать, были ли у вас сегодня гости.

Я хмурюсь. Пока собираюсь ответить, у меня за спиной раздается грохот. Сцена кораблекрушения. «Судно к берегу! — ревут с буксирных катеров. — Всех в бухту!» В общем, много шума.

Я возвращаюсь к дивану, ставлю фильм на паузу. Повернувшись к гостю, вижу, что Алистер уже шагнул в комнату. В холодном свете экрана он похож на мертвеца с черными подглазьями. За его спиной в стене зияет провал открытой двери.

— Будьте добры, закройте дверь. — (Он закрывает.) — Спасибо, — невнятно бормочу я, с трудом ворочая языком.

— Я пришел не вовремя?

— Нет, все нормально. Хотите выпить?

— О, благодарю, не стоит.

— Я имела в виду — воды, — уточняю я.

Он вежливо качает головой.

— У вас были вечером гости? — повторяет он.

Что ж, Джейн меня предупреждала. Он,