Читать книгу - "Берлога зеркального карпа - Дарья Донцова"

— Спасибо, — кивнула помощница, — но все же проверю. Вдруг на конфорке сковородка прямо полыхает!

И тут раздался такой оглушительный звук, что мне показалось, будто дом рушится. Всегда невозмутимый Сан Саныч с истошным воплем «мяу» в один миг взлетел по занавеске на окне столовой и повис под карнизом, держась на когтях передних лап. Мафи запрыгнула на стол и принялась икать. Пуделиха Черри упала на живот и, бодро передвигаясь по-пластунски, поползла в кухню. Афина лежала у стены, на которой висят часы, и засунула голову под кресло. На месте остался один Хуч. Мопс не издал ни звука, не сделал попытки удрать куда подальше. Он просто молча, с достоинством, задрал правую заднюю лапу, написал на угол буфета, сел в лично организованную лужу и застыл, став похожим на изображение священного животного на пирамидах Египта.

— Что случилось? — прошептала Нина.

— В столовой все цело, — тихо ответила я, — но необходимо осмотреть дом. Ты обследуй весь первый этаж, включая технические помещения. Сама пойду на второй и третий.

Нина молча унеслась, а я побежала вверх по лестнице, радуясь, что ступеньки оказались в полном порядке.

В библиотеке книжные шкафы не лишились стекол в створках. Моя спальня выглядела нетронутой. А вот когда я открыла дверь на половину полковника и Марины, то услышала рычание. Мне пришло в голову, что в ванной, вероятно, сорвало кран.

Крикнув: «Нина! Заглуши в доме всю воду!», я понеслась на звук.

Брюки Александра Михайловича и одинокий мужской носок валялись на полу в небольшом холле. Рычание летело из спальни. Я ринулась туда и увидела хозяина комнаты. Тот лежал на кровати и оглушительно храпел. Около постели валялась здоровенная фигура лошади, сделанная из металла. Несколько месяцев назад полковник увидел сие произведение в магазине сувениров и… подарил жене на день рождения. Марина попала в неудобное положение. Презент очень тяжелый, по лестнице его поднимали Кузя и Сеня вдвоем. Коня этого поставили на столик, и у мебели уже два раза ломались ножки. Сейчас погиб третий столик. Когда жеребец валится на пол, трясется весь дом и раздается оглушительный звук. Жаль, что «красота» железная, она не разбиваема!

Меня охватило желание стукнуть толстяка подушкой. Но я на цыпочках покинула комнату и, увидев в холле нервно моргающую Нину, сообщила:

— Все в порядке. Просто Дегтярев решил отдохнуть! А у стола сломались ноги, и конь брякнулся на паркет.

— На первом этаже нет проблем, — отрапортовала Нинуша, — только Сан Саныч на занавеске висит, а Хуч в луже спит.

— С мопсом ничего не случится, — решила я, шагая вниз про ступенькам, — потом его помоем. Вот кота необходимо снять! Неси стремянку!

Не прошло и пяти минут, как лестница оказалась в столовой. Я прислонила ее к стене, живо вскарабкалась почти до потолка и завела самым нежным тоном:

— Санечка! Разреши взять тебя.

Но кот мертвой хваткой вцепился в драпировку и категорически не хотел ее отпускать. Пришлось сделать попытку оторвать «британца» от портьеры. На удивление, маневр удался — Мурлыка оказался в моих руках. Но как спускаться, держа в объятиях здоровенного домашнего любимца? Надо держаться за лесенку. Может, посадить Сан Саныча на самую верхнюю ступеньку, потом немного спуститься, переместить дальнего родственника тигра чуть ниже…

Я осторожно осуществила первую часть задуманного, потом взялась одной рукой за стремянку, и та пошатнулась…

— Мяу!!! — завопил обычно флегматичный представитель британской породы. — Мяу!

Как развивалось действие дальше, помню плохо. Ступенька зашаталась, сверху что-то свалилось, твердая опора ушла из-под моих ног…

— Мама! — завопила Нина. — Ой, мамочка! Помогите!

Глава двадцать первая

На лицо полилась теплая вода, и она почему-то пахла супом. Я открыла глаза.

— Жива! — заликовала Нина, стоя рядом и держа в руках кастрюлю. — Дашенька, как дела? Можете говорить?

Я села и спросила:

— Что случилось?

— Жуть! Вы с лестницы упали, — затараторила помощница по хозяйству. — Встать можете? Руки-ноги-шею не сломали?

Отличный вопрос! В особенности прекрасен интерес про шею. Но, раз я способна говорить, шевелиться, значит, с самым верхним отделом позвоночника у меня полный порядок.

Я собрала все силы и с большим трудом сумела подняться.

— Ура! — обрадовалась Нина. — Простите, плеснула на вас картошкой! То есть водичкой, где она варилась!

— А-а-а, — пробормотала я, — ясно, почему супом пахнет. Что произошло?

— Все в порядке, — заверила меня помощница, — лесенка упала, и вы вместе с ней! Сан Саныч тоже шлепнулся, хотел опять на драпировку залезть, а карниз обвалился, окошко голое, так что облом котику. Афина кинулась от ужаса на кухню. А там на плите сковорода с котлетами, она ее и сожрала.

— Собака слопала посуду? — уточнила я. У меня внутри головы словно водопад гремел.

— Нет, только бифштексы в себя уложила, — ответила Нинуша, — Черричка от стресса спряталась у меня в комнате, ее стошнило прямо в вязание, я его в кресле бросила. Но это пустяки! Хучик написал третью лужу и теперь спит в ней. Сейчас сначала пол помою, потом мопса выкупаю. Сан Саныч замотался в то, что от занавесок осталось, разматываться котик не желает и…

— Всем добрый вечер! — вдруг громко произнес знакомый до боли голос.

Я повернула голову на звук и увидела румяного от сна Дегтярева. Он спокойно сел на свое место за столом и сказал:

— В кой-то веки лег после обеда подремать! Доложите мне, как идут дела! Что происходит?

Я уставилась на Александра Михайловича.

Что происходит? С окна упал карниз. На полу куча из занавесок, оттуда торчит хвост Сан Саныча. У серванта три лужи, пахнут они не как жасмин вечером, в одном «море» мирно спит Хуч. Мафи теперь лежит на обеденном столе, слева по курсу от нее пустая тарелка, ранее полная сдобных сухариков. Афину не видно, но из кухни доносится непрерывное, громкое икание. Сожрать все отбивные из здоровенной сковородки это вам не чихнуть. Черри осторожно, тихо, медленно, но верно ползет на животе к груде драпировок. И в качестве цуката на всей этой гигантской кремовой розе безобразий — стремянка! Она валяется на боку. Я вместе с ней свалилась, но ничего себе не сломала, и лестница жива-здорова — Господь дураков и их имущество бережет. И вот сейчас полковник просит доложить ему, как идут дела! Да все просто: лучше некуда! Все как всегда! И последний вопрос! Дегтярев не увидел упавшего железного коня? Не заметил очередной погибший столик?

— Чаю хочется, — продолжил Александр Михайлович.

— Ой! Воды у нас нет, — прошептала Нина, — авария, наверное! Не течет из крана!

В моей голове