Читать книгу - "Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер"

глоток из чашки, размышляя, как лучше ответить. — Иногда, если я захожу в комнату, пока Тристрам разговаривает по телефону, он мгновенно сбрасывает звонок или уходит в другое место в поисках уединения. Не могу его винить. Этот дом крохотный. Его и домом-то назвать сложно. Но мне нравится думать, что рано или поздно Тристрам заведет семью. Надеюсь, вы правы.

— Он когда-нибудь упоминал при вас имя этой женщины? — спросила Джудит, а затем вспомнила, что отцу Тристрама пришлось ехать за ним во Флоренцию, когда тот сбежал с актрисой из своей труппы. Но в спектакле, где он играл, женщин не было. — Или, может, имя этого мужчины? — добавила Джудит.

— Не думаю, что он когда-либо интересовался мужчинами, — протянула леди Бейли. — В этом нет смысла. Женщинам он очень нравится. Но, конечно, я не могу знать о его вкусах наверняка. Если Тристрам не хочет, чтобы кто-то лез в его личную жизнь, узнать о ней очень сложно. Он бывает очень скрытным.

Джудит взглянула на Бекс и Сьюзи. Те тоже сразу обратили внимание на слово «скрытный». Можно ли считать слова леди Бейли подтверждением тому, что на самом деле все это время Тристрам общался вовсе не со своей девушкой, а с тайным сообщником?

— А что насчет Розанны? — спросила Джудит. Она не хотела, чтобы леди Бейли начала в чем-то подозревать подруг из-за их чрезмерного интереса к Тристраму. — Она ладила с сэром Питером?

— Скажу честно: Розанна всегда была преданной и очень трудолюбивой дочерью, но она никогда не ценила Питера, считала его женоненавистником. А он совсем не такой, уверяю вас. Бога ради, конечно, он не ненавидит женщин. Но он всегда предпочитал вести дела с мужчинами, это правда. Он шовинист.

— Я слышала, они часто ссорились из-за семейного бизнеса.

— Абсолютная правда. Розанна и ее отец могли часами ругаться друг с другом. Иногда я переживала, как бы их ссоры не закончились поножовщиной. Но она никогда не причинила бы Питеру вреда, — поторопилась добавить леди Бейли. — Розанна умеет глубоко скрывать свой гнев. Иногда мне кажется, она так упорно работает именно из-за сложных отношений с отцом: просто пытается доказать ему, что не хуже любого мужчины может справляться с делами. Не возражаете, если я закурю?

— Нет, конечно, — ответила Джудит. — Это ваш дом, вы можете делать здесь все что пожелаете.

Леди Бейли потянулась к белоснежной упаковке сигарет с логотипом «Картье», вытянула из нее длинную белую сигарету и прикурила ее от золотой зажигалки.

— Какую марку вы предпочитаете? — с любопытством спросила Сьюзи.

— «Картье».

— Разве это не ювелирная компания?

— Да, вы правы.

— И они производят сигареты?

— Сейчас мне приходится заказывать их из-за границы. Хорошие сигареты — моя маленькая слабость. А вы курите?

— Курю, — ответила Сьюзи. — Но не такие сигареты, — добавила она, с подозрением глядя на упаковку.

— Хотите одну? — предложила леди Бейли.

Сьюзи заколебалась. Теперь, когда леди Бейли закурила, ей тоже захотелось сигаретку, но было слишком стыдно доставать свой потрепанный портсигар с табаком для самокруток. А попробовать сигарету от французской ювелирной марки у нее бы точно смелости не хватило.

— Нет, спасибо, — в конце концов сказала Сьюзи.

— Если не возражаете, я хотела бы узнать, почему вы расстались с вашим мужем? — продолжила допрос Джудит.

Леди Бейли сделала глубокую затяжку, прежде чем ответить.

— Стараюсь не думать о прошлом. Мы всегда поддерживали связь и даже после развода принимали важные решения вместе.

— Это хорошо сказывается на детях, — заметила Бекс с мудростью, присущей жене священника.

— Но нам хотелось бы знать, — вмешалась Сьюзи, — кто кого бросил и по какой причине.

Леди Бейли шокированно уставилась на подруг. Она была слишком хорошо воспитана, чтобы ответить на столь грубый вопрос. Однако от правды не скроешься.

— Это была я. Я его бросила.

Джудит и ее подруги молча ждали продолжения.

— Между нами не было непримиримых разногласий или жестокости. Что-что, а жестоким Питера назвать нельзя.

— Тогда почему вы расстались? — спросила Бекс.

— Из-за его измен. Он ни одной юбки не пропускал, и не каждая женщина могла противостоять его ухаживаниям. Когда я узнала, он даже не пытался ничего отрицать, да и вообще постоянно говорил, что у него есть нужды, которые должны быть удовлетворены. Будто это оправдывает его поведение. Он утверждал, что все эти женщины ничего для него не значат и он просто развлекается. Когда я спрашивала, значу ли я для него хоть что-то, он лишь смеялся в ответ. По его мнению, я должна была лишь рожать ему детей и терпеть его измены, а потом мы бы вместе состарились. Таковы порядки в семье Бейли. Отец Питера вел себя так же, и яблочко недалеко укатилось от яблоньки.

— Он даже не извинился?

— Нет. Питер никогда не испытывал вины за содеянное. Именно это привлекло меня в нем в первую очередь. С ним было так весело: он всегда называл вещи своими именами и плевал на чувства других. Но я надеялась, что после свадьбы он изменится.

— Мужчины не меняются, — с грустью сказала Сьюзи.

— Некоторые меняются, — возразила Бекс, но печали в ее голосе было не меньше.

Бекс и Сьюзи сочувственно улыбнулись друг другу.

— Так почему он снова решил жениться? — спросила Джудит.

— Понятия не имею, — ответила леди Бейли. — Но все мы не молодеем, а Питер к тому же всегда был ипохондриком. Возможно, с тех самых пор, как я подарила ему детей, он мечтал завести себе медсестру.

Джудит ясно видела, что свадьба сэра Питера расстраивала леди Бейли куда больше, чем та хотела показать. Глядя на женщину, Джудит не могла не вспомнить картину, висевшую в холле Белого коттеджа. На ней сэр Питер сидел, обнимая жену и дочь, а леди Бейли руками обхватывала устроившегося у нее на коленях Тристрама. Но больше всего Джудит поразило, как сильно леди Бейли изменилась за эти годы: вместо юной, пышущей жизнью красавицы перед ней сидела усталая, изможденная женщина.

Леди Бейли затушила сигарету, и Джудит поняла, что разговор ей уже наскучил.

— Могу я задать еще один вопрос? — поспешила продолжить Джудит. — По нашим данным, недавно — незадолго до Рождества — сэр Питер кому-то заплатил двадцать тысяч фунтов наличными. Подозреваю, эти деньги он передал не вам?

— Ха! — фыркнула леди Бейли. — Этот мужчина ничего мне не дает. Ничего! Хоть он богач и душа компании, но только для тех, кто в нее входит. Я ушла — меня вынудили, — и теперь для него все равно что мертва. От него мне достаются только жалкие подачки. Посмотрите на дыру, в которой я живу! Все, что у меня осталось, — это мой титул.

Тело Джудит пронзил электрический разряд.

— Вы правы, — подтвердила