Читать книгу - "Современный детектив. Большая антология. Книга 1 - Карстен Дюсс"

он узнал, чья это дочь. Имке Тальхайм была его любимым писателем, и он прочитал все ее книги. Может быть, они станут героями ее следующего романа? Хотя вряд ли. Она не будет наживаться на истории, которая едва не обернулась для ее дочери трагедией.

Рита тихо встала и вышла из спальни, а пес за ней.

— Косточку, Руди?

Руди радостно завилял хвостом. Она пошла с ним на кухню. Руди сегодня точно заслужил дополнительное лакомство.

Натаниел лежал на спине со связанными руками.

Они вдруг выскочили отовсюду и бросились на него. Они кричали. Он отпустил старика и обернулся. Никто не смеет кричать на него, никто!

Собака снова вцепилась ему в ногу. Паршивая шавка. Он отшвырнул ее пинком через всю комнату.

Ютта сидела на диване, комкая у груди одеяло или что-то еще, и смотрела на него огромными, полными ужаса глазами.

Полицейские навалились, нацепили ему наручники и поволокли прочь, крепко держа под руки.

— Ютта, — успел крикнуть он, пока они тащили его через двор к машине, — не бойся меня!

Глупая собака бежала следом и грызла его за ноги, пока один из полицейских не подобрал ее и не отнес в дом.

— Ютта, Ютта, Ютта! — звал он.

Лес проглотил его крик, точно огромный темный зверь.

Проснувшись, я затосковала. Мне ничего не хотелось, не хотелось вставать и одеваться. Все болело — внутри и снаружи. В ушах стоял его крик, зовущий меня по имени.

Мерли, наверное, ждала под дверью, когда я проснусь, потому что она сразу вошла, уселась ко мне на кровать и спросила, сияя улыбкой:

— Есть хочешь?

Я замотала головой.

— Даже не хочешь попробовать моего супервишневого торта? Со взбитыми сливками?

Я заплакала.

— А ну-ка, подвинься.

Она легла рядом и обняла меня. Она ни о чем не спрашивала, и я была благодарна ей за это.

Я думала о Нате. Где он сейчас? Как он себя чувствует?

Он убил Каро. Он хотел убить меня. Почему же я не могу ненавидеть его?

Я его боялась, смертельно боялась. Но теперь, когда угроза миновала, я по-прежнему любила его.

— Все пройдет, — пробормотала Мерли, — вот увидишь, все пройдет.

Она имела в виду другое, но, по сути, была права. Все пройдет. Может быть. Когда-нибудь.

МЕРЗКИЕ ДЕЛА НА НОРТ-ГАНСОН-СТРИТ

(роман)

С. Крэйг Залер

Перед вами — жесточайший триллер десятилетия, роман-парадокс об изнанке Америки.

«Ржавый пояс», штат Миссури, город Виктори — одна из самых жутких дыр Соединенных Штатов. Сюда, в промерзшую столицу отбросов, отправлен из солнечной Аризоны прогневавший начальство детектив Жюль Беттингер. Полицейские Виктори привыкли вести дела, не обращая внимания на процедуры и формальности. Для аризонца очевидно, что многим не по вкусу такое положение дел. Но ему и в голову не может прийти, что некто осмелится объявить местным силам правопорядка тотальную страшную войну…

Глава 1

Что-то пошло не так

Тело мертвого голубя пролетело в ночи и угодило Псине в лицо, а потом упало на землю, и холодные когти застучали по тротуару, когда птица покатилась на восток. Глаза, похожие на красных устриц, уставились в дальний конец переулка.

Четверо мужчин в отличных костюмах наблюдали за бродягой сквозь пар своего дыхания. Впереди группы стоял крупный чернокожий парень, врезавший по голубю так, словно это был футбольный мяч.

— Оставьте меня, на хрен, в покое, — заявил Псина, сидевший на шикарном куске картона.

В глазах чернокожего вспыхнул огонь, и пар окутал крупные ноздри его широкого, как у быка, носа. Возле его левого плеча стоял очень худой азиат с рябым лицом, на котором, казалось, отсутствовали мышцы, отвечавшие за улыбку.

— Где Себастьян? — спросил любитель попинать, подцепив левой ногой второй покрытый перьями труп.

Псина прижался спиной к стене.

— Я не знаю никакого Себастьяна.

— Врешь.

Огромный негр пнул голубя ногой. Псина попытался прикрыть рукой лицо, но голубиный коготь оцарапал его ладонь, и взъерошенные перья расчертили воздух, точно иглы, зашивающие ткань.

— Все в Виктори знают Себастьяна.

Внезапно в отсыревшем и сердитом содержимом черепа бродяги появилась мысль.

— Парни, вы из полиции?

Никто не ответил на вопрос.

— А вот еще один.

Чернокожий посмотрел на говорившего — рыхлого рыжего парня в мятой одежде и с печальными зелеными глазами. Перед его правым мокасином лежала расплющенная птица, похожая на мученика.

— Неплохо, — сказал негр.

— Я старался.

За долгие годы Псина видел много мертвых голубей на улицах Виктори.

Чернокожий натянул на свои огромные руки перчатки, наклонился и поднял мертвую птицу.

— Ты, наверное, проголодался? — спросил он, не спуская глаз с бродяги.

— Да пошел ты, ниггер!

В руках двух мужчин, стоявших за азиатом, материализовались пистолеты, а чернолицый здоровяк с трупом голубя в руках двинулся в сторону Псины.

— Белые бродяги ведут себя хуже всех, — заметил рыжий, разглядывая заусенец на пальце. — Я предпочитаю черных.

— И я, — поддержал его азиат с рябым лицом. — Как думаешь, почему?

— Ну… черный парень, ставший бездомным, принимает свое новое положение. Он смотрит на собственную жизнь и говорит: «Эта страна угоняла в рабство, заковывала в цепи и заставляла работать мой народ. Теперь я свободен и отказываюсь на нее пахать. Эта страна мне должна — за годы угнетения, дерьмовые места в автобусах и тысячу других несправедливостей, — и я буду всю жизнь собирать долги».

— Возмещение убытков?

— Вот именно. Но бездомный белый парень — совсем другое дело. Тут ни о каких убытках не может быть речи. Родители думали, что он пойдет в колледж, и он так и сделал. Может быть, даже степень получил. Но вот он сидит на улице, напивается, гадит в штаны и думает: «И как я оказался среди этих ниггеров?»

Огромный негр встал перед Псиной. Мертвый голубь с раздувшимся от разложения животом и торчащими во все стороны перьями болтался перед лицом бродяги.

— Где Себастьян? — Футболист развернул кисть, и труп начал раскачиваться. Как маятник. — Скажи мне, или для тебя начнется День благодарения, часть вторая.

Псина не любил черных, и они отвечали ему тем же. Он всячески старался избегать контактов с темнокожими бродягами, выбирая окраины Виктори, где мог поправить себе настроение и мирно нищенствовать.

— Где? — Глаза большого чернолицего были маленькими и безжалостными.

У Псины не было друзей, но имелся один знакомый, который давал ему бухло за доставку пакетов и слежку за