Читать книгу - "Невольный свидетель - Таня Грант"

Ник смотрел на меня так, словно я не могла сделать ничего плохого. Тем вечером он в первый раз признался мне в любви — под таким же небом, как сегодня.

— Скажи, чтобы я не отправляла сообщение Нику, — шепчу я Сид.

Ещё не слишком поздно; мы по-прежнему в зоне действия Wi-Fi в Логове.

Лицо Сидни искажается от жалости:

— Чего ты хочешь?

Она имеет в виду меня и Ника, а не меня и себя, но в этот момент я могу позволить себе поверить, что она не рассердится, когда я скажу ей, что хочу перестать на неё работать. По крайней мере, официально. Я хочу вернуться к тому, чтобы быть подругами, которые творят вместе, и от взаимоотношений "работодатель — работник" к партнёрству. Я счастлива продолжать фотографировать, но мне нужно создавать что-то своё — что-то, не привязанное к прихотям лучшей подруги. Она так серьёзна, что я чуть не сказала всё это вслух.

Вместо этого я качаю головой и говорю:

— Ничего. Я веду себя глупо.

Когда дело касается меня и Ника, я подозреваю, что Сид знает правду о моём секрете, потому что она хорошо меня знает. Она была рядом во все мои тяжёлые времена, и когда я обманывала себя, считая, что в отношениях с Ником прошлое меня не настигнет.

И я могу признаться в этом самой себе: я хочу позволить себе любить его и не испытывать при этом чувства вины. Дело не в том, что он плохо относится ко мне, а скорее в том, что я плохо отношусь к нему. В этом-то и загвоздка, жгучий ожог на моей совести, из-за которого я отталкиваю его.

Мы можем притворяться сколько угодно, но это нечестно — позволять ему любить меня. Так что я не могу написать ему, как бы сильно мне этого ни хотелось.

Я оставляю телефон в кармане и закрываю крышку объектива фотоаппарата.

— Как бы то ни было, мне не кажется, что ты ведёшь себя глупо, — говорит Сидни. — Если не считать, что ты стоишь в снегу насквозь промокшая, — она одаривает меня широкой кривой улыбкой, предлагая легко выйти из ситуации, и я с благодарностью принимаю её.

— Определённо пора вернуться в коттедж и переодеться, — мой печальный смех звучит немного колюче.

— Хорошо, — вечно преданная подруга Сид берёт меня под руку. — Тогда пошли.

Вместе мы направляемся к нашим коттеджам, пробираясь сквозь падающий снег. Это новшество — временное, прекрасное изменение погоды, благодаря которому вечер становится романтическим и усиливается ощущение, что мы существуем внутри снежного шара. Мы не беспокоимся о том, что это будет означать, а просто визжим, когда хлопья падают нам на лица.

Тогда это не казалось ошибкой.

22. Люси

Я просыпаюсь в темноте, сердце бешено колотится, а во рту пересохло. Мне снилось, что землетрясение сотрясает стены вокруг меня — не особенно вдохновляющий сон, но, тем не менее, тревожный.

Я нащупываю бутылку с водой, которую оставила рядом с кроватью, только, конечно, в "Ревери" нет стандартных прикроватных тумбочек. Вместо этого тут странно короткий табурет на трёх ножках, вырезанный вручную из горного дуба. Я не только царапаю тыльную сторону ладони о его ребристую поверхность, но и сталкиваю свою бутылку с водой.

— Блин… — ругаюсь я, но не поднимаю её.

Если не считать небольшого пятна света, отбрасываемого ночником в ванной, в комнате царит кромешная тьма — наверное, чтобы лучше было смотреть на звёзды.

Снаружи деревья подступают вплотную, хотя я не вижу ни их, ни обрыва, который проходит всего в нескольких метрах от моего окна. От мысли о всей этой темноте у меня сводит всё внутри. Такое чувство, что я спала с пустотой у своих ног.

Пытаясь сориентироваться, я держу глаза открытыми и позволяю сердцу успокоиться. Постепенно зрение привыкает к комнате, и я понимаю, что чувство клаустрофобии, сжимающее грудь, вызвано не только сном в обувной коробке. Ещё здесь поразительно жарко. Футболка, в которой я заснула — да, одна из концертных футболок Ника, которые я стащила, — прилипла к коже.

Мне кажется странным включать свет, чтобы всем было видно, что происходит в моём коттедже, в то время как я не могу выглянуть наружу, поэтому нахожу свой мобильный телефон на тонкой плавающей полке и использую его фонарик, чтобы найти дорогу к обогревателю, установленному у входной двери. Каждый раз, когда я касаюсь кнопки, вся машина отчаянно пищит, и мой пульс снова учащается.

Это свежий воздух.

В коттедже нет окон, только раздвижная дверь в дальней стене. Хотелось бы, чтобы это было обычное окно, а не что-то такое, что приглашает любого зайти внутрь. Но от ощущения нехватки воздуха я всё равно открываю его.

Бум. Бум. Бум.

Низкий, ритмичный стук доносится вместе с порывом свежего воздуха в тот момент, когда я приоткрываю дверь. Теперь сон эхом возвращается ко мне — треск раскалывающейся земли, должно быть, был результатом того, что мозг втянул фрагмент бодрствующей жизни глубоко в подсознание.

От неожиданного звука, нечто среднего между стоном и криком, щёки бросает в жар. Должно быть, это Джефф и Сид вместе в постели. Я уже не первый раз случайно слышу, как Сид с кем-то занимается сексом, и мне жаль, что я не могу этого не слышать.

В колледже парни кружили вокруг Сид, как мухи, привлеченные её сладостью, умоляя дать попробовать. Она целовалась со многими, но ни с кем из них отношения не длились больше месяца, отчего я чувствовала себя особенной по сравнению с ними. Мы дружили уже многие годы, и она по-прежнему выбирала меня. У неё была куча подруг, но не было никого настолько близкой, как я, с кем она могла бы полностью расслабиться и перестать… как бы это сказать… играть у них на глазах. Казалось, никто другой не мог продержаться рядом с ней — пока не появился Костолом.

Осенью нашего выпускного года, за неделю до начала каникул в честь Дня благодарения, преподаватель поделился именем парня, который в прошлом году получил стажировку в журнале "Bold Photo", чего я так сильно хотела — Макс Прайс. Как только я услышала это имя, я была заинтригована. Если бы я могла понять, чем Макс так отличился, возможно, я тоже смогла бы сотворить немного магии и провести весенний семестр, прогуливаясь по священным залам "Bold Photo".

Я упомянула Макса в разговоре с Сид в четверг, а в пятницу вечером она потащила меня с собой на домашнюю вечеринку, где, как