Читать книгу - "Пустая ловушка - Джон Данн Макдональд"

— Хорошо бы ты смогла наскрести долларов двадцать-тридцать.

— Хорошо.

— Нам все равно нужно увидеться. Нужно... составить план. Продумать детали. Ну, ты понимаешь.

— Да, понимаю.

— Так когда, детка?

— В пятницу после обеда он уезжает вместе с Джеком Парисом на рыбалку. Что, если в пятницу вечером?

— Я освобожусь довольно поздно, не раньше половины первого. На том же месте?

— Ладно.

Он вернулся в бар. По спине скатывались струйки холодного пота.

— Ты с непредвиденной быстротой обрел свою обычную жизнерадостность, — заметил Ник.

— Я? Нет, я все еще расстроен. И не чувствую никакого улучшения. Спасибо за лечение, Ник. Еще увидимся.

Джоан Парис, находившаяся в своем доме, расположенном по соседству с домом Пита, повесила телефонную трубку, как только Сильвия и Гленн разъединились. В тот день она чувствовала себя совсем больной и перед обедом ушла домой. Ей хотелось прилечь, она надеялась, что это поможет унять головную боль. К четырем Джоан все равно предстояло вернуться в офис, чтобы присутствовать на конференции с представителями системы супермаркетов, посвященной оборудованию туалетных комнат для персонала. Она приняла две таблетки аспирина, задернула в спальне шторы и завела будильник. Затем разделась и легла в постель. Через несколько минут вспомнила, что перед уходом забыла отдать секретарше кое-какие распоряжения. Она вздохнула, приподнялась на локте и сняла трубку стоявшего у изголовья телефона. Все четыре дома, принадлежавших Дровекам, были на одной линии.

И тут услышала, как Сильвия произнесла свое «гм».

Джоан не имела ни малейшего желания подслушивать чьи бы то ни было разговоры и уже собиралась повесить трубку, как вдруг услышала совершенно незнакомый мужской голос:

— Ты можешь разговаривать? Дома кто-нибудь есть?

— Нет. Я одна.

Услышав это, она, конечно, передумала и дослушала разговор до конца, положив трубку одновременно с ними. Мужчину она так и не узнала, но ситуация не оставляла сомнений. Все очень заурядно. И гнусно. Все указывало на то, что эта связь началась довольно давно. Достаточно давно, чтобы у них уже было место для встреч. Мужской голос звучал грубовато и довольно надменно.

Год назад, получив телеграмму из Мексики, они все пережили настоящий шок. И еще один, когда познакомились с невесткой. Никто не сомневался, что именно представляет собой эта экзотическая красотка.

Из всей семьи, исключая, возможно, Нэнси, Джоан единственная чувствовала себя обязанной сделать над собой неимоверное усилие, чтобы сойтись с Сильвией поближе. Сначала ей казалось, что девушка слишком застенчива и именно потому с ней так непросто общаться. Но постепенно пришла к удручающему выводу, что юной особе просто нечего сказать. Ее ум был весьма ограничен, а круг интересов исчерпывался темой тряпок, причесок, кинофильмов и модных песенок. Книгам она предпочитала каталоги одежды, телепрограмму и комиксы. При всей своей привлекательности и уходе за внешностью она, тем не менее, производила впечатление вполне прозаическое.

Выслушав романтические бредни о ее оставшейся в прошлом карьере, Джоан догадалась, что Сильвия отиралась на самом дне модельного бизнеса. Ее догадка подтвердилась, когда Сильвия прониклась к ней доверием и показала фото в большом альбоме газетных вырезок. Кроме того, от нее не ускользнула та легкая грубоватость в проявлении чувств, которая неизбежно ощущается в женщине, прошедшей через руки многих мужчин. В конце концов, сопоставив некоторые случайные детали, Джоан поняла, каким образом был заключен этот брак.

Ей было горько оттого, что Пит сам загнал себя в западню. Он был последним, самым младшим ребенком, и вся семья возлагала на него особые надежды. Они мечтали о том, что он женится на принцессе, о которых рассказывают в сказках. Вероятно, Джоан верила в это особенно горячо. Ей было девять лет, когда умерла мать, и вся ответственность за младшего брата легла на нее. Она любила его и до сих пор относилась к нему иначе, чем к остальным братьям.

Она пыталась понять, что вынудило его согласиться на этот брак. Несмотря на видимую беспечность и легкомыслие, Пит обладал живым умом и проницательностью, которым Сильвии было нечего противопоставить. Определенно их союз был всего лишь чувственным, основанным на безудержном сексуальном влечении. Даже с расстояния в сотню шагов можно было безошибочно определить основное предназначение Сильвии, ту роль, на которую она была обречена с момента своего рождения.

Однако это не могло продолжаться бесконечно. Питу этого недостаточно.

Джоан винила себя за то, что так мало виделась с Сильвией в последнее время. Она понимала, что девушка чувствует себя одиноко, возможно, неуютно. Сильвия не производила впечатления человека самодостаточного, способного найти источник силы в своей душе. А Пит, как видно, организовал свою жизнь таким образом, что для нее в ней попросту не осталось места, не считая нелепой огромной кровати. Джоан должна была позаботиться, чтобы функции Сильвии не ограничивались ролью верной подружки. Впрочем, честно говоря, эта девица до смерти ее раздражала.

Теперь, как видно, непоправимое свершилось. Одиночество и непоседливость нашли себе выход, единственно возможный, если учесть главные способности Сильвии. Появился какой-то вымогатель. Несомненно, кто-то из служащих — это самый правдоподобный вариант. Берет у нее деньги. Наверное, получает особое удовольствие оттого, что их дает ему жена Дровека. К тому же настолько беспечен или глуп, что звонит ей по частной телефонной линии.

Что же теперь делать?

«Во-первых, — решила она, — нужно выяснить, кто он такой.

Конечно, я могу попытаться убедить себя, что с моей стороны это просто попытка что-то исправить, хотя совсем не исключено, что это не что иное, как обычное любопытство. Имени Сильвия не назвала. К тому же он на мели. Поэтому ей не остается ничего другого, как отвезти ему деньги между четырьмя и пятью.

Но что делать мне? И нужно ли? Несмотря на показное безразличие, Пит слишком горд, чтобы терпеть такие вещи. Однако едва ли он испытывает к ней настолько глубокую привязанность, чтобы сделать что-нибудь безрассудное, жестокое. Он улыбнется и скажет ей, чтобы упаковывала вещи и убиралась вон и,