Читать книгу - "Обзор главнейших кампаний и сражений парового флота - Михаил Александрович Петров"

в значительной мере против желания большинства Государственной думы, в порядке повеления, выхлопотанного морским ведомством у царя.

Лишь в 1912 г., когда события в Европе и общий ход военных приготовлений указывали на приближение войны, только тогда была утверждена «программа усиленного судостроения», т. е. та программа, которая охватывала уже его планомерное усиление в период до 1917 г.

Таблица судов по программе 1912 г. с показанием их готовности к 1914 г.

Таким образом, большая часть этой программы осталась неосуществленной вовсе, и фактически в августе 1914 г. Балтийский флот вступил в войну, имея в своем составе исключительно старые, доживающие свой век суда, а из современных – только один миноносец («Новик»).

Кроме того, следует отметить запоздание мер по оборудованию театра. Только в 1912–1913 гг. было приступлено, наконец, к постройке новой базы для Балтийского флота в Ревеле.

В. Черноморский флот

Задача Черноморского флота в 1881 г. была формулирована так: «Первой заботой по восстановлению морских сил должно быть возрождение Черноморского флота, а затем развитие уже флота на других морях».

В действительности же, уже в ближайшие годы это не было соблюдено. Факт увеличения морских сил Германии, вызвавший усиленные расходы на Балтийский флот, а затем сосредоточение морских сил на Дальнем Востоке привели к тому, что для Черноморского флота кредиты урезывались, и он оставался на втором плане, всегда отставая против тех предположений, которые были приняты при его создании в 80-х гг.

Особенно это отразилось на нем в период подготовки войны с Японией. К 1903 г. состав Черноморского флота почитался слабым для тех задач (экспедиция на Босфор), которые были приняты основными для него. Он уже требовал крупного усиления и обновления начинавшего устаревать его судового состава. Но война с Японией остановила осуществление намеченных мер.

Как раз тогда (1909–1910 гг.), когда русская политика на Ближнем Востоке была особенно агрессивна, когда она была готова поставить вопрос о проливах во всей его полноте, как раз в это время Черноморский флот был исключительно слаб. Новых кораблей для него заложено не было. Достраивались лишь те, которые были заложены для него в период Русско-японской войны.

Все внимание русского Морского генерального штаба было направлено на воссоздание судового состава Балтийского флота, судостроительные программы для Черноморского флота в этот период даже не возникали.

Между тем Турция решила использовать период приостановки русского судостроения на Черном море и восстановить свой флот путем приобретения и заказа за границей современных кораблей, лишь только в 1911 г. были заложены три русских дредноута и два крейсера, готовность которых могла ожидаться не ранее 1915–1916 гг. Перед самой войной, в 1913 г., были заложены еще один дредноут и два крейсера.

Подобно тому, как это было перед Крымской и Русско-японской войной, темп русской политики не был сообразован со стратегией, основным вопросом которой является готовность к войне. Перед Русско-японской войной Россия не успела закончить сосредоточения своих морских сил на Дальнем Востоке, перед Мировой – она только что развернула свое судостроение, как грянули первые выстрелы войны. Большинство заложенных судов так и остались недостроенными. То же самое и с базами, в особенности Балтийского флота, которые были едва начаты постройкой.

Дипломатия России нисколько не считалась с неготовностью флота. Еще меньше с этим считалось военное ведомство, заявив (1914 г.) устами военного министра Сухомлинова о готовности России к войне.

Развитие флота не было координировано и в отношении задач, которые ему ставились. Морской генеральный штаб не получал ориентирующих указаний от министерства иностранных дел и сам решил проблему Балтийского судостроения. Усиливался главным образом Балтийский флот, между тем как наиболее острым моментом политики был ближневосточный вопрос, и именно там действия русской дипломатии были особенно агрессивны и толкали на войну. В результате мы были недостаточно сильны на Черном море и оставались по-прежнему слабыми на Балтийском.

Глава 20. Развертывание сил и планы войны

а) Сухопутные армии

Учет сухопутных сил воюющих не исчерпывается теми цифровыми данными, которые характеризуют их состояние в первые дни войны. Армия была непрерывно пополняема во время кампании призывом значительных количеств людей, не учитывавшихся первоначальными планами мобилизации. Общее количество прошедших через службу под знаменами в течение всей войны было около 70 миллионов человек (из коих около 9 миллионов было убито, и около 30 миллионов ранено)[52].

Поэтому первоначальные цифры численности войск, показанные ниже в таблице, дают весьма приближенную картину их действительного взаимоотношения в развитии войны, оставаясь характерными только для момента ее начала.

Эти данные следующие[53]:

По числу мобилизованных силы Антанты значительно превосходили силы Тройственного союза. Но в действительности это превосходство дискредитировалось медленностью мобилизации русской армии (вследствие обширности территории и малоразвитых путей сообщения) и разбросанностью английской, части которой находились в колониях.

Компактное расположение держав Тройственного союза давало им возможность именно в первые дни сосредоточить против Антанты превосходные силы, на чем и были построены планы Австрии и Германии.

В снабжении техникой впереди других была германская армия, отставали – австрийская и, в особенности, русская.

Несмотря на то, что Тройственный союз существовал около 30 лет, союз России и Франции имел за собой почти 20-летнюю давность, и уже пять лет прошло, как Англия вступила в согласие с ними, общих планов действий как на стороне «союза», так и «согласия» выработано не было. Это были не планы, в точном смысле слова, а лишь общие предположения о распределении ролей в случае войны. Ни тут, ни там не было общего руководства военными действиями – единого командования.

Отсутствие общих планов, а тем более единого командования, тяжело для обеих сторон сказывалось при ведении войны, и лишь после ряда затруднений, испытанных в ее течении, в последующие годы (у «союза» на другой год войны, а у «согласия» лишь к самому концу ее) был поставлен вопрос о верховном командовании.

Сухопутные планы войны

а. Центральные державы

Центральные державы – Германия и Австрия, в лице их генеральных штабов, в период назревания конфликта не учитывали масштаба его мирового характера. В частности, не учитывали выступления Англии на стороне их врагов. Вопрос сводился лишь к совместным операциям против России и Франции, причем в течение длительного времени приготовлений к войне в этой группировке вопрос этот пережил несколько вариантов решений. Последним вариантом было стремление почти всеми (9/10) германскими силами нанести сокрушающий удар Франции как стране, скоро мобилизующей свои вооруженные силы и, казалось, не имеющей по размерам своей территории возможности уклониться от быстрого и решительного поражения. Австрия и оставшаяся часть германских войск