Читать книгу - "Ливонская война. Шведский период 1570-1583 - Сергей Николаевич Бирюк"

и других товаров, а его люди не могли их спасти, так как русские вожди не вступали с ним ни в какие переговоры, пока большая часть города не сгорела дотла.

В конце концов, не имея выбора, кроме как сдаться или погибнуть в огне защитники отправили двух парламентеров объявить, что готовы оставить замок шведам. Тогда Понтус Делагарди попросил, чтобы Аталык Квашнин, воевода крепости, сам пришел к нему с некоторыми горожанами, чтобы обсудить этот вопрос. Обсуждение закончилось тем, что им разрешили выйти из замка в личной одежде; больше им ничего не разрешили взять с собой. Пока Понтус занимался другими делами, 5 ноября русские собрали все свои лучшие вещи в несколько больших плотов, которые они спрятали у крепостной стены, и, посадив на плоты столько людей, сколько они могли выдержать, быстро поплыли вниз по течению. Однако не всем беглецам удалось скрыться, и некоторые из них погибли в ходе побега[406].

О потерях шведов в личном составе сведений не имеется. В письме королю Делагарди сообщает, что «перед Кексгольмом (Корелой) мы израсходовали только один ласт пороху (2000 кг)». Король мог с полным основанием утверждать: «Мы без каких либо особенных потерь и пролития крови приобрели для него (Шведского королевства) крепость Кексгольм и город»[407].

Королевский комиссар Андреас Кейт, проводивший инспекцию в Выборге, прибыл в захваченную Корелу. Делагарди и Кейт вскоре начали обсуждать с командирами подразделений направление движения вглубь русской территории. Командиры согласились идти как можно дальше, но попросили выплатить солдатам остаток жалованья. Было обещано, что деньги будут высланы из Швеции в самое ближайшее время. Понтус написал королю письмо с просьбой прислать несколько тысяч талеров, чтобы удовлетворить солдат.

7 ноября Андреас Кейт и Георг Стааке отправились, чтобы предоставить королю подробную информацию об условиях в Кореле. Вместе с ними главнокомандующий отправил письмо Юхану III, в котором, в частности, сообщал о завоевании Корелы.

Понтус Делагарди сначала намеревался осадить Орешек, что ему посоветовал сделать король. Однако, обнаружив, что у него нет достаточных запасов для осады сильно укрепленной крепости, он решил попытать счастья у Копорья и Ивангорода.

10 ноября Карл Хорн, уже отправившийся во главе армии на юг, разбил лагерь в деревне Салитсанранта, в 40 км от Корелы. Сам главнокомандующий оставался в Кореле еще несколько дней, организуя оборону захваченной крепости.

Главнокомандующий прибыл к армии 12 ноября. Погода в это время была плохая; реки вышли из берегов и частично разрушили и без того плохие мосты, затопив дороги в низинах. От холода и нужды солдаты начали болеть; они были плохо одеты, так как большая часть теплой одежды, полученной ими после осмотра, осталась в Финляндии. Местность, где расположили лагерь, так часто подвергалась опустошению, что из нее уже нельзя было достать продовольствие, а это делало невозможным долгое пребывание здесь. Как только Понтус Делагарди прибыл в лагерь, командиры подразделений собрались в его доме, чтобы обсудить эти проблемы. 600 пехотинцев и 200 всадников, а также артиллеристы и конюхи бежали из армии по указанным причинам. Делагарди оказался перед выбором – стоит ли ему задерживаться в завоеванных землях или вовремя отступить к границе, пока болезни не стали слишком распространенными среди людей. В итоге решили дать войскам отдохнуть 5–6 недель в приграничных районах Финляндии, пока земля не замерзнет. Делагарди видел, что предложения командиров полностью оправданны, и ему ничего не оставалось, как отказаться от похода и отвести войска обратно через границу. Однако в Салитсанранте было решено предпринять зимний поход при первой же возможности, к которому все обещали подготовиться к Новому году. Затем войска были расквартированы на шесть недель в крепостях Саво и Выборг[408].

В письме из Салитсанранты от 14 ноября Понтус Делагарди сообщал королю о непреодолимых трудностях, с которыми он столкнулся во время похода на Корелу, и о размещении войск в Финляндии. Он также сообщал, что больше не намерен штурмовать небольшие крепости Ингерманландии, а хочет отправиться в Новгород, а затем в Эстляндию. И в том же письме он снова напомнил Юхану III, что для поддержания боеспособности войск необходимо посылать им деньги.

Получив известие о завоевании Корелы, Юхан III поблагодарил армию за верность и доверие, проявленные во время осады. В то же время он приказал людям снова отправиться в Россию и оставаться там до лета или столько, сколько потребует главнокомандующий, поскольку, по его словам, его подданные в Финляндии из-за грабежей и невыносимых налогов впали в такую нищету, что не могут больше содержать армию, как это было в течение десяти лет. Он также указал на то, что время было очень подходящим для продолжения войны, поскольку король Польши в то время также победоносно сражался с Россией.

Что касается невыплаченного жалованья, которое требовали солдаты, то Юхан III пообещал выплатить его при первой же возможности. Однако он отдельно написал Понтусу Делагарди, что из-за позднего времени года их нельзя отправить морем, и поэтому с Финляндии нужно взять дополнительный налог.

Хотя из Швеции не поступило денег для выплаты жалованья войскам, король все же прислал 4000 талеров в качестве награды для конных и пеших воинов, участвовавших в завоевании Корелы. Эти награды были розданы в последние дни января и первые дни февраля 1581 г.[409]

Шведские победы в Эстляндии и Ингерманландии в 1581 г

Завоевание Корелы стало началом длинной череды успехов шведов, ведь в 1581 г. Понтус Делагарди вел армию Юхана III от победы к победе.

Летом 1580 г. шведские и ревельские кнехты, при поддержке крестьянского ополчения, под командованием Дидерика Анреца и Аренда Ассериена осадили Падис. Воеводами крепости были Михаил Чихачев и Михаил Шишкин. Численность гарнизона, к сожалению, неизвестна. Находившаяся недалеко от Ревеля крепость была выгодным исходным пунктом для набегов на его окрестности. Падис русскими был укреплен так, что почти невозможно было взять его с помощью орудий.

Узнав, что Падис не имел значительных запасов провианта, шведские военачальники решили прибегнуть к долговременной осаде. 14 ноября, получив сведения от перебежчиков об истощенности защитников от голода, Дидерик Анрец и Аренд Ассериен предприняли попытку штурма, но потеряли 100 человек. Несмотря на неудачу, осада продолжилась. Многочисленные перебежчики сообщали, что гарнизон от великого голода и изнурения не долго продержится, многие защитники умерли с голоду или лежат больные от голода или язвы. На Рождество к Падису прибыл ревельский губернатор Ханс Эрикссон и отправил воеводе Чихачеву трубача, чтобы начать переговоры, но тот был застрелен. Вскоре шведы узнали от предателей, что осажденные «съели не только своих лошадей, собак и кошек со всеми их внутренностями, не только съели все лошадиные шкуры, свои сапоги и башмаки и кожу с седел, но сушили сено и солому, мяли их, делали из них муку, варили из этого кашу и долгое время таким образом обходились без хлеба – а также, что некоторые из простых ратников убили маленького мальчика лет шести и тайно съели его,