Читать книгу - "Обзор главнейших кампаний и сражений парового флота - Михаил Александрович Петров"

С самого начала на «Рюрике» произошел сильный пожар, был убит командир, тяжело ранен ст. офицер, разбит рулевой привод в рубке (управление пришлось перенести в рулевое отделение). Вскоре была получена пробоина в кормовой части; от управления рулем пришлось отказаться, так как кормовые отделения залило водой. Крейсер стал управляться машинами, но уже в строю не мог держаться и начал отставать.

Схема № 38. Бой 1 августа

Тем временем Иессен, ведя бой, повернул на север, но через полчаса вернулся, чтобы прикрыть отстававшего «Рюрика». Повороты он делал в сторону от неприятеля. В это время «Рюрик» потерял способность управляться и машинами. Он описывал круги, так как мешал заклиненный руль. «Россия» и «Громобой» маневрировали, чтобы прикрыть «Рюрика», будучи осыпаемы градом японских снарядов.

Тем временем начали появляться легкие крейсеры японцев (отряда адмирала Уриу), но держались вне выстрелов.

Тогда Иессен решил отойти от «Рюрика», увлекая за собой Камимуру, в надежде, что первый отобьется своими силами от легких крейсеров противника, и в 8 ч. 20 мин. лег на север. Ему казалось, что «Рюрик» несколько выправился на курсе и способен вести бой.

На самом деле положение «Рюрика» было отчаянное. Имея громадные повреждения, он не мог маневрировать. В таких условиях для него были опасны и легкие крейсера.

Камимура, как сказано, пошел за «Россией» и «Громобоем». В исходе 10-го часа он получил донесение, что на «Идзумо» не хватает снарядов, и сверх того, видя, что хотя огонь неприятеля и ослабел, но скорость его не уменьшается, решил оставить его и добить «Рюрика». Повернув, он выпустил «Россию» и «Громобоя», которые полным ходом пошли по направлению во Владивосток, куда они и прибыли благополучно.

«Рюрик» же, на которого накинулись подавляющие силы японцев, погиб.

Примечание. Между тем, на «Рюрике» происходило следующее.

«Нанива» и «Такачихо», держась вне обстрела его оставшихся орудий, ибо он был неподвижен, обстреливали его. Выпущенная из единственного оставшегося целым минного аппарата торпеда не достигла цели. Из офицеров остался один, прочие были убиты или ранены. Из 800 ч. команды 200 было убито, 278 ранено. В это время подошли броненосные крейсеры Камимуры. При таких обстоятельствах командовавший «Рюриком» офицер приказал открыть кингстоны. В исходе 12-го часа крейсер пошел ко дну, провожаемый криками «ура» плававшей команды…

«Россия» и «Громобой» не имели крупных повреждений, но большая часть орудий оказалась подбитой, потери в людях были велики: 124 убитых и 347 раненых; это объясняется тем, что прислуга орудий, расположенных на верхней палубе, оставалась незащищенной, подверженной многочисленным осколкам от рвущихся снарядов.

Итоги боя

Мы уже отметили ошибки, которые были допущены русским командованием при замысле и составлении плана операции: счастье, что два крейсера вернулись. Составленный план операции давал японцам много шансов на уничтожение всего отряда.

Обращаясь к действиям Иессена в бою, надо указать на не соответствующие обстановке маневры его в первые моменты боя. Здесь требовалось категорическое решение: или драться, или уходить. Иессен же выбрал середину, не сближаясь на малые дистанции, целесообразные в этом случае, и не решаясь круто повернуть для прорыва во Владивосток.

В дальнейшем его положение было затруднено отставшим и терпящим бедствие «Рюриком». Но и здесь следует сказать также, что ему следовало или решительно атаковать противника, стараясь нанести ему потери и отвлечь от «Рюрика», либо бросить последнего на произвол судьбы (в данной обстановке, может быть, это и было самым правильным решением). Маневрирование же кругом «Рюрика», повороты, преследующие цель прикрыть его, фактически вели к тому, что срывали успешность собственной стрельбы, а противнику облегчали его задачу.

Глава 15. Цусимская операция. Поход 2-й Тихоокеанской эскадры на Дальний Восток

Формирование 2-й Тихоокеанской эскадры

Как было сказано, Россия обладала значительными подкреплениями, ибо не все ее морские силы к январю 1904 г. были сосредоточены на Дальнем Востоке (см. стр. 165). Казалось бы, первой заботою главного командования, как только война началась, должно было быть ускорение готовности строящихся и резервных судов и организация новой эскадры, тем более что Порт-Артурская была сразу значительно ослаблена.

Но русское правительство и главное командование не допускали мысли, что последняя может быть разбита. Недооценка врага, отсутствие ясного представления о той действительной опасности, которой подвергался наш дальневосточный флот, будучи слабее японского, находящийся притом в невыгодном стратегическом положении, и расчет на скорый конец войны – создали атмосферу роковых заблуждений. Ни главнокомандующий адмирал Алексеев, ни командующий армией ген. Куропаткин, ни даже адмирал Макаров не возбуждали об этом вопроса в первые месяцы войны.

Лишь во второй половине марта 1904 г. начались разговоры об усилении наших морских сил; обсуждение же реальных мер было поставлено на очередь только после гибели адмирала Макарова. Катастрофа с «Петропавловском» заставила встрепенуться. Было решено из оставшихся в Балтике и недостроенных боевых судов создать 2-ю Тихоокеанскую эскадру, формирование которой было поручено вице-адмиралу Рожественскому.

Однако приготовление эскадры шло медленно. Существовала надежда, что Порт-Артурская эскадра по исправлении «Цесаревича» и «Ретвизана» сумеет прорваться во Владивосток. Требовались жестокие удары, чтобы выбить необоснованный оптимизм и заставить видеть вещи в их действительном освещении.

Таким ударом был неудачный бой 28-июля в Желтом море. Теперь стало ясно, что возможность повернуть события на морском театре войны всецело зависела от того, удастся ли успеть подать помощь артурской эскадре ранее, нежели она вместе с крепостью будет взята противником или уничтожена. Надо было торопиться со 2-й эскадрой.

10 августа 1904 г. под председательством царя в Царском Селе собралось совещание, в котором было обсуждено создавшееся положение. Некоторые министры находили, что нельзя торопить посылку эскадры, пока полностью не будет закончено оборудование и испытание новых судов; надо дать время для практики и обучения, оставив эскадру до весны в Балтике; кроме того, не рассчитывая на Порт-Артурскую эскадру, усилить ее состав 7-ю крейсерами, которые предположено было купить у Чили и Аргентины. Против этого протестовал один Рожественский, настаивая, что в противном случае придется распустить с большими трудностями организованный аппарат для снабжения эскадры в пути, для чего были привлечены иностранные (главным образом германские) пароходные кампании. По мнению Рожественского, лучше было выйти немедленно и ожидать подкреплений на Мадагаскаре. Настояния Рожественского оказали решающее влияние на совещание и было постановлено осенью 1904 г. послать эскадру в том составе, каковой можно успеть собрать к этому времени, присоединив к ней на Мадагаскаре чилийские и аргентинские крейсеры.

Примечание. Вопрос о покупке чилийских и аргентинских крейсеров имел, как видно, большое влияние на решение послать эскадру. Действительно, если бы эта покупка состоялась, была бы возможность хорошо укомплектовать и подготовить их,