Читать книгу - "Ливонская война. Шведский период 1570-1583 - Сергей Николаевич Бирюк"

в 1550 г. Первоначально планировалось, что город будет построен на острове Сантахамина в открытом море, но местные интересы заставили короля расположить его в устье реки Вантаа, относительно далеко от моря. Гельсингфорс так и не стал центром дальней торговли. Не выполнил город и свою вторую миссию – прекратить крестьянские плавания от побережья Уусимаа до Ревеля.

Только в конце XV в., когда Швеция установила прямую связь с Русским царством, Выборг стал в какой-то степени одним из центров транзитной торговли. Он был более оживленным в те периоды, когда Ливония враждовала с Россией, например, в течение 20 лет после заключения мира между Швецией и Россией в 1504 г. В то время ливонские ганзейские города жаловались, что Швеция ведет «контрабандную» или «подлую» торговлю с Россией через Выборг. В то время коменданту замка Эрику Бельке удалось привлечь в город торговые суда западноевропейских стран. Более того, русские купцы, по-видимому, жили в Выборге, поскольку в 1506 г. мещане Дерпта и Ревеля решили, что никто из этих городов не должен отправляться в Выборг для изучения русского языка. После восстановления мира между Ливонией и Россией торговля в Выборге, по-видимому, прекратилась[130].

Вопрос о доступе к балтийским портам без посредников оставался для Русского царства открытым. Балтийские войны начались.

Русско-шведская война 1570–1583 гг

Осада Ревеля. Начало войны в Эстляндии (1570–1573)

Сразу после прихода к власти Юхан III назначил губернатором Эстляндии Габриеля Кристерссона Оксеншерна вместо Хенрика Классона Хорна, которому он не доверял. Новый губернатор – дед великого канцлера Акселя Оксеншерна – был уже пожилым человеком. Его положение в Эстляндии стало очень сложным, и он не смог по-настоящему справиться с трудностями. Его очень беспокоило неповиновение немецких наемников.

Уже в начале правления Эрика XIV Швеция наняла несколько тысяч немецких всадников. Среди этих наемников было много ливонских дворян, которые потеряли свои хозяйства или иным образом обеднели во время войны. Многие из них, по-видимому, отказались от Кетлера или герцога Магнуса, когда последний не смог удовлетворить их требования о жалованье. К знатным всадникам присоединились сыновья буржуа из Ревеля и других ливонских городов. Было также немало авантюристов из Германии, для которых война была средством к существованию. Эти наемные всадники из Эстляндии были известны под общим названием «гофлейты». Это были беспокойные и неуправляемые люди, и их поведение уже было довольно вызывающим во времена правления короля Эрика, когда им не выплачивали жалованье в срок.

Нехватка средств, которая почти всегда тормозила работу государственных чиновников в Эстляндии и Финляндии, с самого начала стала препятствием для Оксеншерны. Уже 18 ноября 1568 г. он просил у короля денег на жалованье войскам, отмечая недовольство гофлейтов, которое было тем более опасным, что Россия, казалось, готовилась к войне. 26 октября Юхан III отдал приказ финским властям отправить Оксеншерне все неуплаченные за этот год налоги. Однако полученных денег оказалось недостаточно для полной выплаты задолженности по жалованью[131].

Осенью 1569 г. Клас Курсель, главнокомандующий эстонской армией, написал королю о задолженности по выплате жалованья гофлейтам. Юхан III ответил, что финский губернатор Ханс Ларссон Бьёрнрам должен снова доставить деньги в Эстляндию. В результате ревельский фогт Эрик Сланг отправился в Финляндию за налоговыми деньгами. Однако выплата жалованья задерживалась, и в результате среди гофлейтов росло недовольство. Тем временем король тайно поручил Оксеншерне схватить командиров непокорных гофлейтов и отправить их в Финляндию. Он также объявил, что гофлейты, желающие получить невыплаченное жалованье, должны прибыть в Швецию для участия в датской войне.

На это гофлейты ответили отказом, и Курсель был очень возмущен приказом короля. Они под руководством Класа Курселя, Юргена Икскюля, Юхана Майделя и Хенрика Буссмана 7 января 1570 г. внезапно захватили Ревель, объявив, что намерены удерживать его до тех пор, пока воины не получат жалованье. Оксеншерна и его семья попали в плен к мятежникам, но вскоре были освобождены. Однако ему пришлось согласиться с тем, что ливонская конница может оставаться в замке на время в качестве гарантии выплаты жалованья. Это было сомнительное дело. Чтобы предотвратить дальнейшую опасность, король приказал Класу Окессону Тотту и Хансу Бьёрнссону Лейону отправить из Финляндии в Ревель все войска, которые не были срочно нужны там. Оба этих дворянина уже провели некоторое время в Эстляндии и поэтому были знакомы с местными условиями. Теперь им предстояло любой ценой отвоевать крепость у гофлейтов[132].

На следующий день совет послал несколько человек к Курселю и его отряду, чтобы убедить их отказаться от дурного поведения и вместо этого призвать их стать верными шведской короне. В ответ Курсель заявил, что намерен держать крепость в залоге до тех пор, пока шведский король не выплатит причитающуюся ему сумму. Ни Оксеншерна, ни город не имели требуемой суммы денег и не обладали силой, способной подавить мятеж. Однако губернатор и его семья были освобождены, и при посредничестве совета было достигнуто соглашение, согласно которому Курсель и его сторонники будут удерживать крепость с принадлежащими ему пригородами до наступающей Пятидесятницы (начало июня), когда губернатор будет добиваться от Юхана надлежащей платы за них. Однако губернатор должен был покинуть крепость, а солдаты с обеих сторон должны были сохранять спокойствие по отношению друг к другу[133].

Герцог Магнус также проявил желание привлечь на свою сторону замок Ревель. 4 февраля он обратился с письмом к Совету, в частности к Курселю, прося разрешения на отправку посланников, которых он намеревался туда отправить. Губернатор возражал, а совет не согласился на эту просьбу, что, естественно, вызвало негодование герцога. Курсель же не только уступил, но и отправил в Леаль 100 всадников, которые сопровождали посланников до Уксенума (20 км от Ревеля), где им сообщили, что их не пустят в Ревель до тех пор, пока не будет получено разрешение шведского губернатора. Курсель, однако, распорядился, чтобы Магнус отправил 200 всадников из Аренсбурга в замок в Ревеле, что вызвало серьезные подозрения у шведской стороны и привело к тому, что перемирие, заключенное с Курселем, стало нежизнеспособным. Шведы же стали искать средства, с помощью которых они могли бы вернуть себе контроль над замком до прибытия всадников; Курсель, отослав часть своих людей, чтобы не потратить слишком много запасов замка, послал Майделя и Буссмана с двумя отрядами всадников навстречу прибывшим из Саарема. Тем временем шведскому вождю Нильсу Добблерну удалось хитростью стать хозяином крепости. Для этого он заключил тайное соглашение с двумя ренегатами, Ларсом Сиггессоном и Карстеном, которым он обещал не только прощение за совершенные ими преступления, но и обильное вознаграждение, если они помогут ему в аресте.

В ночь на 25 марта они напоили стражников ворот крепкими напитками и, когда все они крепко спали, впустили Добблерна с 300 воинами, которые заняли место, где хранились запасы, и затем начали стрелять. Курсель и его люди тщетно пытались спастись бегством, когда из открытых ворот в крепость хлынуло еще больше воинов. Несколько человек, оказавших сопротивление, были убиты, а Курсель и старшие командиры