Читать книгу - "Никто не выVOZит эту жизнь - Герман Умаралиевич Садулаев"

одинаково обделываются от страха под обстрелом, но всё же не одинаково, а по-разному, те, кто читал Льва Толстого и Юрия Бондарева, обделываются не так, как те, кто читал Василя Быкова или смотрел современные сериалы про «попаданцев». А есть ещё те, кто читал, например, «Пуруша-сукту». Или про Адама Кадмона в «Зогаре». И вот ты практикуешь эту медитацию: размышляешь о том, что ты есть небесный человек, ты есть всё, и горы – это твои кости, а реки – вены, леса – это волоски на твоём теле, луна – твой левый глаз, а солнце правый, ветра – это твои мысли, облака – это волосы на твоей голове, а звёзды – украшения в волосах, твои стопы – земля, твоя голова в небе, а воздушное пространство – твой живот. В общем, ты очень большой. И от этого должно быть спокойно, потому что ведь не сможешь ты умереть такой. И что может быть для тебя таким уж важным, когда комета – это ресничка, упавшая с твоего глаза. И радостно. Но когда ты в окопе, то хотелось бы, наоборот, быть помельче, размером с мышонка или с атом. Или когда ты сидишь в кресле самолёта. Кресла в самолётах, места в скоростных поездах «Сапсан» и прочие созданы не для Адама Кадмона и даже не для простого русского человека, а словно бы для китайцев, маленьких, компактных людей будущего. Конечно, есть бизнес-класс. Если ты большой и толстый, то у тебя должно быть достаточно денег, чтобы летать бизнес-классом, иначе какой смысл? Я слишком большой, я занимаю много места, я и мои вещи. И я слишком долго живу. Мою жену постоянно раздражает моё присутствие и ещё то, что я использую много воды, когда моюсь, ведь я большой и мне нужно много воды. И мои вещи, они тоже везде, и это бесит. Её вещи тоже везде, но это её вещи. В трёхкомнатной квартире есть место только для одного человека и его (её) вещей, а я должен перестать существовать или куда-то съехать. Так получилось, что мои родители не оставили мне никакой недвижимости. И хотя я местный, родился в ленинградском роддоме, но, повзрослев, оказался без жилья. В родительской двухкомнатной квартире стала жить моя старшая сестра, у которой довольно быстро образовались муж и двое детей. Родители, выйдя на пенсию, уехали в деревню, в дом, который им оставила умершая к тому времени бабушка. Потом и родители умерли, а дом стал дачей моей сестры. Впрочем, он ничего не стоил, никаких денег, на которые можно было бы купить жильё в городе. По средневековому обычаю о майорате, я, младший сын, остался без наследства. Князь ветра, шевалье Д'Артаньян. Я жил по чердакам и подвалам, по съёмным углам, комнатам и квартирам. Пока, наконец, с моей пятой и последней женой мы не взяли в ипотеку квартиру, которая теперь будет продана и поделена, хотя что там делить. Из одной квартиры, даже трёхкомнатной, никак не получается двух квартир, даже однокомнатных. По-хорошему, я должен оставить квартиру жене. А сам куда-то уйти. Вот только трудно уходить куда-то, когда тебе 50. В 25 лет ты можешь жить по подвалам и чердакам – и ничего – и смотреть в будущее с оптимизмом. Когда тебе 50, то ни один банк не одобрит тебе ипотеку. Потому что ты не успеешь вернуть кредит. Ты сдохнешь или станешь неработоспособным через лет 5-10. А ипотеку надо брать лет на 15–20. Через 20 лет тебе будет 70, если доживёшь. Какая ипотека? С чего ты будешь её платить? С пенсии? Поэтому купить жильё в 50 лет можно, только заплатив кешем, наличными, сразу всю сумму. Мне нужны были наличные, чтобы купить себе место, где я буду доживать. Вот что мне действительно было нужно. И я был готов ради этого на любую авантюру. Впрочем, я всегда был готов.

Мир очень сложный. Вообще, он имеет фрактальную природу. И на микроуровне принципиально повторяет макроуровень. Если посмотреть так, то мир становится проще. И всё же он очень сложный. В нём есть планеты, звёзды, галактики, чёрные дыры, есть всякие животные, одноклеточные и многоклеточные организмы, люди, государства, пенсии, книги, сайты, софтпорно, хардпорно, акции и облигации, кометы, метеориты, литературные агентства, унитазы, ёршики для унитазов, адвалорные пошлины, смартфоны, приложения для поиска любви, приложения для заказа пиццы, приложения для навигации, приложения для мастурбации, приложения для установки приложений, приложения-которые-напоминают-тебе-что-ты-слишком-долго-сидишь-в-приложениях, семейные чаты, школьные чаты, домовые чаты, тёмное вещество, стиральные машины, посудомоечные машины, стриптиз-клубы, массажные салоны, редакции средств массовой информации, политические партии, муниципальные советы, таблетки для потенции, реликтовое излучение – слишком много всего. И было как-то неосмотрительно вешать всё это тяжёлое и сложное мироздание на хилый крючок надежды, что легкомысленная 22-летняя девушка не будет ни с кем кроме тебя. Конечно, будет. Потому что она легкомысленная 22-летняя девушка, и это такой же факт, как то, что ты тугодумный 50-летний предпенсионер. И вот теперь, когда молодой разносчик пиццы с татуировками пялит твою любимую, у тебя почему-то рухнула вселенная, и незачем больше жить, и всё такое. Рухнула, потому что ты её плохо подвесил. Нельзя было всерьёз рассчитывать на верность и преданность несчастной самки, у которой, с одной стороны, стресс и кортизол, а с другой – краш и бабочки в животе при виде татуировок. Ты не первый старик, которому молодая девица наставила рога. Мне впервые изменила моя женщина, и я оказался к этому совершенно не готов. Нет, не то чтобы раньше мне никто никогда не изменял. Наверняка изменяли. Даже мои жёны, а их у меня было пять, тем более любовницы. Но я всегда сам открывал счёт или хотя бы догонял, я не позволял обыграть себя всухую. Мне было что вспомнить. Я изменял всем своим жёнам с любовницами, а всем своим любовницам обязательно изменял со случайными женщинами, и это не считая массажных салонов и стриптиз-клубов. А тут, как назло, четыре года прожиты были впустую, зря, никого, кроме одной девицы, я не знал и даже, чёрт побери, не хотел, может, потому что состарился, может, потому что влюбился, а она на исходе этих четырех лет встретила мойщика машин и стала с ним встречаться, не бросая меня и не скрывая, что влюбилась в чистильщика бассейнов. Я попал в ад. Я пытался из ада дозвониться и достучаться до своего прежнего мира и до неё. Потом всё закончилось. Наверное, она надоела своему вахтёру. И решила остаться со мной. А я с