Читать книгу - "Итальянские войны. 1492–1518 - Анри Лемонье"

потребовали 30 тыс. экю, с Труа и Амьена — по 3 тыс., с Бове и т. п. — по тысяче. Король 30 мая написал жителям Труа, чтобы они передали деньги в руки Понше, одного из казначеев; он писал о делах, «столь срочных, что более невозможно ждать»; он обещал вернуть заем за счет финансов Неаполитанского королевства; но это поручительство становилось недействительным уже в тот самый момент, когда давалось. Потом узнали, что к Лиге присоединилась Англия и о браке испанской инфанты Хуаны с австрийским эрцгерцогом Филиппом Красивым, браке, который мог оказаться опасным для Франции. Гравиль советовал снарядить флот, чтобы перекрыть Филиппу доступ из Фландрии в Испанию. К нему не прислушались и, напротив, 15 февраля 1497 г. подписали временное перемирие с Фердинандом Арагонским, превратившееся 25 апреля в перемирие на пять месяцев, которое члены Венецианской лиги по настоянию Испании обещали соблюдать.

Союз Франции и Испании (ноябрь 1497 г.)

В этот самый момент случился один из тех странных поворотов, какие до конца спектакля будут происходить в ходе Итальянских войн: державы, сражавшиеся в Италии против Франции, вступили с ней в переговоры: их предметом стал Апеннинский полуостров, который жаждала заполучить каждая из враждующих сторон. Карл VIII воспрянул духом: 25 ноября 1497 г. он подписал в Алькала-де-Энарес договор об оборонительном и наступательном союзе с Испанией, сопровождавшийся планом раздела Италии. Он рассчитывал также на Максимилиана и Александра VI. В январе 1498 г. он поддержал флорентийцев в их намерениях: он хотел начать поход до Иванова дня!

Смерть Карла VIII

Его смерть пресекла эти замыслы или по меньшей мере приостановила их выполнение, так как договор в Алькала стал прелюдией к политике Людовика XII. Карл VIII скончался в результате несчастного случая 8 апреля 1498 г. Эту инфантильную жизнь, направляемую случайностью, случайность и завершила.

Италия после освобождения

Некоторые события, случившиеся за Альпами, имели для мировой истории совсем другое значение, чем поход или замыслы Карла VIII. В Риме и во Флоренции боролись с проблемами, возникшими в христианской церкви.

Александр VI в Риме

Александр VI отличался сложным характером. Он был прежде всего человеком чувственным и страстным. Даже лицемерие никогда не могло заставить его сдерживать свои прихоти. Неожиданные порывы, постоянно возбужденный, беспокойный ум, крайности в проявлениях смелости и трусости, ненасытная алчность, удовольствие, почти варварское, от подсчета своего золота — этот человек заведомо не был создан для далеко идущих замыслов и взвешенных суждений. Его единственной целью было хорошо жить и избегать всего, что могло нарушить привычный для него образ жизни. Разумеется, не было речи ни о какой вере и ни о каких угрызениях совести по поводу чего угодно. «Александр VI всю жизнь изощрялся в обманах, — пишет Макиавелли, — но каждый раз находились люди, готовые ему верить. Во всем свете не было человека, который бы так клятвенно уверял, так убедительно обещал и так мало заботился о выполнении своих обещаний»[29]. Другой современник, посол Капелло, в 1500 г. писал: «Папе семьдесят лет; он с каждым днем молодеет; его заботы длятся всего одну ночь; он обладает веселым нравом и делает только то, что ему угодно. Его единственное желание — сделать своих детей могущественными. Все остальное ему безразлично». Действительно, кроме себя самого, он любил только своих детей, но прежде всего его подчинил себе, почти запугав, второй сын — Чезаре Борджиа.

Чезаре Борджиа

Поход Карла VIII не подорвал материального могущества папства, и Александр VI намеревался основать в Папском государстве суверенную династию. Прежде всего, он вступил в борьбу с семьей Орсини, но окончательно так и не сокрушил этот грозный дом, хоть и хвалился, что «его руки красны от крови Орсини». Потом на сцену вышел Чезаре Борджиа. В июне 1497 г. исчез старший сын папы, Джованни Гандийский; после долгих поисков его тело нашли в Тибре; Чезаре попал под сильное подозрение в братоубийстве. Через некоторое время он отказался от кардинальского сана и тем самым получил возможность сыграть, при помощи папы и соучастии Франции, роль кондотьера высокого полета. Так он едва не стал властителем Центральной Италии.

Савонарола во Флоренции

Что касается Флоренции, то после ухода французов она оказалась предоставлена самой себе, и все долго подавлявшиеся чувства горожан вырвались наружу. Еще во время экспедиции Карла VIII было учреждено, возможно, самое демократичное устройство, какое только могла допустить Флоренция. Савонарола, его инициатор, хотел большего: всеобщей реформы церкви, а для начала — низложения Александра VI, папы-симоньяка и клятвопреступника. Он настойчиво писал в посланиях Карлу VIII, Максимилиану, государям Европы: «Клянусь вам именем Господа, что этот Александр — лже-папа!» В ответ он получал лишь равнодушные отписки.

В самой Флоренции суровость его доктрины, непримиримость его веры, строгий надзор за нравами, какой он ввел, вызывали у многих недовольство, которое усердно поддерживали сторонники изгнанного Пьеро Медичи. Вскоре его внешние и внутренние противники вступили в союз. В мае 1497 г. папа рискнул его отлучить. Савонарола, вынужденный обороняться от флорентийской Синьории и от народа, ворвавшегося в монастырь Сан-Марко, где он укрывался, в конечном счете сдался. 13 мая 1498 г. его подвергли пытке, а его сочинения развеяли по ветру. Когда кардинал объявил приговор, отлучавший его от «торжествующей и воинствующей церкви», Савонарола нашел ответ: «От воинствующей церкви — да, — воскликнул он. — От торжествующей — нет!» Действительно, что ни говори, его идеи церковной реформы отчасти восторжествовали в XVI в., как в католичестве, так и в протестантизме. Но, главное, в нем воплотился демократический христианский дух итальянского или, скорей, флорентийского XV века.

После его смерти в Италии освободилось место как для светского папства, так и для любых иностранцев.

Глава II.

Миланские и неаполитанские дела и брачная политика

I. Людовик XII, Анна, Жорж Амбуазский

Людовик XII

Карл VIII не оставил детей. Ему без затруднений наследовал Людовик Орлеанский, его ближайший родственник; он за несколько часов (за свой счет, говорят его панегиристы) организовал похороны предшественника, и началось новое правление.

Людовик XII — один из королей, которых представляют себе старыми. Он довольно скоро состарился после того, как пришел к власти. Но начал он править в молодости, и даже довольно бурной. Это надо знать, чтобы понимать некоторые особенности его царствования, контрастирующие с его общеизвестной репутацией мудрого Нестора. В 1498 г. ему шел тридцать шестой год. Его портрет, какой мы видим на некоторых официальных изображениях или довольно многочисленных миниатюрах, хорошо соответствует описанию автора того времени: «Голова маленькая, заостренная, лоб узкий, глаза большие и выпуклые, лицо худое, ноздри широкие,