Читать книгу - "Здравствуйте, я ваша ведьма Агнета. Книга 9 - Евгения Владимировна Потапова"

закрытие дорог. Хотя, если покопаться, то, может, еще что-то найдется, — сказала я.

— Я не понимаю, если на меня Артем повесил приворот, то зачем привез к вам его снимать?

— Он привез ко мне не приворот снимать, а проклятье, ну и немного починить тебя, а то же игрушка сломалась, — усмехнулась я. — Он же не думал, что я еще что-то обнаружу и примусь все это счищать.

Она задумчиво жевала овсянку и запивала чаем.

— Что мне теперь делать? — спросила Аня. — Как жить?

— Ну, я думаю, что нужно доделать начатое, а то проклятие-то еще работает, да и путы тоже, ну и восстановиться надо и защиту поставить. А там уже в процессе поймешь, чего тебе нужно, — ответила я.

— А этот Артем опять меня не сможет приворожить?

— Пока ты здесь — нет, если уйдешь от меня, не почистившись, то легко.

— А эти путы и проклятие — это тоже их работа?

— Нет, это все другие люди.

— Люди? — она с ужасом на меня посмотрела.

— Хотя да, ты права, их сложно назвать людьми, — кивнула я.

— Вы знаете, кто это?

— Твоя мачеха и жена Артема.

— А мачеха-то при чем? Она нормальная тетка, хорошо всегда ко мне относилась, помогала мне, встречала.

— Ну, значит, всё не так гладко в вашем королевстве, — пожала я плечами.

У Ани завибрировал телефон.

— А вот и она звонит, — посмотрела на экран она.

— Возьми трубку и спроси ее, как она к тебе относится, — предложила я.

— Да кто же правду скажет?

— Спроси.

Анна приняла звонок.

— Алло, привет, — только и успела она сказать, как оттуда понеслась ругань.

— Ты ездишь к нам, деньги отец тебе переводит, как ты уже достала, всё для тебя. Ты здоровая корова, и всё для тебя, как в прорву, дай, дай, дай, а у меня, между прочим, своих двое несовершеннолетних, — орала в трубку мачеха.

Я отобрала у нее телефон и нажала на кнопку отбоя.

— Что это было? — тихо спросила Аня.

— Это ее настоящее отношение к тебе, — ответила я. — Видать ковырнула вчера, когда от приворота чистила.

— Не может быть такого, это всё какой-то сюр, — сказала она, и у нее по лицу потекли слезы.

Принесла ей успокоительных капель.

— Выпей, дорогая, — велела я. — Маме позвони. У вас вроде нормальные отношения, хотя я не знаю, ты про нее не говорила. Ой, ладно, не звони, а то мало ли что там за три года произошло. Еще эта болячка по всему миру расползлась.

— Какая болячка? — спросила она.

Пришлось ей рассказывать про события последних двух лет. У нее на лице сменялась масса эмоций, Анна разрыдалась. Я про себя тихо заматерилась.

— И что мне с тобой делать? — вздохнула я.

Она сидела на лавке, подвывала и раскачивалась в разные стороны. Пришлось мне звонить бабке Матрене. Коротко рассказала события сегодняшнего утра.

— И чего мне с ней делать? — спросила я. — У нее истерика. Дала капли успокоительные, но ни фига не действует.

— Скорую вызови.

— Это не вариант. Они ее заберут в одно неинтересное место, а вся фигня так на ней и останется, а потом снова заблудшую овцу вернут в стаю, и вся моя работа насмарку.

— Позови своего троглодита, пусть он ее вырубит, а завтра она, может, все вспомнит, — посоветовала Матрена.

— А это мысль, — сказала я.

— Давай, покедова, удачи, если что, звони. У меня есть интересные таблетки.

— Откуда? — удивилась я.

— Так я же старая, как-то в поликлинику ходила, и мне рецепт дали, ну я и затарилась, а то вдруг придет мадам деменция с господином Альцгеймером, а мне даже угостить их нечем будет, — усмехнулась старушка.

— Ясно.

— Лечи болезную, спишемся или созвонимся еще.

Матрена сбросила звонок, а я позвала Шелби.

— Выруби ее, — попросила я.

— Может, сначала отведем ее в летний домик, а то как она тут будет на лавках у тебя валяться? — предложил он.

— Точно, — кивнула я. — Аня, идем, приляжешь, может, немного поспишь.

— Да-да, конечно, — согласилась она.

Анна встала со своего места и, всхлипывая, побрела за мной. Там я ее уложила на диван, поставила на стол стакан с травяным чаем и литровую банку с чистой водой.

— Полежи немного, отдохни, — сказала я.

— Хорошо, — кивнула она.

Естественно, она не видела Шелби, который рядом мотылялся. Он положил ей на голову руки, и Аня тут же провалилась в сон.

— Вот где эта рыжая шерстяная морда шляется? Это, между прочим, его работа, — проворчал он.

— Благодарю за помощь, а то я даже не знала, что с ней делать. Ни разу не видела людей в такой истерике.

— У нее три года из жизни выпали, еще бы она не истерила, — хмыкнул Шелби.

— Как ты думаешь, у нее память восстановится?

— Не знаю. А надо?

— Надо, — кивнула я, — Это же такая дыра будет, провал, пусть хоть таким убогим воспоминанием, но закроется.

— Потом видно будет, — пожал он плечами. — Если понадоблюсь, то зови, — сказал Томас и исчез.

Я накрыла Анну пледом и вышла из летнего домика.

Глава 53–54

Быстро скажи свой адрес!

Я вернулась на свой чердак и стала перебирать книги, тетради и записи предыдущих владельцев дома. В одной из тетрадей нашла упоминание о том, что в процессе чистки и снятия разных порчельных программ возможна кратковременная потеря памяти. Это меня немного успокоило. Также там был заговор, который мог помочь с восстановлением некоторых воспоминаний.

«Применять с осторожностью!!!» — надпись была подчеркнута красным карандашом. Внизу давались пояснения, что на свет божий были вытащены совсем не те воспоминания, и подопытные с трудом с ними справлялись, а одна дама так и не справилась, а отравила своего отчима. Н-да, что же там за воспоминания были такие, что она его за это убила?

Затрезвонил телефон — номер незнакомый. Трубку решила взять, так как почти всех записанных на гадание клиентов перевела на другой день, думала, что сегодня придется заниматься Анной, а с ней получилась такая засада. Так что я бы сейчас не отказалась переключить свои мозги в другое русло и подзаработать немного денег.

— Адрес свой говори, — потребовал грубо женский голос на той стороне.

— Зачем? — удивленно спросила я.

— Я адрес у тебя спрашиваю, а не обязана отвечать на глупые вопросы.

— Вы вообще кто? — спросила я.

— Я Артемкина мать, еду к вам.

— Артемкина мать?

Я стала соображать, кто это и что это, решила, что Славка что-то в школе набедокурил и ко мне едут разбираться. А ведь только второе сентября, и когда успел?

— Не надо никуда приезжать, давайте на