Читать книгу - "Здравствуйте, я ваша ведьма Агнета. Книга 6 - Евгения Владимировна Потапова"

Жена у него в невменяемом состоянии сидит, а пацан упрямится.

— Ладно, адрес скажи, сам привезу, — вздохнул мужчина на том конце провода.

Назвала улицу и номер дома.

— Тут рядом, сейчас буду, — ответил он и положил трубку.

Я подошла к дивану и стала разглядывать куколок.

— Это у бабки в отделении нашли, — пояснил Тема, — на каждой кукле наша одежда. Вернее, лоскутки от нашей одежды. Наверно, и волосы в них есть наши, а может, и ногти. Это, наверно, отец.

Он ткнул в замотанную куколку.

— Ты их только не трогай, — сказала я.

— Мать вот уже тронула, — он кивнул на женщину. — Я их ненавижу. Вы же ведьма, да? Как можно от этого избавиться?

— Ну, скажем, я не ведьма, но помогу вот это всё убрать, — махнула я на диван.

Кто-то позвонил в дверь. Мальчишка скрылся в коридоре.

— Зой, Зоя, — чуть тряхнула я за плечи женщину. — Нужно защиту на дом поставить и вот это убрать. Добро даешь?

Она помотала головой туда-сюда, как тряпичная кукла.

— Да ёшки-матрешки, очнись же ты, — снова тряхнула я ее за плечи.

В комнату зашел Олег, принес большой пакет и две картонные коробки. Поставил все это на пол.

— Давно так сидит? — спросил он меня.

— Темка говорит, как вот это нашла, так ее и вырубило, — я кивнула на диван.

— Ясно. Похороны когда? — спросил меня Олег.

— Никогда, — выпалил пацан. — Не будем мы его хоронить.

— Мужик, когда помер?

— Вчера, — ответила я.

— Значит, похороны завтра. Что-нибудь готово? — вздохнул Олег.

— Я не знаю, — развела я руками.

— Нормальненько. Мать заказывала что-нибудь? — спросил Олег у парнишки.

— На что? Денег-то нет.

— Отличненько. Давай-ка, милая, вставай и поехали мужику твоему похороны организовывать. Как ее зовут? — обратился мужчина к вдове.

— Зоя, — ответила я.

— Зойка, ты меня слышишь? Надо сейчас ехать в морг вещи отвозить, затем заедем в одно место, гроб закажем. Газельку мы найдем завтра. Помин тогда у нас сделаем. У нее что, совсем родных нет? Где мамки, сестры, бабки, соседки?

— Вон бабка и мать чего учудили, — кивнула я на диван. — И убрать я ничего не могу, эта вообще ни на что не реагирует.

— Ясненько, понятненько, — поморщился Олег. — Может, кто-то есть, кто за нее решение примет?

Мы с ним посмотрели на пацана.

— Конечно, это не совсем то, но там и его куколка лежит. Так что, Артем, даешь добро на уничтожение всего этого и на защиту?

Паренек на нас внимательно посмотрел.

— Да, — кивнул он.

— Вот и замечательно, — потер руки Олег.

Он поставил Зою на ноги и повел в коридор.

— Куда вы ее ведете? — спросил Тема.

— Поедем шмотки отдавать для твоего бати и другие организационные вопросы решать. Там в коробках продукты, разбери, — велел Олег. — Если Агнета все верно сделает, то маманя твоя к вечеру очухается. Никого в дом не пускай. Понял?

— Да, — кивнул мальчишка.

Они вдвоем обули и одели Зою. Олег ее вывел на улицу и усадил в машину. Мы с Артемом вернулись в дом.

— Ну что, Тема, алга? — спросила я его.

— Алга, — согласился он.

— Мне тащи какую-нибудь газетку, а сам разбирай коробки, — сказала я.

— Хорошо, — согласился мальчишка.

Он принес мне какие-то старые раскраски.

— Это не пойдет, — помотала я головой. — Сестра разукрашивала?

— Угу, — кивнул он. — У нас нет газеток.

— Совсем?

— Да, бабка рукодельница, все газеты на свои выкройки перевела.

— Неси их.

Паренек скрылся из комнаты, через минуту притащил ворох каких-то выкроек, газетных вырезок и прочую макулатуру.

— Сынок, сынок, — послышался в тишине дома старушечий голос. — Сынок, открой мне.

— Бабка, — ахнул Артем. — Как она прошла во двор? Я же всё закрыл.

— А может, это и не она, может, это бесы резвятся.

Куколки на диване уже не лежали рядком, а были разбросаны в разные стороны как попало. Достала из пакета перчатки и стала собирать их на газетную выкройку, но всё время то одной, то другой куколки не хватало.

— Сынок, мне холодно, Темушка, открой бабушке, — опять кто-то заныл в тишине.

Мальчишка бросил разбирать коробку и застыл около двери.

— Не ходи, — спокойно сказала я. — Это нас бесы дурят, чтобы мы не могли свою работу сделать.

— Надо было сначала защиту поставить, а потом от этого избавляться, — сказал мне паренек.

— Какой ты умный. Как можно выкинуть мусор за дверь, если ты дверь запер? Никак, так что не лезь, тетя Агнета знает, что делает. Лучше продукты разбирай и никого не слушай, сейчас будет весело.

Наконец я собрала все куколки в кучку, завернула их в газетку и замотала несколько раз нитками. Пошла всё это добро на улице уничтожать, а вот дверь открыть не могу. Позвала Тему, и он никак с дверью не справится.

— Темушка, впусти бабушку, — завыло нечто в доме. — Впусти бабушку, Темушка. Злую ведьму Агнету убей, а меня в дом пусти.

— Как же я тебя впущу, если ты все двери заперла? — возмутился паренек.

— А я сейчас тебе открою, а ты меня в дом позови.

Щелкнула задвижка, и распахнулась дверь. Напротив меня стояла дряхлая старуха в лохмотьях и скалилась гнилыми зубами. Волосы бабки торчали грязными седыми прядями из-под драного платка. Один глаз был подернут бельмом, а на щеке красовалась гниющая язва.

— Ну вот как-то у вас совсем с фантазией беда, — хмыкнула я. — Могли бы чего-нибудь привлекательного сообразить, а не вот это всё. Пошла с дороги.

— Темушка, ты же обещал меня впустить, — заголосила бесовская сущность.

— Ничего я не обещал, — хмыкнул мальчишка, выглядывая у меня из-за спины.

— Вали давай, — сказала я «старухе». — Чего на дороге встала.

Я плюнула ей под ноги. Бабка довольно прытко отпрыгнула с этого места.

— Не пройдешь, не пройдешь, — стала она дразниться и показывать жуткий длинный язык.

— Ну ты и дура, — обозвала я ее.

— Сама такая, — ответила мне нечисть и снова вывалила жуткий язык.

— Шелби, Шелби, — позвала я. — Меня из дома не выпускают.

«Старуха» приплясывала и кривлялась. Рядом с ней появился Шелби в длинном сюртуке и шляпе.

— Мадам, пройдемте, — он подхватил ее под руку и исчез вместе с ней за калиткой.

За забором послышался душераздирающий визг.

— Кто это был? — спросил Тема.

— Кто надо. Чеши коробки разбирать и дверь за мной закрой.

Вышла за ворота. За забором на лавке сидел Шелби и вытирал рот батистовым платочком.

— А больше нет? — спросил он меня.

— Иди и проверь, — хмыкнула я. — Мог бы и пораньше заявиться.

— А мог и не заявляться. Ты когда сама научишься нечисть гонять? А если со мной что-то случится.

— Ну, если с тобой что-то случится, то