Читать книгу - "Здравствуйте, я ваша ведьма Агнета. Книга 6 - Евгения Владимировна Потапова"

class="p1">— Увезли, — кивнула я, разглядывая, как Зойка сидит верхом на свекрови и макает ее в мокрый сугроб. — Свекровь с бабкой невестку бьют.

Старуха тем временем пыталась Зойку стащить с дочери. Внук хватал за руки бабку, чтобы она не била мать. В общем, куча мала. Рядом ещё и песик местный радостно прыгает и лает, думает, что там все играют, а его не берут.

Через пару минут подъехал Саша. Как раз в это время Зою скинули на дорожку, а свекрови внук напихал снега за шиворот.

— Обалдеть, — сказал Саша. — Может, я тут постою, подожду, когда у них силы закончатся?

— Я не знаю, — пожала я плечами. — Но вот эти две они тут не прописаны.

Ткнула я пальцем в свекровь с бабкой.

— Ясно, — кивнул Саша и тяжело вздохнул. — Здравствуйте, граждане. Чего шумим?

Старуха залепила снежком прямо участковому в глаз. Он вытолкал ее за ворота, следом выскочила Зоина свекровь и кинулась на него с кулаками.

— Ах ты, полюбовник моей невестки, муж в больницу, а она уже мужиков в дом таскает, — верещала она и молотила его по разным местам.

Через пять минут обе гражданки сидели на заснеженной лавке в наручниках.

— Саша, я тебе нужна? — спросила я.

— Нет, дома мне показания дашь, не буду тебя держать. Езжай.

У него под глазом красовался шикарный фингал, а щека была расцарапана, досталось ему ни за что, ни про что.

Домой он пришел только вечером.

— Ну что там? — поинтересовалась я.

— Тетки отправлены по месту прописки, — вздохнул Саша. — У Зойки муж помер в больнице. Я ей денег немного дал на похороны. Брать не хотела, но потом взяла. Отправил ее к Николаю, он ей обещал помочь. Отмучилась баба.

Глава 23–24

Страшная история от Матрены

Всё утро провозилась с картами, раскладывала, смотрела, записывала, отвечала на дополнительные вопросы. В это время я всегда выключаю телефон или перевожу его в беззвучный режим. Такая работа требует полной концентрации, чтобы не упустить никаких мелочей. К двенадцати часам закончила свою деятельность и сразу включила телефон. Тут же посыпались разные всякие сообщения.

Через пару минут раздался звонок от Матрены.

— Проснулась? — спросила она.

— Работала, — усмехнулась я.

— Блин, сама же тебе клиентов подсуропила, и сама же каждый раз забываю, что ты по утрам работаешь, — ответила бабушка. — Я тебе чего звоню-то. Ты ж у нас писатель.

— Да какой я писатель, — махнула я рукой. — Копирайтером работала раньше, сейчас никакие заказы не беру. Рекламную статью написать нужно?

— Нет, я тут бложик завела, назвала «Байки от бабки Матрены». Глянешь? Уже неделю пишу, никому не говорила, но терпежу больше нет.

— О как, блогер баба Матрена, — улыбнулась я.

— Хватит зубоскалить, я тебе ссылку сейчас скину, посмотри, чего я там наваяла, оцени.

— Комментаторы хоть есть? — спросила я.

— Есть, — сердито ответила она. — Уже двадцать человек отправила в баню париться, достали убогие.

— Чего пишут? — поинтересовалась я.

— К Богу призывают, на ошибки указывают, говорят, что я школота необразованная и жертва ЕГЭ, и что в магии я разбираюсь, как свинья в апельсинах.

— Может, тогда бросить писать? — поинтересовалась я.

— Дулю им без масла, у меня уже почти тысяча подписчиков, каждый день по сотне прибавляется. Еще бы я на всяких убогих внимание обращала, — хмыкнула она.

— И правильно, — кивнула я. — А чего пишете?

— Да всякое, истории из старой практики, рецепты всякие, несложные обряды, да много чего. Столько у меня планов, столько задумок, — рассказывала она воодушевленно.

— Кидайте ссылку, почитаю и подпишусь, — улыбнулась я. — Самой-то процесс нравится?

— Ну очень нравится, столько новых людей, в основном все добрые, хорошие и отзывчивые.

— Надеюсь, адрес свой не написали, а то ведь народ приедет за всякими разными ритуалами.

— Да что же я совсем, что ли, больная, — хмыкнула Матрена, — Да и не особо мне народ верит, думают, что всё это художественный вымысел. Некоторые, представляешь, меня учить пытаются.

— Пусть так и думают, — согласилась я, — Вас учить — только портить.

— Вот и я о том же. Ну, давай рассказывай всякие новости-старости, — приготовилась она слушать.

— Записываете? — со смехом спросила я.

— Ага, ужо перо макнула в чернила, смотри, сейчас клякса будет, если тянуть дальше станешь.

Обсудили все новости с ней нашего поселка, посочувствовали Зое, которой предстоит заниматься похоронами. Рассказала я Матрене и про ее мужа, и про его родственниц.

— Так они же все к бабке Нине мотылялись, неужели Зое никто не донес?

— Видно, не донес, расплескал по дороге, — усмехнулась я.

— Дай-то бог, она тебя послушается и не пустит их в свой дом больше.

— Надеюсь, — покачала я головой.

— Теперь они ей под порог всякое сыпать будут и за забор кидать, — вздохнула бабушка Матрена, — В одном поселке же все живут. На этом такие гадкие люди не остановятся. Это же надо быть такими, чтобы родного сына ради собственного брюха угробить. Ещё и додумались до этого, не сноху сгнобить, а сына к рукам прибрать, ручного зверька из него сделать. И верить в такое не хочется, но и такие случаи не редкость.

— Небось, и к вам такие приходили, — ответила я.

— Приходили, хотя вся округа прекрасно знала, что я такими вещами не занимаюсь. Как-то, помнится, пришла ко мне одна маманя. Баба красивая, статная, всё при ней, и должность хорошая, и бог вроде мозгами не обделил. Одинокая, при такой внешности мужики к ее ногам штабелями падали и даже замуж звали, а не только в полюбовницы. Но замуж она не торопилась, говорила, что у нее одна любовь — её сыночек. Так вот, пришла она ко мне и просит приворот на сына сделать, и не к кому-то, а к ней самой. Мальчику восемнадцать едва стукнуло. Он с девочкой стал дружить. Мамане девочка не понравилась, ей вообще не понравилась мысль, что ее сынулька хоть с кем-то будет общаться и дружить. Понимаешь? Её от одной мысли, что он с кем-то в одной постели окажется, выворачивало на физическом уровне.

— Это в смысле она хотела того самого с собственным сыном? — ужаснулась я.

— Да, представь себе, так мне и сказала, что она взрослая и опытная и может удовлетворить все запросы своего сына. Да и тело у нее еще вполне себе упругое и приятное.

— Какая мерзость, — передернуло меня от этой мысли.

— Я ее тогда в прямом смысле поганой тряпкой со своего двора погнала. Называла ее по-всякому. Я, конечно, неправа была тогда, надо было объяснить ей всё, как оно сложится, а я же взбеленилась. Знала же, что баба эта