Читать книгу - "Антология экстрима "Осадок, том 2" - Стюарт Брэй"

ощущался как галлон. Это был самый интенсивный оргазм в его жизни. Казалось, будто внутри тела взрывались фейерверки.

Закончив, он рухнул сверху на грибную женщину, и все вокруг него потемнело.

* * *

Очнувшись какое-то время спустя, Уэс обнаружил себя обратно в домике. Он все еще был голым, но покрытым грязью и лежал на диване. Он резко вскочил, быстро поднялся на ноги и увидел грязь по всему дивану. В голове понеслись десятки мыслей.

Какого хера я здесь оказался? Я действительно нашел в лесу грибную женщину? Я действительно ее трахнул? Как я теперь отчищу эту грязь с дивана Трэя? Какого хера все это вообще возможно?

Он стоял, несколько раз глубоко вздохнул и решил сначала отмыться. Обычно он бы воспользовался уличным душем, но в этот момент последнее, чего он хотел, - это смотреть в лес, окружающий домик.

Стоя под домашним душем, он позволил воде литься на него и яростно оттирал каждый сантиметр своего тела, будто пытался отскрести воспоминание о том, что произошло в тех лесах. Он стоял там, намыливая каждый дюйм кожи, пока не начала заканчиваться горячая вода.

Закончив, он вытерся, надел чистую одежду, взял ведро и наполнил его мыльной водой. Взяв ведро и губку, он начал оттирать подушки дивана. Облегчение нахлынуло, когда грязь легко отмылась.

Отчистив подушки, он прислонил их к стене перед коробочным вентилятором, чтобы они высохли. Потом пошел на кухню, достал из морозилки бутылку водки, открутил крышку и начал пить прямо из горла, даже не утруждая себя стаканом. Он продолжал пить из бутылки, обходя домик, проверяя, чтобы все двери и окна были заперты, а все шторы задернуты.

Остаток ночи он провел, сидя на полу и смотря телевизор, пытаясь отвлечься от своих мыслей.

* * *

Уэс наконец смог заснуть около трех часов ночи. Однако его сон совсем не был спокойным. Его сны были заполнены видениями грибной женщины в лесу. Он видел, как падает на ее руку и вдыхает ее споры. Видел, как раздевается и отрывает ей ноги. Видел, как трахает ее, словно какое-то животное. Последнее, что он видел, прежде чем видения начинались заново, - это как он идет обратно к домику, покрытый грязью. Каждый раз, когда это видение повторялось, он мог сосредоточиться только на пустом взгляде своих глаз. Они выглядели мертвыми и роботизированными, будто он не контролировал свои собственные действия.

* * *

Проснувшись следующим утром, Уэс услышал за окном дождь. Он стоял у окна, глядя на дождь, и изо всех сил пытался убедить себя, что все это был просто плохой сон и ничего не произошло.

По мере того как день шел и дождь ослабевал, его любопытство начало брать верх. А что, если это было по-настоящему? - думал он. Его переполняло желание вернуться в лес и проверить. Он фантазировал о том, как выйдет туда и ничего не найдет. Представлял облегчение, которое почувствует, когда поймет, что это был всего лишь сон или галлюцинация.

Солнце только начинало садиться, когда Уэс наконец сдался искушению и надел обувь, чтобы выйти на улицу. Влажность от солнца, которое палило по мокрой земле, ударила ему в лицо, словно пощечина, когда он открыл дверь и вышел. Дышать было тяжело, особенно с нервами, которые усиливали сердцебиение и дыхание.

К тому времени, когда он приблизился к тому месту, где видел грибную женщину, все его тело дрожало. Хотя он надеялся на лучшее, глубоко в животе он знал, что она все еще будет там. Он это чувствовал. Он чувствовал ее.

Подойдя к канаве, он рухнул на колени и начал плакать, не желая верить в то, что видел.

Там, на земле, лежала грибная женщина. Только теперь ее живот был сильно раздут, будто она была беременна.

Этого не может быть, - подумал Уэс. - Она даже не настоящая женщина. Это, наверное, из-за дождя.

Именно это он продолжал повторять себе по дороге обратно в домик. Это из-за дождя. К тому времени, как он вернулся внутрь, это стало его мантрой. Он был уверен, что находится на грани нервного срыва. Он буквально представлял, как сидит на полу и повторяет эти слова снова и снова.

Это просто стресс. Из-за развода... из-за жизни. Мне нужно сосредоточиться на том, чтобы собрать свою жизнь. Если я не смогу взять себя в руки до приезда Трэя, то мне просто нужно уехать. Я не могу позволить ему увидеть меня таким.

Он сосредоточился на этой мысли весь вечер, даже взяв ручку и бумагу, чтобы начать записывать свои мысли и чувства. Он провел часы за столом Трэя, начиная с плохих выборов, которые привели его туда, где он сейчас находится, и заканчивая шагами, которые он планирует предпринять, чтобы улучшить свою жизнь и стать счастливее в целом.

Это на самом деле хорошо отвлекало Уэса, по крайней мере, какое-то время. Это было то, что он давно собирался сделать. Просто понадобилось что-то совершенно слетевшее с катушек, чтобы наконец его мотивировать. Он продолжал писать, пока рука не начала сводить судорогой и ему не пришлось остановиться.

С чуть более спокойным разумом он плюхнулся на диван и включил телевизор. Выбрав документальный фильм о настоящих преступлениях, он откинулся на диване и в итоге заснул.

* * *

Уэс проснулся на диване следующим утром, чувствуя себя немного посвежевшим. В отличие от предыдущей ночи, он действительно спал спокойно. Он начал верить, что, возможно, все в порядке. Да, то, что произошло в лесу, было странным, но, скорее всего, это была просто какая-то аномалия. Он начал принимать то, что это случилось, и что в своем галлюциногенном состоянии он просто возбудился и трахнул гриб, имеющий форму человека. Никто другой не поверил бы в эту историю, если бы он ее рассказал, но принятие произошедшего как есть немного улучшило его самочувствие.

Он решил одеться и снова выйти в лес. В его голове лучший способ полностью оставить это позади - уничтожить грибную женщину, если она все еще там, а потом вернуться в домик и наслаждаться временем с Трэем, когда тот приедет завтра.

Уверенность переполняла его, и это было видно по его походке, когда он направлялся к канаве. Однако эта уверенность начала угасать по мере приближения к ней.

Грибная женщина все еще была там, но нижняя часть ее раздутого живота была разорвана. Присмотревшись ближе, казалось, будто что-то вырвалось оттуда.

Он снова рухнул на колени и начал плакать, точно так же, как днем