Читать книгу - "Оборотень - Игорь Григорьевич Гребенчиков"

сих пор доверяли. Будет ли так дальше — лишь время покажет. По крайней мере, Вите не хотелось бы, чтобы этот поселок менялся.

— Какая же отвратительная вонь! — Сережа машинально закрыл нос рукой, когда они с Максом уже были около комнаты. — Какой ужас!

— Тебе еще повезло, у тебя нос не такой чувствительный, — проворчал Макс.

Расселись они по разным углам комнаты. И оба с максимально страдальческим выражением лица. Никто не мог предположить, сколько им тут еще сидеть. А вонь беспощадно вгрызалась в одежду и ноздри. По крайней мере, Макс был на 100 % уверен, что Омега их тут явно не учует, даже если будет рядом. Он и сам-то Витю едва нашел, когда тот здесь прятался.

Спустя какое-то время у Сережи уже начали затекать ноги. Убедившись, что его силуэт не засветится в оконном проеме, решил слегка размяться. Да и пистолет упирался не самым удобным образом.

— Вставать нельзя, — шепотом напомнил Макс.

— А может тебе пора бы уже использовать слух оборотня, чтобы не наводить панику почем зря? — недовольно бросил Сережа.

— А может тебе пора бы уже перестать использовать детский шампунь? — устало уставился на Сережу Макс. — Я при Вите уж не стал тебе этот вопрос задавать.

— Ну, хоть нос у тебя работает, — заключил Сережа. — Что удивительно в нынешней ситуации. И, кстати говоря, у меня очень чувствительные глаза.

— Шуметь нельзя, — хмыкнул Макс.

— Да чтоб тебя! — выругался Сережа, опять принимая сидячее положение.

Минуты тянулись медленно. Сережа уже начинал паниковать. Макс сидел неподвижно, вслушиваясь в каждый шорох. Но все, что он слышал — скрежет Витиных ботинок.

— Слушай, — неожиданно прервал он тишину. — Хотел у тебя спросить — ты же ведь меня за что-то ненавидишь, правильно?

Сережа удивленно посмотрел на Макса. Такого вопроса он не ожидал. Он даже растерялся по началу.

— Я тебя не ненавижу, — наконец сформулировал мысль он. — Просто ты меня напугал до усрачки при первой нашей встрече. Потом оскорбил мою шапку. И вообще, я тебе не доверяю.

— Почему? — спросил Макс.

— Потому что я в принципе не доверяю высокомерным людям, — ответил Сережа.

— Думаешь, что я высокомерный? — нахмурился Макс.

— А что, нет? — с вызовом переспросил Сережа. — Знаешь, вот Витек тебе почему-то доверяет. И очень зря. Потому что я знаю, что, если что пойдет не так — ты бросишь всех вокруг на произвол судьбы. Тебе нет никакого дела до остальных. До чужой радости или горя. Может, у тебя и есть какие-то причины для такого поведения, не знаю, я в твою шкуру не лезу. Но я это не одобряю.

Максу было, что сказать по этому поводу. Но стоило ему только открыть рот, как где-то в сотне метрах от заброшки раздался грохот. Затем еще. Небо озарилось яркими цветами радуги. Кто-то решил позапускать фейерверки.

— Какой идиот решил устроить День Независимости? — тут же вскочил на ноги Сережа.

Раздавшиеся следом крики и рычание оборотня, которые слились с отчаянным уже Витиным криком, тут же заставили обоих резко подорваться с места и выбежать на улицу. Они лишь только краем глаза увидели скрывающуюся в кустах Витину спину. Не сговариваясь, побежали следом.

Когда небо над Витиной головой окрасилось в цвета радуги, то он сначала не понял. Звуки фейерверков казались какой-то глупой насмешкой. Он застыл в изумлении, растерянно хлопая ресницами. А затем он вспомнил.

«Мы едем в город. И мне купят хомячка. Я назову ее Черничка. А вечером договорились запустить пару фейерверков. Ты придешь?»

Семья Чертковых! Черт, почему здесь? Почему сейчас?

Когда к происходящей какофонии добавилось рычание оборотня и крики, ноги у Вити затряслись. Это был как сон, заставивший проснуться в холодном поту. Страшный Витин вопль раздался по всей округе. Он побежал без оглядки, молясь всем Богам, которых только мог вспомнить, чтобы успеть предотвратить трагедию.

Глава 16. В ловушке

У каждого происходит момент, когда жизнь разделяется на «до» и «после». Вите казалось, что этот момент у него случился, когда он столкнулся в ту ночь с Омегой. Но сейчас, когда он прыжками несся к месту разворачивающейся трагедии, это все казалось пустяком. Его бросало в холод от одной лишь мысли, что через какие-то жалкие метры он наткнется на три трупа. В том числе — маленькой девочки. Если он не успеет, если остановится сейчас хоть на секунду, если произойдет самое худшее… Вот тогда его жизнь точно никогда больше не будет прежней.

Дальше все было как в замедленной съемке. Витя не мог дышать, все его органы будто парализовало и сжало железным кнутом. Впереди показались человеческие силуэты. Ликана не было. Неужели все? Осознание, что он опоздал буквально выбило из колеи. Юноша упал на колени, понимая, что сейчас из его груди вырвется крик настолько безумный, что его грудная клетка была готова сжаться. И лишь затем он услышал всхлипы. Это его словно отрезвило и заставило бежать дальше. Слава Богу, слава Богу!

Тамара Владимировна, горестно плача, обнимала своего мужа, левое надплечье у которого истекало кровью. Его рука безжизненным ошметком лежала рядом на снегу. Сам Матвей Сергеевич был без сознания. Отключился от болевого шока. Ранение было тяжелым, но не смертельным. Это хоть немного, но успокаивало. Даша вцепилась в маму, пытаясь спрятаться хоть где-нибудь от невидимой угрозы, которая почему-то отступила. Скрылась в ночи так же внезапно, как и появилась.

Соседка истерически закричала, когда Витя подбежал к ним. Не распознала его сразу. Подростку пришлось уворачиваться от летящих в него рук.

— Тамара Владимировна! Тамара Владимировна! — в голосе смешалось облегчение и отчаяние одновременно. — Это я, Витя Соколов! Из соседнего подъезда! Успокойтесь, пожалуйста!

Потребовалось время, чтобы пелена спала с ее глаз. Но она все еще непонимающе продолжала смотреть вокруг, непрерывно вздрагивая. Когда из кустов выскочили Макс с Сережей, та снова зашлась криком. У Даши на это уже не было сил. Она просто беззвучно тряслась, уткнувшись в маму. Отчаявшийся и перепуганный Витя не нашел другого выхода, кроме как влепить Чертковой легкую пощечину. Подействовало.

— Где оно? Где оно? — срывающимся голосом спрашивала Тамара Владимировна.

От вида оторванной руки Сережа позеленел. Отвернулся, пытаясь не вырвать. Макс смотрел на весь происходящий ужас с холодным спокойствием. Во взгляде даже не сквозила ярость.

— Все в порядке, слышите? Все позади, — успокаивающе повторял Витя, стараясь при этом самому не впасть в истерику. Какой толк в подобных словах, когда их произносящий сам готов разрыдаться, как девчонка? Вообще, Витя не думал, что какие-то слова сейчас в принципе применимы. Но какая-то его