Читать книгу - "Оборотень - Игорь Григорьевич Гребенчиков"

о вашей нелегкой судьбе. Меня это не интересует. У меня тоже есть своя история, — глядя на Охотника с прищуром, махнул рукой Макс. — Я так понимаю, что задерживаться здесь мне больше нет резона. Твой братец угрохал свидетеля, который мог вывести нас на Омегу, поздравляю.

Макс повернулся и твердым шагом вышел из квартиры.

— Жаль, что Вите не повезло родиться в вашей психованной семейке, — не оборачиваясь, бросил он напоследок.

Ехать уже никуда не хотелось. Тем более, с такой злобой в душе. Не туда, куда он собирался. Но, постояв около подъезда и переведя дух, он все же смог заставить себя успокоиться. Двор уже начинал оживать. Ликан краем уха услышал на лестнице покашливание Константина. Не горя желанием вновь с ним пересекаться, Макс, слившись с зеваками, двинулся в путь.

Поездка в город не заняла много времени. Он успел дойти до платформы аккурат под электричку. Двадцать минут тряски и надоедливого аромата общественного туалета — и вот Макс наконец-то вышел на относительно свежий воздух. Всего-то каких-то 23 км разделяли город и Белоомутск, но как они разительно отличались! Спокойствие в поселке здесь будто отзеркалили в виде людского муравейника. Но все же Максу город нравился. Не по каким-то объективным параметрам. Просто так иногда бывает.

Зайдя в первый попавшийся цветочный, Макс, как обычно, остановил свой взгляд на лилиях. Чертовы лилии. Как же он их уже искренне ненавидел.

— Молодой человек, Вам помочь? — улыбчиво поинтересовалась девушка за прилавком.

— Да, мне бы лилии, вижу у Вас букетик с пятнадцатью цветами, если можно, — улыбнулся он, стараясь скрыть так некстати появившуюся слезу.

— Одну минуточку.

Странно это — ненавидеть цветок. Он ведь-то, по сути, ни в чем и не виноват. Всего лишь связующее звено человека и воспоминания. Но как-то уже иначе воспринимать эти цветы не получалось. Когда продавщица принесла букет из холодильного помещения, Макс непроизвольно затеребил сквозь кофту кольцом на цепочке, которое не снимал уже больше шести лет. Он должен был уже привыкнуть. Время оно ведь должно лечить любые раны. Но только не эту.

— Хорошего Вам вечера! — помахала Максу вслед продавщица, наверняка решив, что он собрался на свидание.

— Спасибо, — почти прошептал он, глядя на пышный букет розоватых лилий. Густой пряный аромат, напоминающий запах жимолости, обволакивал. Так мог пахнуть тяжелый парфюм. Можно было легко потерять голову. Но не Максу. Его разум оставался холодным, насколько это было возможно. Отойдя на сравнительно небольшое расстояние от цветочного, Макс дрожащей рукой вытащил один цветок из букета и бросил под ноги. Лилия плавно опустилась на грязный снег, оставшись там лежать не принадлежащим этому пейзажу пятном.

В продуктовом была куплена маленькая бутылочка коньяка и шоколадка. Кассирша еще успела поразмышлять, стоит ли спрашивать у Макса паспорт. Но густая черная борода все же выполнила свое прямое назначение. С ней, да еще с таким побитым жизнью взглядом, Макс выглядел лет на тридцать, если не больше.

Городское кладбище как обычно встретило Макса гнетущей тишиной. Большая часть пути была пройдена. Большая, но не легкая. Заставить себя зайти на территорию кладбища и дойти до нужной могилы было тем еще испытанием. Максу казалось, будто он чувствует холод. Но это было лишь только самовнушением.

Могила, как и ожидалось, была запорошена снегом. Три креста уже почти исчезли под его слоем. Вряд ли сюда кто приходил за зиму. Пришлось перепрыгивать через заборчик, ибо калитка просто так отказывалась открываться. Положив букет с сумкой в угол участка, Макс достал из сундука возле крестов лопатку. Немножко предстояло поработать.

Где-то через полчаса, Макс закончил уборку. Если бы он мог, то непременно бы закурил. Но он лишь сидел и молча смотрел на уже выцветшую фотографию молодой девушки с огненно-рыжими волосами. Она смотрела на Макса с улыбкой, которая, к сожалению, уже не выражала никакой радости.

— Ну, здравствуй, Лер, — наконец сказал он.

Небольшая пауза. Макс силился подобрать правильные слова. Будто пытался извиниться. Его ведь так долго не было.

— Вот и прошел еще один месяц… Прости, что не приходил давно. Столько всего произошло за все то время, что меня не было. Думал, зайти к тебе, как устроюсь на работу, но все так завертелось. Отложил до Нового Года, но там… А я ведь даже не был на ее похоронах. Не смог заставить себя прийти. Ты ведь как никто другой знаешь, как она для меня много значила. А эта… тварь… просто взяла и хладнокровно убила ее. Знаю, что бы сейчас сказала — не зацикливайся на мести, живи дальше. Хотя даже не так. Иначе. Ты всегда умела подобрать нужные слова. Не то, что я.

Ладно, не будем, пожалуй, о грустном. Что тебе еще рассказать? Судьба свела с пареньком одним. Укусили его. Причем тот же самый ликан. Напросился ко мне в протеже, если можно так выразиться. Не хотел я с ним связываться, честно говоря. Зачем, думал. Делать вот мне больше нечего, кроме как еще со школьниками возиться. Но все же передумал. Не спрашивай, почему, я сам не знаю. Я даже Игорю не смог толком объяснить. Просто какое-то странное чувство появилось — что я должен о нем заботиться. Не припоминаю за собой такого. Сегодня у нас с ним второе занятие. Не знаю уж, будет из этого какой толк. Он вроде и справляется, но… Всегда это чертово «но». Боюсь, как бы страх, который он несет в себе, не стал бы для него помехой. Просто, если он сорвется и кого-нибудь убьет, то придется принимать меры. А мне бы этого, признаться, не хотелось бы. Может, сейчас прозвучит немного цинично, но совершенно не из-за чувства какой-то привязанности. Просто тогда это будет в какой-то степени и моя вина. Не сберег пацана. Дал ложную надежду. А учить его так, как учил меня Игорь, ну, у меня банально нет времени. Знаю, ты бы сейчас смотрела на меня осуждающе. Не надо, пожалуйста. Я и так обещал, даже не ему, себе, что сделаю все от меня зависящее.

Знаешь, Лер, осенью ходил в кино. Так вот, видел там девочку в почти таком же дурацком черном платье в белый горошек, какое было на тебе, когда мы познакомились. Не обижайся только, оно правда было дурацкое. Но милое. Главное ведь, что тебе нравилось, правильно? Я, кстати, твои любимые лилии принес. До сих пор не понимаю, по каким критериям ты решила, что слово «лилия» похоже на имя Валерия. У тебя всегда была довольно специфическая фантазия. Видела то, что другим не под силу.