Читать книгу - "Невинная жена - Эми Ллойд"

— Мы часто ссорились, много ссорились. Я ревновала. Иной раз он просто сводил меня с ума. В эту минуту он говорил, что любит меня, а через минуту — что не хочет со мной отношений. Это продолжалось три года! Когда я теперь об этом думаю, я не знаю, любила ли я его вообще. Как будто я была сама не своя. Однажды вечером я везла его с обеда домой. Предполагалось, что он у меня останется, но вдруг он начал говорить что-то вроде: «Не знаю, надо ли мне оставаться, мне кажется, нам следует какое-то время пожить отдельно…» И все эти вещи он говорил после того, как весь вечер было такое: «Что не так?» — «Ничего». — «Нет, что не так?» — «Ничего». Ты понимаешь? А тут он говорит мне в машине: я выпил бокал вина, я устал.

Сэм всхлипнула и шмыгнула носом.

— Я спросила его: «Почему? Почему сейчас?» Он говорит: «Я не могу причинять тебе боль». Ты можешь в это поверить? Как будто он делает мне одолжение. Я ему говорю что-то вроде: «Ну хорошо, хорошо», — и он просит отвезти его к нему домой. Он все еще жил со своими родителями, говорил, что экономит деньги, но… По правде говоря, был настоящим маменькиным сынком. А я ей никогда не нравилась. Это меня взбесило. «Что ж, я отвезу тебя домой». Я думала, что смогу с этим справиться, но когда мы приехали… он вышел из машины, как будто ничего не случилось. Он никогда меня не любил, все время врал. Я шла за ним до двери, я кричала. Думаю, он волновался, что услышат соседи, поэтому впустил меня. Я вошла, а его родителей дома не оказалось, и тогда я стала кричать еще громче.

— Потом… не знаю, я пошла в его комнату, — продолжала Сэм. — Он так дорожил своей дурацкой комнатой! У него были все эти игрушки. Фигурки. Он их сам раскрашивал. Я стала их бить, говоря типа: «Скажи мне честно. Ты никогда меня не любил, да?» — и в конце концов он это сказал, он сказал: «Извини, я не люблю тебя», — и вслед за этим: «Я встретил другую».

— Такого я не ожидала. Стою ищу, что бы еще разбить, просто для того, чтобы сделать ему больно, и беру этот чертов стакан воды и бросаю. Он попадает в полку и просто взрывается — повсюду стекло. Марк стонет, закрывает руками лицо. Я впадаю в панику, пробую оторвать его руки, но он не хочет, чтобы я была рядом, как будто он меня боится. У него течет кровь по шее. Я твержу: «Прости меня, прости меня!» — но он велит мне убираться. Говорит, что позвонит в полицию, а я прошу его не делать этого. Я не хотела вот так его поранить, я в самом деле не хотела. Я просто хотела, чтобы он хоть что-то почувствовал!

Саманта уже откровенно рыдала.

— Тогда я обещаю… что уйду, если он… позволит мне только глянуть… глянуть на него еще раз. А он… не может открыть левый глаз, и все лицо в крови… Я: надо срочно в больницу, но он не хочет ехать со мной и вызывает «скорую помощь». Я жду, потому что не хочу, чтобы он звонил в полицию. Он опять велит мне уйти, обещает, что если я уйду и оставлю его в покое, если я не буду ему больше звонить, то он скажет, что это был несчастный случай. Что ж… я ухожу. Доезжаю до угла и плачу. Я там стояла, пока не увидела и правда «скорую», а потом уехала.

Сэм перевела дыхание. Она не почувствовала облегчения, высказав это, всю свою историю. Ей было противно. Все было не так, как надо. Но раз начала, следовало закончить рассказ.

— Через несколько дней позвонила его мать. Сказала, что он ослепнет на этот глаз. Хотела позвонить в полицию, но он не позволил. Я думаю, это потому, что он меня боялся больше всего. Не потому, что заботился обо мне.

Через какое-то время Деннис заговорил.

— И это все?

— Да-а, — растерянно сказала Сэм.

— Послушай. Линдсей хотела переехать меня машиной своего отца, когда я сказал ей, мол, хочу, чтобы мы были просто друзьями. А Лорин бросила мне в голову пивную бутылку. Барышни такое всегда делают, когда им отказывают, ничего удивительного.

— Лорин? — подняла на него глаза Сэм. Впервые с тех пор, как началась с ней эта истерика, она почувствовала себя лучше.

— Ага. Лорин Родз. Я сказал ей, что не хочу идти на эти танцы. А она сказала, что хочет пойти, тогда я предложил ей пойти с кем-нибудь другим. Наверное, так говорить не стоило, потому что она швырнула в меня своим пивом. Наверное, бутылка могла бы разбиться, а я мог быть прямо как — как его звали?

— Марк. — Сэм засмеялась, несмотря на свое состояние.

— Вот именно. Подумаешь, большое дело! Это был просто несчастный случай.

— Ты не думаешь, что я сумасшедшая? — вгляделась Сэм в глаза Денниса.

— Я думаю, все девушки немножко чокнутые, — честно ответил он.

И Сэм так захотелось в это поверить! С тех пор как это случилось, она чувствовала стыд и вину. Теперь же словно камень с души свалился — она была оправдана и освобождена.

— Раньше ты никогда не рассказывал про Лорин, — заинтересованно спросила она через какое-то время.

— По правде говоря, и рассказывать особенно нечего. В то время мы едва были знакомы. Даже не знаю, чего ради она так взбесилась.

Сэм подумала о том, как должен был выглядеть Деннис в те годы, и о Лорин, предводительнице болельщиков и футболистов. Для нее ситуация была совершенно ясной, она понимала, почему он мог сводить Лорин с ума.

— Как бы там ни было, после того как она… Я не могу ничего говорить об этом, — остановил себя Деннис, — а то невесть что можно подумать.

— Погоди-ка… Линдсей пыталась тебя задавить? — Сэм засмеялась, а он упал на софу рядом с ней и притянул ее к себе.

— Еще как! — воскликнул он, поддразнивая ее. Он привлек ее ближе и поцеловал в голову. Сэм вздрогнула.

— Ты такая холодная, — сказал Деннис, прижимая ее к себе крепче и блуждая губами по ее шее, покусывая ее кожу.

Он провел руками по ее бедрам и под одеждой. Сэм оставалась неподвижной, позволяя себе наслаждаться и не подталкивая его. Он поцеловал ее в ушко, потрогал за грудь, провел ногтями вдоль позвоночника. Она повернула к нему лицо, чтобы он мог ее целовать, и он укусил ее за губу, чуть-чуть сильнее, чем следовало. Она инстинктивно отпрянула, но он снова притянул ее к себе. Тогда она осмелела и забросила ноги на его колени…

И все прекратилось, его руки замерли.

— Хочешь воды? — спросил Деннис, поднимаясь.

— Нет, — отказалась Сэм, разгоряченная от прилива крови. На софу он не вернулся, лег на кушетку, спиной к ней, слишком неподвижный, чтобы быть спящим. Она прислушивалась к слабым отзвукам шторма и представляла, как утром они откроют люк и обнаружат, что воздух свеж и спокоен. Однако знала, что этого не произойдет. Воздух все еще будет дрожать от напряжения, давление — продолжать расти. Предвещая следующую бурю.