Читать книгу - "Они придут - Альбина Равилевна Нурисламова"

— Семенова — проклятая ведьма. Я человек больной, хронических болячек полно, в последние полгода постоянно в этой клинике лежу, мотают меня из одного отделения в другое, никак не вылечат. — Женщина горестно махнула рукой. — Не обо мне речь. Семенова всегда здесь! То в одном отделении я ее видела, то в другом. Не выписывают, получается, из одной палаты в другую переводят. — Она помолчала и призадумалась. — Только вот кто переводит-то? Как по мне, врачи, медсестры и санитарки про Семенову будто и не знают. Можешь проверить, ни назначений у нее, ни кормить ее не надо, ни судно менять, ни уколы не требуются, ни капельницы. Что за пациентка? Ни разу к ней не подходил никто из докторов! Говорю тебе, они не знают про Семенову!

— Это невозможно, — сказала Таня, пытаясь высвободить руку. — Я же знаю!

Но, говоря это, подумала: «А правда — какие у нее назначения? Что мне с ней делать?»

— Слушай меня! — настойчиво произнесла женщина. — Я тебе добра хочу. Семенова никакая не лежачая! Днем-то лежит, а ночами поднимается и бродит по больнице. Я сама видела, в туалет встала, приоткрыла дверь, гляжу в щёлочку — она! Говорят, не дай бог ее встретить! Кто ночью на пути у нее попадется, до утра не доживет. Ведьма она, как есть ведьма, людоедка!

Кто говорит? С чего она взяла эту дурость? Таня кое-как вырвалась от сумасшедшей тетки, но сейчас, сидя в одиночестве за столом на сестринском посту, вспоминала слова про людоедку, и ей было страшно.

Может, позвонить кому-нибудь? Просто поговорить пару минут. Остро захотелось услышать человеческий голос. Но сотовый не ловит — отделение находится в подвальном помещении, потому и окошек нет, вся махина здания — над головой. Таня покосилась на городской телефон: аппарат был зеленый, с квадратными кнопками.

Сняла трубку, не зная, зачем делает это. Ей пришло в голову, что можно, например, в справочную позвонить, узнать точное время. Есть ведь такие справочные?

Таня сняла трубку. Гудков не было. Девушка зачем-то подула в трубку, но гудки, конечно, не появились. Как же так? А если ей что-то понадобится или больному плохо станет? Остаться совсем без связи — это же…

Телефон внезапно зазвонил. Таня уставилась на него. Что же получается: она позвонить не может, а ей — пожалуйста, звонят?

«Так не бывает», — подумала девушка.

Телефон продолжал трезвонить. Получается, бывает.

— Алло, — сказала Таня, хотя положено представляться, называть отделение.

— Из лаборатории беспокоят. Анализы готовы. Приходите.

Таня хотела спросить, какие анализы, но решила, возможно, коллеги запрашивали.

— Знаете, я одна на посту и не…

— Мне, что ли, бегать за вами? Сами просили срочно!

Таня не знала, кто просил, но вдруг ей влетит, если не забрать? Никто не говорил, что это часть ее обязанностей. Может, здесь так положено, ночная медсестра должна это делать?

— Хорошо, я приду, — пообещала Таня. — А как вас найти? Я новенькая, плохо ориентируюсь.

— Мы тоже в подвальном, только во втором корпусе. Пройди по кишке… ну по подземному коридору между зданиями. Давай, жду.

Трубку бросили. Тане почудилось, что на долю секунды, перед тем, как разговор завершился, послышался смех, словно на том конце провода кто-то засмеялся, нажав рычажок, но крохотный осколок этого смеха донесся до Тани.

Нет, невозможно, послышалось, сказала себе девушка, вон какой серьезный дядька с ней говорил, не может он хохотать, да и над чем? Над тем, что Таня пока дороги в лабораторию не знает? Глупо.

Надо идти. Вместо этого Таня зачем-то снова взялась за телефонную трубку, сняла ее с рычага. Гудка не было. Но ведь не почудилось, звонок был, с ней говорили!

Довольно, хватит себя изводить. Какая разница? Неполадки, значит, на линии, технические проблемы.

Таня встала из-за стола. На всякий случай надо бы в палаты заглянуть, проверить пациентов, вдруг кому что нужно? Девушка открыла дверь палаты, где лежала назойливая женщина. Та крепко спала, лежа на спине, подбородок к потолку. Кроме нее и Семеновой, в отделении еще четверо мужчин, они в одной большой палате. Таня приоткрыла дверь — все мирно спят.

Хотела зайти к Семеновой, поколебалась и не стала.

«Людоедка, ведьма», — вспомнилось снова, и Таня решила, что не станет ее проверять.

Медсестра поспешно направилась к выходу из отделения. Открыла высокие стеклянные двери, свернула налево, потом направо. Точно не знала, куда идти, где расположен переход между зданиями, но иных вариантов пути, развилок и не имелось.

Вскоре Таня очутилась в просторном помещении вроде холла. Справа — дверь с надписью «Архив», слева — «Служебное помещение, посторонним вход строго воспрещен», а впереди — еще один коридор, над которым мерцала зеленая надпись «Переход».

Отлично, значит, ей туда.

Коридор был мрачный, плохо освещенный и гулкий. Лампочки горели тускло, к тому же не все, поэтому то и дело приходилось нырять во тьму. Таня сначала старалась вести себя спокойно, идти размеренным шагом, но потом плюнула на все и побежала. Чем быстрее она минует это место, тем лучше.

Интересно, насколько длинным окажется переход? Она попыталась вспомнить, на каком расстоянии друг от друга стоят корпуса, но не смогла.

— Эй! — раздалось за спиной.

Таня едва не споткнулась от неожиданности. Резко развернулась всем корпусом и увидела рядом с собой девочку лет десяти.

— Ты что здесь делаешь? — спросила Таня, пытаясь унять дыхание.

Каким образом девочка очутилась тут? Больница же для взрослых! А главное, как она умудрилась неслышно следовать за Таней? Не было никаких звуков, только Танины шаги!

Девочка улыбнулась.

— Ты сюда шла? — И вытянула руку вперед.

Таня невольно оглянулась и увидела в нескольких шагах металлическую дверь. Как она ее прежде не заметила? Нет, двери точно не было, она ведь еще думала, коридор что-то очень длинный, бесконечный.

Но как же не было, если вот она — дверь!

Таня снова посмотрела на девочку. Вернее, повернула голову, но никакой девочки не было.

Не пойми откуда появляющиеся и исчезающие дети, выплывающие из мрака двери… Что происходит? Таня совершенно растерялась. Или у нее начались галлюцинации?

— Девушка, проходите уже! — прозвучало за спиной, и она узнала голос звонившего сотрудника лаборатории.

Слава богу, она не одна.

— Простите, пожалуйста, — на всякий случай извинилась Таня и вновь поглядела на дверь.

Оказывается, она уже приоткрыта. Наверное, Таню на видеокамерах увидели и отворили.

«И где же эти камеры?» — мелькнула мысль. И пропала. Таня вошла.

Внутри горел яркий свет, белый, искусственный. Таня зажмурилась. Снова коридор, двери. Где сотрудник, который ее позвал?

— Доброй ночи! Здравствуйте! — несколько запоздало поздоровалась она.