Читать книгу - "Они придут - Альбина Равилевна Нурисламова"

каким-то образом, что я стою и смотрю на него, клоун на ходулях вскинул руки и нарочитыми, гиперболизированными жестами, как всегда делают цирковые артисты, стал подзывать меня к себе! Помашет руками — и потопает на месте, прижав локти к бокам, точно бежит. Я подумал, то ли он говорит, мол, беги ко мне, то ли дает понять, что если я не подойду, то он сам до меня добежит!

Я отошел от окна, бросился на кровать и с головой укрылся одеялом. Если не смотреть на чудовище, если делать вид, что его нет, может, оно отвяжется, оставит тебя в покое, не заметит — так часто рассуждают дети. Клоун на ходулях не был чудовищем, это всего лишь человек, но, возможно, правило сработает и в этом случае?

Следующую ночь я ждал с напряжением. Утром не удалось убедить себя, что клоун мог и присниться, и померещиться, мало ли, лунный свет все же не солнечный. Чтобы отвлечься, я весь день помогал отцу, и он был немало удивлен моим рвением. «И на вашар не хочешь? Скоро ведь он закончится», — говорил папа, но я отнекивался, дескать, надоело.

Ночью клоун появился снова. Я не стал ложиться, не мог заставить себя, постоянно выглядывал в окно, и около часу ночи заметил его. Все повторилось: размеренные, но неуклюжие шаги, взмахи руками, бурная жестикуляция. Уверившись, что мне не чудится, я сделал то единственное, что и должен сделать в подобном случае ребенок: позвал на помощь родителей.

Отец досадовал, что его разбудили, но поверил, не отправил обратно. Они с матерью пошли в мою комнату (окна их спальни выходили на противоположную сторону), стали смотреть в окно. Отец никого не увидел, маме показалось, что некий силуэт промелькнул. Папа выбежал во двор, стал кричать, мол, убирайся прочь, кто бы ты ни был. Остаток ночи прошел спокойно, никто больше не появлялся, но отец был рассержен: что за дела? С какой стати по его земле бродит непонятный человек, пугая его сына?

Все это он собирался высказать организаторам ярмарки, а если надо будет, и к сотрудникам правопорядка обратиться был готов. Но ничего такого не потребовалось. Оказалось, пока мы сидели на ферме, ярмарку уже свернули. Раньше срока, а все потому, что случилось ужасное несчастье.

— Вы ошиблись, — печально сказал моему отцу тогдашний глава нашего поселения, к которому папа обратился с вопросом. — Клоун на ходулях никак не мог побеспокоить вас неурочным визитом. Во время последнего представления он упал. Многие решили, что такова задумка, однако падение не было частью номера. Артист нашел в себе силы подняться и уйти, думал, отлежится, но позже ему стало плохо. Пришлось послать за врачом, но помочь несчастному не смогли, ночью он скончался. Оказалось, у него было больное сердце. Конечно же, представлений больше не было.

Мы с папой стояли, вытаращив глаза, особенно я. Никак не мог поверить сказанному. Ведь я видел клоуна, видел!

— Радован, ты поставил меня в глупое положение, — выговаривал отец, когда мы ехали домой, — чего ради ты выдумал эту историю?

— Я не вру! И мама что-то видела, — чуть не плакал я, но папа мне, конечно, не поверил.

Весь день я силился думать, что никакого клоуна на ходулях в действительности не было. Это были тени деревьев, случайный прохожий или какое-то животное. У меня слишком богатое воображение — в этом проблема.

Но уже следующей ночью мои доводы разбились вдребезги. Потому что клоун на ходулях явился снова. Он по-прежнему вышагивал на краю поля, покачивался, делая вид, что вот-вот грохнется на землю, жестами подзывал меня к себе.

Мне было не просто страшно — я был в отчаянии. Позвать родителей больше не мог, они не верили мне, еще и наказали бы. К тому же существо, пугавшее меня, наверняка исчезнет, как только мама с папой выглянут в окно, оно не покажется им.

Я был убежден: это не обычный человек, раздобывший ходули и переодевшийся клоуном, чтобы напугать меня. Кто стал бы делать это ночь за ночью, а главное — зачем? Дом наш в отдалении, тому шутнику пришлось бы добираться на машине, оставлять ее где-то, идти пешком — какой в этом смысл?

Кроме того, это создание вело себя не как человек. Оно видело меня, хотя никто не смог бы разглядеть мальчика в окне на таком расстоянии, оно подавало мне знаки. Появлялось словно бы ниоткуда — и исчезало в никуда. Я нашел подтверждение потусторонней природы того существа, когда утром, едва взошло солнце, отправился к кромке леса.

Ходули клоуна должны были оставить следы на земле, когда ночной гость перемещался по краю поля, но земля была нетронутой, а трава не примята.

С той поры клоун приходил каждую ночь — и ночи стали адом. Я засыпал с вечера, но просыпался после полуночи, ноги сами несли меня к окну. Он уже ждал меня — призрак, мертвец, клоун на ходулях, который умер, но не желал оставить меня в покое.

— Почему, дед? — спросил Саша. — Почему он тебя преследовал?

Радован пожал плечами.

— Это осталось загадкой. Все лето продолжались мои мучения. Я боялся, что однажды клоун пересечет поле, доберется до дома и заглянет в мое окно. Наверное, случись это, я помер бы от разрыва сердца. Но у потусторонних существ свои принципы и правила. Наверное, это спасало меня. Мертвый клоун лишь бродил по краю поля, не подходя ближе, он мог подзывать меня к себе, но не смел подойти сам. Однажды, повинуясь порыву, я признался маме, что мне страшно ночевать в своей комнате. Она ответила, дескать, замечала, что я погрустнел, слышала несколько раз, как я встаю, хожу, не сплю.

— Если это успокоит тебя, спи в гостевой спальне, — разрешила она.

Я немедленно согласился, и мама с папой (хотя он и ворчал, не понимая, к чему эта суета) помогли мне перетащить мебель и вещи в гостевую комнату, которая с той поры стала моей. Окна ее выходили в сад, за стеной была спальня родителей, и, едва переехав, я в первую же ночь выспался как следует. Не вскакивал по ночам, не бежал к окну, не боялся.

Постепенно успокоился: человек (тем более ребенок) не может вечно жить в сильном напряжении. Но плотные занавески все-таки попросил маму повесить и всегда зашторивал окошки на ночь — эта привычка осталась со мной на всю жизнь. Кстати, когда у нас гостили родственники, спали в моей бывшей детской, никто из них ни разу не жаловался, что видел клоуна на ходулях,