Читать книгу - "Ангельская мельница - Андреас Грубер"

— Гарек его у меня отобрал.

— Это тот симпатичный?

— Гарек — страшный. Симпатичного зовут Айхингер.

Хогарт заметил, что разговоры у балюстрады стихли. Теперь за ними наблюдали уже несколько человек.

— Ладно, идёшь со мной, — вздохнул он. — Но ты не произносишь ни слова. Поняла?

Татьяна кивнула.

— Ты моя дочь, в следующем месяце сдаёшь матуру и осенью хочешь изучать искусство среди всех этих сумасшедших. Ясно?

— Отличный план.

— Я тоже так думаю. Ты всё равно выглядишь как сумасшедшая.

Вольфрам Приола, ректор Академии, на сумасшедшего совсем не походил. Мужчина в чудовищной оправе с толстыми стёклами, с аккуратным пробором набок и коротко подстриженными седыми усами и бородкой напомнил Хогарту его собственного отца.

Хотя они жили в разных мирах, к отцу Хогарт всегда относился с уважением. Он восхищался демократичностью старика, его справедливостью и умом. Но при всём этом отец был дураком — по крайней мере в том, что касалось деловой хватки.

Не важно, за что тот брался: за магазин подержанных вещей, продуктовую лавку или антикварный салон. Горстка деловых партнёров всякий раз доводила его до разорения, и Хогарт ещё мальчишкой поклялся себе, что никогда не станет таким наивным, как его папаша.

Теперь он понимал: страховым детективом он стал затем, чтобы ловить мошенников, обводивших других вокруг пальца, и тем самым исправить то, чему в юности не сумел помешать.

Покашливание Приолы вернуло его в настоящее. Они стояли в парадном холле Академии, и каждый звук отражался от высокого купола с потолочной фреской и от мраморных плит роскошных лестниц.

Ректор, едва достававший Хогарту до плеча, ослабил узел галстука.

— У нас числится около восьмидесяти студентов, а преподаватели и приглашённые доценты ведут примерно двадцать дисциплин за семестр. Какое направление интересует вашу дочь?

В вопросах искусства Хогарт всегда оказывался не на своей территории. Как бы далеко ни была расставлена ловушка, он всё равно умудрялся в неё угодить.

— Да, искусство… — пробормотал он, бросив взгляд на Татьяну.

Та лихорадочно изучала учебный план на доске, висевшей за спиной Приолы.

— Педагогическое направление, история искусств или культурология — не совсем мои сильные стороны, — призналась Татьяна. — Меня больше интересует современное искусство, особенно когда оно соприкасается с глубинной психологией: что именно побуждает художника выбрать тот или иной мотив.

Приола приподнял бровь и стал похож на сову, только что обнаружившую на своей территории вторую особь со схожими интересами.

— Хороший выбор. В этом семестре мы, например, предлагаем семинар «Архетипы души в современном искусстве».

— Звучит интересно.

Лицемерка, — подумал Хогарт, хотя втайне был благодарен ей за то, что она так ловко справлялась.

— Курс пользуется популярностью, среди слушателей есть, помимо прочих, несколько известных персон. Причина, с одной стороны, в привлекательной теме, с другой — в преподавательнице. Профессор Боман — признанный авторитет в этой области, а её методы преподавания неортодоксальны, но точны.

Они добились своего.

Татьяна ткнула Хогарта кулаком в бок, когда они вслед за ректором направились к кабинету Линды Боман.

Примечания переводчика:

Ринг — венская кольцевая улица, проходящая вокруг исторического центра города.

Музей народоведения — перевод немецкого Völkerkundemuseum, этнографический музей.

Августинербастай — венский топоним (Augustinerbastei), связан с бывшими городскими укреплениями.

Хофбург — дворцовый комплекс в Вене; в тексте уточнено, что там размещалась Национальная библиотека.

Aprilia — итальянская марка мотоциклов и мопедов; оставлена в оригинальном написании.

Матура — австрийский выпускной экзамен, аналог аттестата зрелости и вступительного рубежа перед университетом.

Все новые книжки тут: Торрент-трекер и форум «NoNaMe Club»

ГЛАВА 5

Хогарт и Татьяна стояли перед письменным столом Боман. Представив их, ректор снова вышел и притворил за собой дверь.

Кабинет был небольшим, но безупречно прибранным. Он решительно не соответствовал тому представлению о преподавателях искусства, которое давно сложилось у Хогарта: тот охотно записывал их в один разряд с людьми беспорядочными, неряшливыми и слегка не от мира сего.

Современные полотна на стенах делали комнату похожей скорее на гостиную. Не хватало разве что камина и телевизора. В высокое окно виднелись фонтан и посыпанная гравием стоянка; там, под липой, стояла его машина.

Линда Боман сидела за столом и улыбалась Татьяне. Хогарт сразу узнал женщину, которую видел на видеозаписи, только теперь дал бы ей лет на десять больше.

Еще сильнее, чем на экране, она производила впечатление дамы — настоящей леди: чуть подкрашенные ресницы, миндалевидные глаза, узкие очки для чтения на кожаном шнурке, каштановые волосы, собранные в узел. По обе стороны лица выбивалось несколько прядей. На ней был кремовый свитер с косами и простое украшение на шее — бижутерия древесного оттенка.

Боман отложила шариковую ручку и выехала из-за стола. Она сидела в инвалидном кресле, управляла им вручную и ловко вписалась в поворот. Ноги были укрыты пледом.

Увидев кресло, Татьяна заметно вздрогнула. Хогарт был идиотом. Надо было сказать ей об этом еще до того, как они вошли в академию, но теперь было поздно.

— Добро пожаловать на отделение современного искусства. У нас есть примерно сорок минут до начала моего следующего семинара.

Боман протянула руку сначала Татьяне, потом Хогарту.

Его удивили жесткие, огрубевшие пальцы и крепкое рукопожатие. Но, заметив сильные руки, угадывавшиеся под свитером, он понял: этой женщине постоянно приходилось пересаживаться — из кресла и обратно.

Боман наполнила из графина три стакана виноградным соком и, разливая, рассказывала об академии. Вольфрам Приола уже пятнадцать лет был ректором этого художественного вуза. Обучение длилось восемь семестров и делилось на два этапа; каждый завершался дипломным экзаменом.

На выбор предлагалось всего три направления, зато дополнительно проводились экскурсии, проектные работы, свободные факультативы, индивидуальные занятия по художественной практике и зарубежные стажировки — правда, число участников там было ограничено. После успешной защиты дипломной работы выпускник получал степень «Mag. Art».

Профессор Боман протянула Татьяне папку с перечнем текущих учебных курсов и всеми регистрационными формулярами.

— Следующий вступительный экзамен состоится в сентябре. Для него нам понадобится папка с образцами ваших работ, чтобы оценить творческие способности и художественную пригодность. Затем следует аудиторная письменная работа и заключительное собеседование. Если вы пройдете и это, для зачисления в академию нам потребуются подтверждение гражданства, регистрационная справка, удостоверение личности с фотографией, аттестат зрелости и две фотографии.

И анализ мочи, — мысленно добавил Хогарт.

Татьяна слушала внимательно, пока наконец не указала на массивную картину, висевшую на стене за спиной Боман.

— Это вы написали?

— Остальные — да.